Пенсия для морского дьявола - 3. Подводный охотник (СИ)
Потом взял две ветки, раза в два потолще остальных прутиков, сделал в каждой по три сквозных расщепа, а чтоб расщепы не соединились — перевязал между ними совсем тонкими побегами, что срезал с веток и предварительно размочалил.
Потом тонкими прутиками проткнул порционные куски вдоль, стараясь чтоб прутик шёл почти под кожей. И кончики вставил в расщепы на поперечных ветках. Получилась почти решётка, разве что, куски не лежали на ней, а решётка проходила сквозь рыбье мясо.
Сделал так почти по наитию, предполагая, что довольно толстые куски рыбы не развалятся от такого, а прутики будут лучше защищены от жара.
Пришлось ещё посылать за довольно толстыми брёвнышками, чтоб уложить на них получившийся «гриль». Тащить брёвна Арииаховой младшенькой помогала девчушка постарше, на взгляд — пожалуй всего на год младше моего реципиента. У этой всё, что нужно женщине, уже сформировалось, что не могло скрыть даже простое платье из растительных волокон.
— Спасибо, Вай, — поблагодарил я малявку. — Спасибо, неизвестная красавица, — подмигнул я второй помощнице.
«Помощница» тут же залилась краской, наклонила голову и, словно увидев что-то под ногами, пару раз чиркнула пальцами босой стопы по песку, туда-сюда. Потом искоса взглянула на меня… наткнулась на прямой весёлый взгляд, пискнула что-то смущённое и умчалась обратно.
— Это Тиара, моя сестра, — тут же затараторила, сливая информацию малявка, словно хорошо оплачиваемый информатор. — Она средняя в нашей семье, есть ещё Рое, но она уже замужем. А Тиара уже вошла в возраст, и в следующем году отец хочет её выдать замуж за Тонга, сына Ласы. Но Тиаре он не нравится. А ты нравишься!
— Да где ж она меня видела-то?
— А когда ты первый раз в наш дом пришёл, — информировала Вай, — ты тогда у мамы спрашивал Семиса.
Хм, а я в тот раз и не обратил внимания!
— Передай ей, что она очень… красивая, — хмыкнул я.
Совершенно без задней мысли. В крови у меня, что ли, девушкам и молодым женщинам комплименты отпускать?
— Мне ты тоже нравишься, — безапелляционно заявила карапузка, — если к тому моменту, как я войду в возраст, ты ещё не обзаведёшься женой, можешь взять в жёны меня!
В ответ я расхохотался. На заднем плане сознания мелькнуло, что это, скорее всего, адреналиновый откат.
— А хочешь, научу тебя готовить такую большую рыбу? — подмигнул я малявке.
— Конечно, хочу! — тут же заявила она. — Ты ведь теперь будешь много такой рыбы приносить? Вот. А никто её готовить не умеет, ни мама, ни Тиара, ни тётя Ро, ни даже сестра Рое, если вдруг в гости к нам придёт. А я буду уметь! И все мне будут завидовать!
Хм, неплохой и прагматичный план. Я оценил.
— Смотри, Вай, — начал я поучать малолетку. — Сначала мы подготовим угли. Если угли будут слишком горячими, наша рыба сгорит.
— А я знаю, а я знаю! Вчера, когда мама доверила Тиаре пожарить рыбу, она её передержала, и отец приказал всю рыбу выбросить!
— Точно! — улыбнулся я девчушке.
Провёл рукой над углями. То, что надо!
— Смотри, вот здесь мы поместим рыбу. И сейчас здесь ладони уже очень-очень горячо, но ожога не будет… По крайней мере с моей кожей. Помогай!
Вдвоём с девчушкой мы пристроили над углями первую партию. Для начала шкурой вниз.
— И ещё! — я поднял указательный палец перед носом малявки. — Огонь — враг готовки! Если увидишь язычки пламени, их тут же надо тушить, пока он не испортил еду!
Огонь, естественно, появился тут же. Группер — рыба жирная, и как только куски филе оказались над жаром, капли жира принялись капать на раскалённые угли.
Я, признаться, слегка подрастерялся — никакой бутылки с водой или опрыскивателя для цветов, что любил использовать Михалыч, под рукой разумеется не оказалось.
Но мелкая помощница сообразила моментально — забежала в воду аж по колено, наклонилась, набрала морской водички прямо в рот и, подбежав обратно, выдула её как заправский пульверизатор! Ого! Радикальный подход…
Рыба получилась — объедение: в меру жирное, очень сочное белое мясо, чем-то отдалённо напоминающее окуня, только с ярко выраженным «морским» вкусом. Разумеется, её всю разметали мигом, я только успевал насаживать на свежие прутики новые порции.
