Ненавижу тебя (СИ)

— Секундочку, — говорю я Олегу Николаевичу и принимаю вызов, — Да, Элиас? 
И растерянно наблюдаю, как у бывшего начальника взмывают от удивления брови на лоб. 
  
Эпизод 53. Настя
 
Не знаю, что удивило Олега Николаевича. Имя? Только сейчас я задумываюсь, что имя друга детства звучит достаточно непривычно для русского человека. Интересно, если он решит завести детей, им сложно будет жить с таким отчеством?
—Я тут мимо твоего кафе проезжал… — произносит в динамике Элиас, не подозревая о том, что я на другом конце трубки мысленно нарекаю его несуществующих пока детей странными отчествами. 
— А?
— Ты ещё не на работе? У твоей Регины, кажется, большие проблемы, судя по номерам машин, которые стоят на парковке. 
— Я уже в курсе, — вздыхаю я, — подозреваю, что нас ждёт массовое увольнение. 
— Ага, — Элиас хмыкает, отчего моё сердце почему-то начинает биться быстрее, — у меня есть одно тёплое место, Настя, если ты вздумаешь искать новую работу. Позвони для начала мне, прежде чем выкладывать резюме куда-нибудь. 
Я задумчиво смотрю в окно. Заботливый какой. Нет, Настя, не расплывайся сладким сиропом в мыслях, это может абсолютно ничего не значить. Иногда под видом заботы может крыться какая-то страшная задница. 
Например, я помню, как Родион обещал мне роды под неусыпным присмотром лучших профессионалов, когда я жаловалась, что боюсь наши роддомы после страшных историй от подруг. 
Он убеждал так вдохновлённо, что я даже не уточнила, что это за прекрасный такой роддом он выбрал и где взял деньги на это. Уточнить следовало бы с месторасположения: потом оказалось, что он собирался меня отвезти в сельский роддом, где работала акушеркой дальняя родственница сестры бабушки. Которая даже не подозревала о том, что я беременна. 
А я-дура, выбрала, все-таки обычный роддом по месту прописки, и отблагодарила заранее врачей конвертиками. 
— Спасибо, — отвечаю я Элиасу, прекратив вспоминать о жизни с бывшим мужем, — не переживай, мне уже предложили неплохое место. 
Он несколько секунд молчит в трубке, потом осторожно интересуется:
— Ну… где, если не секрет? Я неплохой начальник, Настя. Особенно, для тебя. Подумай. 
— Секрет, Эли. Я сейчас немного занята. Перезвони, пожалуйста, чуть позже. 
И я сбрасываю вызов. Не очень хорошо трепаться при бывшем начальнике, да и…мне хочется немного оттянуть момент, когда наступает период долгих воркований по телефону о том и о сём, и ты окончательно прикипаешь к человеку, как наркоман ожидая следующего звонка. 
Если Элиас решил залечь на дно после того, что между нами было — пусть сначала выплывает и объяснится. 
— Элиас… — слышу я задумчивый голос Олега Николаевича, — необычное имя для России. 
— Да, простите, — смущаюсь я, — старый друг звонил. Его родители приехали из другой страны. 
— Тот самый друг, который помог с квартирой? — хмыкает бывший начальник, ловит мой взгляд, полный укора и откашливается, — прости, Настя. Не моё дело. Просто вспомнил… 
— Ничего. Но да, вы угадали. 
Остаток дороги мы проводим в болтовне на отвлеченные темы — Олег Николаевич быстро уводит разговор в другое русло. 
Начальник тормозит возле КПП, и я, тепло попрощавшись, выхожу из этого гроба на колёсах. 
— До встречи, Настя. Надеюсь, до скорой, — произносит Олег Николаевич напоследок, а я киваю. 
— Я обязательно напишу вам. Спасибо большое за предложение. 
После все проходит в суете — пухлый лысый риэлтор встречает меня у подъезда и как-то спешно начинает болтать — про интеллигентных, тихих соседей, про какую-то знаменитость, живущую этажом выше… на этом моменте я, зазевавшись, и рассматривая вполне себе уютный холл, едва не наступаю возле лифта в пахучую кучку. 
— Дико извиняюсь, — краснеет почему-то риэлтор, и я удивлённо смотрю на него. Не скажет же, что это он тут пометил нужный лифт? — у вас по соседству живёт старушка с собачкой. Собачка старая уже. Видимо, не дошла до улицы… 
Честно говоря, мне все равно. Либо он всю жизнь занимается только элитной недвижимостью, либо родился с серебряной ложкой во рту и не знает, что можно обнаружить, и во что можно наступить в заурядных подъездах обычных домов. 
 
