Тринадцатый V (СИ)

Мы позволили питомцам резвиться целый час, а сами в это время болтали. Обо всём и ни о чём одновременно. Но одним глазом я постоянно приглядывал за питомцами, а то вдруг они ещё кого-нибудь в этом озере поймают. С них станется.
Мы одновременно отправили питомцам команды выходить из озера. Марс и Булочка вышли сразу. Отряхнулись, как это любят делать все животные, и залили нас каплями магической жидкости.
А вот Зубастик выходить не спешил. Я отправил ему повторный образ и приложил к команде силу воли. Надо же воспитывать!
Но вместо того, чтобы вылезти, голова Зубастика скрылась в озере.
— Зубастик! — позвал я.
Он не отвечал. На образы тоже не реагировал.
Пришлось действовать быстро, пока моё сердце само не выпрыгнуло из груди.
Прямо в одежде я бросился в озеро. Концентрат был тёплый. Но тяжёлый. Он словно тянул меня на дно. И во время плавания нельзя было открыть глаза. Я попробовал и сразу почувствовал жжение. Пришлось ориентироваться на ощупь.
Доплыл до того место, где Зубастик ушёл на дно, и нырнул.
Это было сложно. Но я смог нащупать в лапку своего регата. И потянул вверх.
Выплыл и поднял его голову над поверхностью. Глаза были закрыты. Зубастик не реагировал ни на что, словно был без сознания. А его склизкое тело то и дело норовило выскользнуть из рук.
С большим трудом я вытащил его на берег, который представлял из себя сплошь осколки стен.
— Что с ним? — распереживалась Лесси.
— Не знаю, — нервно ответил я.
И даже не мог проверить, бьётся ли сердце. Анатомия регатов не изучена, и никто достоверно не знает, есть ли у них это сердце. Или главную роль играет другой орган.
Зубастик покрылся плотным слоем мутной слизи, которая обволакивала его с головы до ног, точно кокон.
— Чёрт, что же делать? Мы не можем его так оставить, — озвучила очевидное Лесси.
— Да знаю я, — неохотно ответил я.
Словно мне без её слов не хватало переживаний. Странность этого случая и неизведанность пугали больше всего.
— Предлагаю подождать, — тихо сказала Маша.
— А больше нам ничего и не остаётся. В таком состоянии мы его не потащим, — отозвался я.
Сам присел рядом с Зубастиком и для себя решил, что если в течение часа не будет каких-то подвижек, то буду вызванивать учёного. Сразу не стал этого делать, иначе мой питомец подвергнется всевозможным экспериментам. А ещё неизвестно, что хуже…
Но подвижки были. Первые полчаса слой слизи нарастал, образуя настоящий кокон. Потом он стал затвердевать. Это напомнило мне процесс, как из гусеницы образуется бабочка. Только вот Зубастик не был насекомым, и мы понятия не имели, что ожидать.
Мы молча наблюдали. Были настолько заворожены этим процессом, что не могли отвести взглядов.
Всё происходило слишком быстро по меркам природы.
Через два часа образовавшийся кокон треснул, и изнутри вылезло нечто, уже совсем не похожее на моего питомца…
 Глава 4 
Из кокона сперва просунулись синие когтистые лапы, а потом и голова. По центру располагались небольшие рожки. Уши стали больше. А рот уже не раскрывался лепестком, а стал точной копией того, что Зубастик унаследовал от матери.
Он вылез из кокона и выпрямился. А у меня лицо вытянулось от удивления…
Прошло всего пару часов, а Зубастик вырос на целую голову, если не больше. Теперь мы были примерно одного роста. Тело регата стало массивнее. Он уже не походил на то милое существо, к которому я привык.
Но и это не самое главное.
За спиной Зубастика прорезались самые настоящие крылья! Не такие, какие мы видели у его матери — мелкие и рудиментарные, а вполне себе рабочие.
— Ва-ау! — не удержался я, и улыбка расплылась до самых ушей. — Теперь ты настоящий красавец!
Взгляд Зубастика стал более серьёзным. Теперь он был больше похож на одного из тех, кто внушает страх и ужас всей этой планете. И это притом, что он ещё подросток, а не взрослая особь.
