Ее высочество, моя жена

– Я бы взяла их с собой, если бы вы хоть чуточку намекнули, что я могу это сделать! – вспылила она. – И, надо полагать, вы ожидали, что я позабочусь о подходящей одежде для вас?
– Это, должен признать, стало неожиданностью. Честно говоря, я и не представлял, что выгляжу…
– Как плебей? – отозвалась она излишне слащавым голосом. – Заурядно? Посредственно? Да вы выглядите чуть лучше, чем вон тот крестьянин.
– Крестьянин? – он засмеялся и подстегнул лошадей. Карета двинулась по дороге. – Пожалуй, мне это нравится. Лорд и леди Мэтью, крестьянин и принцесса. Эфраим был бы в восторге.
Татьяна пробормотала что-то в ответ, но так, что он не расслышал.
Мэтью бросил в её сторону довольный взгляд. На этот раз, она не выглядела такой самоуверенной.
– Тем не менее, мне приходится признать, что одежда была не настолько большой неожиданностью, как то, что вы до такой степени станете следовать всем моим требованиям.
– Вы не оставили мне выбора, – она нахмурилась. – Мне необходима ваша помощь, а вы отказались помогать, если я не выполню ваших ребяческих условий, придуманных с одной лишь целью поставить меня на место.
– Возможно, они и были немного ребяческими. Но тем не менее, все это было весьма забавно.
– Забавно?
– Да, очень забавно, – он фыркнул от смеха. – Не помню, когда мне последний раз было так весело.
– Я не вижу здесь ничего смешного.
– Вы бы увидели, если бы взглянули на выражение своего лица, когда я рассказывал вам о своей лачуге.
– Выражение моего лица? – уголки её губ дрогнули, как будто она изо всех сил старалась не улыбнуться. – Пожалуй, милорд, оно не сравнится с выражением вашего лица, когда я разрыдалась от того, что придется быть вашей женой в полном смысле этого слова, – она широко ему улыбнулась. – Превзойти его может разве что ваше потрясение от моего согласия на это условие. Возможно, вы правы, слово забавно вполне подойдет.
Он рассмеялся.
– Судя по всему, мы стоим друг друга. Как минимум, в состязании в остроумии.
– Не только в этом.
– О, так это вы значит помните? – поддразнил он её. – Но забыли то, каким очаровательным я могу быть.
– Я всё прекрасно помню, – её голос стал мягким, и на секунду ему показалось, что Татьяна собирается еще что-то добавить. Но после долгого молчания она лишь вздохнула. – Куда мы направляемся?
– Мне вчера удалось навести некоторые справки об именах, что вы дали. И первая…
– Леди Хатчинс?
Он кивнул. Конечно же Мэтью знал где найти свою бабушку, которая была последней в списке. Имя второй леди было также хорошо известно ему, хотя по сути они и не были знакомы. И Эфраиму удалось раздобыть информацию о том, где найти оставшуюся, третью женщину – леди Хатчинс.
– Судя по всему, она живет в Кентербери или жила там. Она должна быть очень стара и её памяти вряд ли можно будет доверять, но мы должны проверить.
– Почему вы решили начать с неё? – спросила Татьяна, небрежным тоном. Она на самом деле была так равнодушна, как казалась? – Потому что она ближе всех или потому, что первая по списку?
– И то, и другое, – его голос был таким же обманчиво непринужденным, как и её. – Исходя из того, что мне удалось выяснить, две другие дамы живут в противоположном направлении от леди Хатчинс. Уже хотя бы поэтому, имеет смысл отыскать её первой.
– Звучит разумно, – она какое-то время хранила молчание. – Как далеко нам ехать?
– Полагаю, это займет большую часть дня.
– Понятно. В таком случае, хорошо, что я взяла с собой кое-какую еду, – она нагнулась под скамью и вытащила большую корзину, накрытую салфеткой. – Я считаю, мы должны начать наше путешествие с тоста за успех, – Татьяна порылась в корзине и извлекла из неё серебряную фляжку и две одинаковых чашки. – Выпьете со мной бренди, милорд?
– Бренди? – Мэтью неодобрительно посмотрел на неё. – А не рановато ли в такой час?
– Ничуть, – она с довольным видом аккуратно наполнила свою чашку. – Это традиция Авалонии, следовательно, основная помеха, присущая…
Он подхватил её мысль, воодушевленный темой разговора, делая паузы время от времени лишь для того, чтобы услышать, как она поддакивает ему. Наконец, он осознал, что девушка уже довольно долгое время не произнесла ни слова. Мэтт наклонился, чтобы заглянуть под её шляпку, которая бросала тени на лицо, и ухмыльнулся.
 
