Золотой Дракон (СИ)

Рада прикрыла глаза, окунаясь в воспоминания. Не самые приятные в моей жизни. Я до последнего момента не была уверена, что смогу осуществить безумную идею, пришедшую мне в голову в тот вечер, после разговора со Странником и Хенно. Оказалось, что боялась зря — Власта и Норриэль жаждали соединиться. Хотя бы так… И когда я немного подтолкнула изменение, они откликнулись. Даже Эльнираэль, которую выманил Странник, не могла не увидеть этого.
Они двинулись друг другу навстречу, чтобы больше не расставаться. Плоть эльфа превратилась в белый камень… А сломанный меч распустился белой лилией.
Мне не пришлось долго колдовать. Гораздо больше сил ушло на то, чтобы убедить королеву поверить собственным глазам. И отпустить брата… но, боюсь, на это ей потребуется ещё немало времени.
— Ты хотела меня о чём-то предупредить?
— Раз ты спросила, расскажу. Берегись королевы. Некогда Эльнараэли пришлось выбивать согласие на собственный брак у своих же советников. Она сумела убедить их. Оба престола должны получить по наследнику… одной крови.
— У эльфиек ведь не бывает больше одного ребёнка? Значит, у её сына должно быть две жены? Эльфийка и человеческая женщина. — Быстро подхватила мою мысль дочь. — Принцесса Югории и одна из приближенных королевы.
— Место принцессы заняла ты. После рождения наследника будь осторожнее. Как только появится сын, ты станешь препятствием. Хотя королева и не предусмотрела появление всадников на престоле…
— Благодарю. Я предупрежу императора.
— У королевы траур по брату. — Подкинула я ещё одну мысль. Хватит, пожалуй. Остальное им придётся додумать самим. Если конечно, всё не изменится…
— Что делать с домом?
— Подари Хенно. Или Хорту, если лекарь откажется. Брат придумает, кого здесь поселить.
— Снова интриги Стаи? — Рада невольно улыбнулась.
— Может быть. Мне пора.
Мы обнялись.
— Возьмёшь плащ?
— Да. — Я продемонстрировала заранее приготовленный предмет одежды. Старый и потёртый, переживший со мной многое. Послужит в последний раз.
Кажется, с домом я прощалась куда нежнее, чем с дочерью.
Остальные присоединились ко мне уже за воротами. Людвиг сжал меня в объятиях, потом уступил своё место Фету. Лют поцеловал в губы, подмигнул остальным, демонстративно обнимая за талию. Я рассмеялась. Тарриэль, насвистывая какую-то песенку, схватил меня за руку и закатал рукав рубашки. Кожа на запястье была нежной и чистой. Ни шрама, ни браслета.
Фет расхохотался, глядя на его вытянувшееся лицо.
— Что, ушастый, кажется, ты снова проиграл?
  
Эпилог
 
Холм с плешивой макушкой едва возвышался над степью. Ночь уже гасла, было холодно и тихо. Где-то вдалеке кричала птица. Два дракона и четыре человека ждали рассвета.
— Эта история заканчивается? — с неожиданной для самой себя неуверенностью спросила Иф. Кажется, сколько их было, этих миров и историй. Но каждый раз прощаться страшно.
— Ну что ты, она только начинается. — С нежностью отозвался кочевник, притягивая её к себе и обнимая.
— Мне нравится такое начало… — пробормотала девушка. Лют замер, вдыхая её запах. Бережно отвел пряди волос с её шеи. Нагнулся и провел губами по смуглой коже. Поцеловал. Она оглянулась, прижалась к губам. — «Как я по тебе скучала…». — «Я тоже, милая».
Полночь и Лунный переплели шеи. За все воплощения они не разу не были вместе. Только вот так — между рождениями. Да ещё в Доме…
Тарриэль улыбнулся.
— У меня будет ещё одна попытка. На этот раз я не совершу ошибку.
Лют фыркнул.
— Ты всегда так говоришь.
— И кстати. — Вмешалась Иф. — Ты проиграл спор. Я тебя убила. Ты должен Фету.
— И зря надеешься, что я не вспомню. — Продолжил вор. — В Доме обсудим условия, на которых ты будешь отрабатывать свой проигрыш. Думаю, бессловесный раб-эльф мне пригодится… прибираться в покоях, стирать штаны…
Тарриэль зарычал, демонстрируя вовсе не эльфийские клыки. Образы стали исчезать — постепенно проявлялись истинные сущности.
  