— Кажется, ему нравится, — улыбнулась Лесси.
— Ещё бы, — протянул я. — Скоро из него такая махина вырастет, что в двери пролазить не сможет.
 
— Придётся расширять!
— Ради такого красавца и стены снести можно, — поддержала Света.
— Да погодите вы сносить, у меня в особняке только ремонт начался!
На Зубастике остались кусочки слизи, и он попытался их смахнуть. Но тщетно. Они к нему прилипли, как банный лист.
Поэтому я отправил питомцу образ с разрешением ещё раз опуститься в озеро, но строго велел больше не жрать никаких рыб! Иначе мы ещё одно перевоплощение тут до утра ждать будем. Свободное от училища время нынче не резиновое! А концентрация магии в этой рыбине походу просто зашкаливала.
Зубастик быстро окунулся. Пусть лучше слегка светится от магического концентрата, нежели будет липким, как гигантский слизень.
Теперь даже во взгляде Марса читалась зависть. Зубастик наконец стал выше его, и теперь запросто сможет составить конкуренцию во всех играх. Марс не научился видеть Зубастика, но прекрасно видел всё то, в чём был испачкан. Этого вполне хватало, чтобы даже волк и котёнок гепарда поняли масштаб произошедшего.
Когда шли к выходу, то столкнулись со знакомыми призраками-фехтовальщиками.
— Господин! — хором позвали она меня.
И с чего бы они решили меня так называть? Видимо, сказывался их почтенный призрачный возраст. Впрочем, пускай. Надо же князю привыкать к почтительному обращению.
— Что-то случилось? — поинтересовался я.
— Господин, — начали оба, затем переглянулись, и продолжил уже усатый. — Как вы велели, мы тайные комнаты искали. Столько всего нашли, что ух!
Второй призрак аж присвистнул. А Макар материализовался рядом с нами и стал греть уши. В прямом смысле, он их демонстративно увеличил в три раза!
— Так, и? — попросил я продолжить.
— Одну интересную комнату нашли. Решили, что захотите глянуть, пока не ушли.
Призраки широко улыбнулись. Понятно, умаслить меня хотят, чтобы я наверняка не стал изгонять. А я и не собирался, пока они не мешают.
— О, ну пойдёмте посмотрим, — кивнул я.
И мы отправились за призраками.
Девушки всю дорогу выспрашивали их, что же такое интересное они там нашли, но призраки друг за другом отвечали, что это надо видеть своими глазами!
А учитывая, что они в этом подземелье лет за триста много всего навидались, это должно быть что-то по-настоящему интересное. Либо они и правда чисто из-за внимания нас позвали, чтобы отметиться.
Мы вернулись в тот самый длинный коридор, который показала нам Лариса Вениаминовна. Прошли метров пятьсот, и ведущие нас призраки остановились.
— Вот за этой стеной, — указал бородатый.
Я посветил фонариком. Ни один кирпич в этой чёртовой кладке не выделялся. Все как один, древние и покоцанные.
— Рычаг не видели? — обратился я к призракам.
— Какой рычаг? — выпучили они на меня глаза.
— Чтобы проход открылся. Посмотрите на той стороне. Возможно, что-то выпирает. Факел там, или выключатель. Если ничего нет, то смотрите внутри стены. И укажите, где расположен механизм.
— Ага, поняли, — кивнули призраки и ринулись искать.
Проще было, конечно, попросить Макара. Он уже прошаренный по части нахождения скрытых механизмов. Но если эти двое останутся здесь, то и их надо обучить. Мне же самому потом проще будет, если они сразу будут на рычаги указывать. А то самая большая морока отыскать эти механизмы.
Мне иногда кажется, что это подземелье проектировал какой-то садист. Ну, или группа сатанистов, которые и спустя триста лет забирают себе в жертву всех попавших не туда. А иначе зачем делать все механизмы разными и периодически оставлять ловушки? Не говорю уже про прочие тайны, к одной из которых мы и подкрались.
— Господин, я нашёл! — воскликнул усатый призрак и высунул голову из стены.
— И где? — спросил я.
Он высунул руку из стены и ответил:
— Вот здесь имеется нечто странное. Шестерёнки какие-то.