По квартире я хожу, едва ли не придерживая челюсть, пока пухляш нервно и украдкой поглядывает на часы. Честно говоря, мне будет страшно тут жить с Соней. Если она случайно изрисует фломастерами этот ремонт… я точно попаду в рабство к владельцу этой недвижимости. 
— Спасибо большое, — говорю я риэлтору, понимая, что мужчину пора отпустить — видимо, я позвонила ему сильно не вовремя, — я дальше как-нибудь сама. 
— Если что — звоните в любое время, — произносит он с заметным облегчением, — вот, это два комплекта ключей. Вот это документы, не забывайте, что у вас есть два парковочных места. 
Вот с парковочными местами мне как раз делать нечего. 
Пухляш уходит, а я ещё долго стою у окна, глядя на город. Вид тут красивый… Из моего дома окна выходят в совершенно совершенно обычный и скучный двор, а тут я могу наблюдать за тем, как кипит жизнь в городе. Потом достаю телефон и набираю номер Элиаса. Гудок, другой… обиделся и решил не брать трубку? 
— Да, Настя? — со смешком говорит динамик, — освободилась? 
Зря я про него так думала. Я секунду раздумываю, что бы ему сказать. 
— Спасибо, Эли. Я встретилась с риэлтором. Квартира чудесная, только я боюсь теперь, что Соня испортит ремонт. 
— Это не проблема. Дети вообще многое портят. Ты ж в курсе, что Эрик в десять лет сжёг занавески на кухне у родителей? Или ты не видела там чёрные потолки? 
Я прыскаю. Слабо могу представить этого огромного мужчину в роли нашкодившего мальчишки. 
— Не помню, честно говоря. Может, не заметила просто, или не заострила внимание. 
— Ты до сих пор там? — я слышу, как он барабанит пальцами, и добавляет, — честно говоря, я тут поблизости. Если тебе нужно что-то — могу помочь. 
— А как же некоторые проблемы, которые надо срочно разрешить? — не упускаю я возможность немного съязвить и слышу тихий фырк в трубке. 
— Они могут подождать некоторое время. 
Убедительно. Я задумчиво закусываю губу. Хочу ли я увидеть Элиаса? Да, очень. К сожалению, за годы брака с мужем я уже начисто забыла правила, которые могут дать гарантию, что ты не останешься с разбитым сердцем после свиданий с мужчинами. И прежде чем я успеваю подумать, и выдать что-то вроде «давай ты сначала решишь дела, окей?», у меня вырывается одно-единственное слово:
— Приезжай. 
Я бы хотела быть роковой женщиной, и чтобы мужчины ждали моего «да» с трясущимися ручками и расшатанными нервами, но у меня плохо получается. Вместо этого я с замиранием слушаю, как Элиас говорит мне «Окей, буду через минут двадцать». 
Врушка. Поблизости он, видите ли. 
  
Эпизод 54. Настя
 
Элиас приезжает на пять минут быстрее обещанного. Я за это время успеваю позвонить матери, поинтересоваться, как там Соня, да поискать в архиве почты е-мейл бывшего начальства. Зачем откладывать возможность получить неплохую работу? Напишу сегодня же о том, что согласна вернуться, и со спокойным сердцем буду ждать сокращения у Регины. 
Я открываю дверь после короткой, приятной мелодии звонка, и поднимаю взгляд на Элиаса. 
— При… 
«… вет ещё раз, я тут чай нашла» — проносится фраза в голове, потому что Элиас делает шаг внутрь квартиры и как яростный шторм захватывает меня в свой плен, затыкая мне рот поцелуем. Оооу. 
Я даже не предполагала, что тот самый скромный пухляш из воспоминаний способен на такое. Каждый раз целовать так, что перехватывает дыхание. Эта сторона Элиса открывается мне весьма неожиданно. 
 
— Дверь закрой, — шепчу я, чувствуя, какие горячие у него ладони— они опять каким-то магическим образом оказываются у меня под блузкой, и сжимают талию. Эли задумчиво смотрит на меня, гипнотизируя яркими серыми глазами и пинком закрывает дверь.