Людвиг усмехнулся.
— Всё как всегда. Всё, как должно быть.
— С Летописцем покончено. — Мурлыкнула Иф. — С эльфами покончено…
Лют хмыкнул, поцеловал её в плечо…
Фет улыбнулся, глядя на них, и негромко обратился к Людвигу. Опаловый дракон лежал на земле, подставив своему Всаднику шею, на которую тот и опирался. Тёмно-зелёная драконица отодвинулась на несколько шагов и следила за небом. Вот-вот оно начнёт меняться и появится мост. А там до Дома два взмаха крыльев.
— Ты не боишься?
— За себя? Или за тех, кто остаётся?
— В целом.
Людвиг хмыкнул.
— Нет. Можно подумать, что это в первый раз.
— А ты боишься? — спросил Лют. Его рука лежала на талии Иф.
— Не знаю… — честно задумался бывший король воров. — Наверное, нет. К тому же, мне интересно, что будет дальше. Какой мир на этот раз? И кем мы будем?
— Вот и мне тоже. — Улыбнулся кочевник. — Хотя я привык быть в пути.
— Это особенный путь. — Отозвался Людвиг, бывший император людей.
— Что ж… каждый путь особенный. Хотя ты прав. Там я ещё не был.
— Скоро побываешь. — Покосился на небо его дракон. — Светает. Мост вот-вот появится.
— А ты? Тебе не страшно? — нашёл новую жертву Фет.
Лунный покачал головой.
— Я не один. Мне ничего не страшно.
Людвиг улыбнулся, шепнул:
— Друг.
— А как же я? — тут же начал придуриваться Фет. — Вот всегда так…
— Ты тоже. — Тепло и абсолютно серьёзно ответил Людвиг.
Бывший король воров хмыкнул… и замолк.
Все вместе они ждали рассвета.
— И всё-таки, кто вы?
— Вор, Оборотень, Рыцарь, Кочевник, Дивный… Мы залог равновесия миров. Те, кто воплощаются и снова исчезают. Боюсь, других имён у нас нет.
— Откуда вы взялись? — королева нервно сжала в руке веер. Она так и не поняла, почему я пришла к ней.
Я усмехнулась.
— Однажды просто проснулись в Доме. Тогда с нами была Леди. Она погибла.
— Зачем вы пришли?
— Чтобы у этого мира появились хранители. Сейчас наша задача выполнена.
— Вы отняли у меня всё.
— Это не так. Время эльфов подходит к концу. Но в твоих потомках кровь дивного народа сохранится. Благодаря Людвигу и Тарриэлю.
— Вот как? Ваши имена…
— Не имеют особого значения. Но мы сохраняем их между воплощениями. После они уходят в глубины памяти. Мы можем вспомнить любую из своих жизней и любое из имён.
— Расскажи о Доме.
— Дом… каждый из нас воспринимает его не так, как остальные. Для меня он деревянный — большой и светлый. В очаге всегда горит огонь, пахнет горячим хлебом и нагревшимся на солнце деревом. А сад вокруг больше похож на заросли. Там цветут дикие яблони и бьёт родник.
— Сад тоже… меняется?
— Не меньше, чем дом. Раньше он был полон белых роз. Но после смерти Леди там не распустилось ни одной розы.
— Может быть, там появится лаванда? — медленно проговорила эльфийка, всматриваясь в моё лицо.
— Может быть.
«Это обнадеживает…»