Чертовка молчала не от того, что была поражена его удивительными познаниями в данной теме.
Она просто спала.
 
Глава 6
Татьяна прикрыла глаза, защищаясь от косых лучей заходящего солнца, и смотрела, как Мэтью быстрыми шагами приближается ко входу в гостиницу.
Видеть, как он двигается, полный энергии и уверенности в себе, слышать его, теряться в морской голубизне его глаз было лучшим за этот бесконечный день. На самом деле, это единственное доступное ей удовольствие. Оставшаяся часть ее так называемого “приключения” была долгой, жаркой и изматывающей. Даже учитывая тот факт, что большую часть дня принцесса спала или дремала.
Как только Мэтью скрылся в гостинице, она выпрямилась и потерла шею. Татьяна любила путешествовать, точнее, любила изучать новые и захватывающе интересные места. Вырвавшись на свободу после траура по Филиппу, она провела большую часть следующего года в путешествиях по европейским столицам, пока не открыла для себя Париж. И вкус благословенной свободы. И Мэтью. Однако, в то время как вершиной приключений для Татьяны было наслаждение видами, знакомыми ей раньше только по страницам книг, она вовсе не наслаждалась самим путешествием.
К своему ужасу Татьяна обнаружила, что ее желудок не переносит морских переходов. Разочаровывающее открытие – ведь в мире существует столько мест, куда можно попасть только морем! Даже большие и устойчивые кареты причиняли ей значительный дискомфорт. При этом, как ни странно, Татьяна ничуть не страдала от поездок верхом, возможно, как она решила после раздумья, потому что движения лошади можно контролировать самой. Принцесса не испытывала никаких трудностей и в воздушном шаре Мэтью. Конечно, ощущения в воздухе, насколько позволял судить ее опыт (который сводился к подъему и спуску привязанного за веревку к земле шара), были гораздо менее серьезными, нежели покачивание корабля на волнах или ритмичное шатание ведомой лошадьми повозки.
Даже после часа езды в карете ее желудок начинал бунтовать самым неприятным образом. И единственное средство выдержать продолжительное путешествие это избегать приема пищи и по возможности спать. И ничто так не помогало ей поскорее заснуть, как хорошая порция бренди. Татьяна не особенно любила этот напиток и, как правило, предпочитала ему вино, а лучше шампанское. Однако, только бренди оказывал необходимый эффект.
Мэтью исчез в гостинице. Она жалела, что не может провести с ним эти часы более плодотворно, но как бы ни хотела снова познать его, снова расположить его к себе, как ни надеялась вновь проложить дорожку к его сердцу, принцесса понимала, что лучше не рисковать, начиная неравную борьбу с собственным желудком.
Они, конечно, здесь не останутся. Как только они появятся у леди Хатчинс, она или кто-нибудь из членов ее семьи обязательно настоит на том, чтобы лорд и леди Мэтью воспользовались их гостеприимством. Насколько Татьяна знала, такого приглашения следовало ожидать от английской аристократии.
Мэтью появился в дверях гостиницы и направился к ней. Выражение его лица было задумчивым и неопределенным. Как бы ей хотелось прочитать мысли этого распроклятого человека! Он подошел ближе, и Татьяна разглядела блеск в его глазах. Она вздохнула. Пожалуй, кое-что все-таки поддается чтению.
– Что-то случилось, милорд?
– У нас небольшое затруднение, – он остановился возле экипажа. – В гостинице нет свободных мест, однако ее хозяин, мистер Викланд, охотно уделил мне время и ответил на мои вопросы. Оказалось, что он вполне осведомленный малый, а его жена, громкоголосая миссис Викланд, явно знает больше своего мужа, к тому же, на все имеет свое мнение. Если им верить, получается, что леди Хатчинс нет в живых.