Кстати, появился и шаман. Подошёл, взял на пальмовом листе несколько кусочков рыбы — «сервировкой» занималась Вай, а Каналоа ей в этом помогал… Или Вай помогала Каналоа, тут не поймёшь.
— Я вижу, ты идёшь к своей цели? — проговорил шаман, прожевав и похвалив рыбу. — Это хорошо. Но это ли, твоя цель?
И ушёл.
Ну, хоть разговаривает, усмехнулся я про себя, и то дело.
А ещё, на меня обиделся Хэч! Он появился на пляже, когда «прения» с криками и руганью, по поводу переизбрания нового старейшины, уже стихли, народ ел, где-то даже слышались песни.
— В самом деле, Скат, — маленький ныряльщик был хмур и неприветлив. — Мог и предупредить лучшего друга, что собираешься на такое дело! — он вздохнул. — А ещё братом называешься!
Хэч был вместе с Теллуа. Других учеников, да хоть того же Кая, я так и не увидел.
— Извини, брат, — я устал как шавка. Сказывалась дневная нырялка, потом нехилый эмоциональный стресс во время всех этих перипетий с Напо, и, после, вместо того, чтоб наконец отдохнуть, я ещё и исполнял роль повара! — Пойми, я здорово волновался из-за всей этой… ерунды. Ну, с демонстрацией вождю и старшим подводной… добычи рыбы.
Солнце постепенно склонялось всё ниже и ниже, ещё немного, и оно, как тут и принято — нырнёт в океан, и остров окутает ночная тьма и прохлада.
— Думаешь, ты один здесь умеешь нырять? — Хэч даже смерил меня взглядом. — А я бы тебе помог. Просто так.
Он развернулся, чтоб уйти.
— Хэч, брат, погоди… — говорить пришлось уже в спину пареньку. — Слушай, я тут выбил в своё пользование хороший шмат, — кивнул на немаленький хвост от самого здоровенного группера. Арииаху, конечно, поскрипел зубами, но в итоге кивнул, мол, хорошо, забирай. — Сейчас поедем ко мне на базу, посидим, пожарим. Поболтаем за жизнь, расскажешь, как учёбу закончили… Мне же интересно!
— Извини, не могу, — Хэч обернулся. Тон его был холоден, — хочу последний вечер провести с родными. Завтра с утра нам в деревню на сваях. У нас начинается жизнь людей глубин… А тебе удачи… на новом поприще.
И они ушли.
— Он что, обиделся? — только что подошедший Семис ухватил самый конец разговора. — Вы же с ним не разлей вода были!
— Обиделся, — хмуро подтвердил я. — А куда бы я его взял? Сам видел, в этой лодке, да ещё со снарягой четверым уже тесно будет!
— Конечно, ты прав, — подбодрил меня Семис, — там реально даже я себя лишним чувствовал… — и внезапно попросил, — Скат, возьми меня к себе в помощники!
Я даже не сразу сообразил, что он просит. Видимо, это сказывалась моя замотанность и желание наконец со всем этим закончить, вытянуть ноги, самому поесть по нормальному…
А Семис, не дождавшись моей реакции, продолжил:
— Ты не думай, я могу и с лодкой управляться, и, когда ты для меня такую же штуку на ногу сделаешь, смогу так же, как ты, рыбу бить…
Он на несколько секунд прервался, как-то сдулся, даже, мне показалось, ещё сильнее осунулся. Вздохнул:
— Скат, я не хочу считать улов, разбираться с кормчими, следить за дележом… Пусть этим занимается Киаху! Я вижу, ему нравится, а мне… — покачал головой, — мне кажется, я не был рождён для всего этого.
— Понимаю… — протянул я, чтоб просто не молчать.
Чего тут скажешь!
— Скат, я хочу нырять! Я хочу опускаться под воду, плавать! — словно взорвался Семис с энтузиазмом и сияющими глазами. — Плавать как рыбы, как ты! Да когда я попробовал у тебя плавать с той… с той штукой… Да ты не представляешь, какое счастье я испытал! Я же… Я же… Я же мечтал об этом всю жизнь!… Наверно об этом. Не знаю.
Ух ты! Я не ожидал такого эмоционального всплеска!
— Ладно, дружище, — дотянулся, хлопнул вновь поникшего парня по плечу, — не кисни, придумаем что-нибудь!