Золотой Дракон (СИ)

— В тронный зал.
— Ты уверен?
— Моя мать там. Я чувствую.
Тар подумала, что этот жрец, или кто он там, поступает странно. Почему он не убил королеву, а остался ждать появления её сына?
«Потому что тогда Мираэль бы сбежал и начал собирать войско. А сейчас он идёт в руки жрецу сам» — отозвался Золотой Дракон. — «Из Эльнираэли вышла отличная приманка. Решимости убить себя и избавить от опасности сына ей не хватит».
«Эльфам же нельзя!» — возмутилась Тар.
«Отличное оправдание».
— Ну, и что теперь? — осведомился Арториэль, глядя на принца. Восседавший на троне жрец на миг запнулся, потёр лысину, а потом продолжил
— … несказанно рад вас видеть. И, раз уж все в сборе, приступим.
— Теперь он нас убьёт. — Ответил Мир. Смотрел он только на Эльнираэль, мирно стоящую рядом со жрецом.
— А потом будет править на пару с твоей матерью.
Жрец меж тем сделал слез с трона, освещение поярче, прошёл вокруг магического рисунка, в узловых точках которого стояли будущие жертвы. Проверял он каждую точку, не обращая внимания на разговоры и мрачные взгляды. Пошевелиться никто из них всё равно не мог.
Королева, окинув эту картину равнодушным взглядом, подошла к трону и села на ступеньку перед ним, красиво распределив складки платья.
— Кстати, а почему он оставил нам возможность разговаривать? — спросила Тар.
— Наверное, для этого ритуала нужны кричащие от боли жертвы. — Предположила Рада. — Полагаю, ему нужны наши жизни, чтобы вернуть молодость… или обрести силу… или вывести бородавки. Кто их, маньяков, знает.
— Почему Тарриэль нас сюда отправил? — тихо озвучил общую мысль Ирис. — Этот маньяк скрутил нас на пороге. Значит, ждал.
— Ты сам ответил на свой вопрос. — Отозвался принц.
Рада кашлянула. Мир покосился на её светящиеся руки и позвал Ириса.
Эльф побледнел. И громко спросил:
— Как думаете, долго это будет продолжаться? Я уже устал смотреть на этого сморщенного гоблина.
— Он жрец Солнца. — С сомнением ответил тёмный эльф.
— Да? — изумился Ирис.
«Попробуй раскрыть крылья. Его магия не рассчитана на демонов. Только осторожно» — потребовал Золотой Дракон, отобрать которого жрец почему-то не решился.
«Королева заметит».
«Неважно. Давай».
Для начала почувствовать бы собственное тело…
«Не так. Просто взлетай. Не думай. Не представляй. Действуй».
«Не получается!»
«Он пройдёт ещё один узел, и всем нам крышка! Хватит страдать!»
Нет… Наверное, ничто на свете не заставит её крылья повиноваться воле хозяйки. Ничего не получается.
Ожидание в глазах Ириса. Остальные травят какие-то байки, смысл которых ей не удаётся уловить. Жрец шаркает ногами, чуть прихрамывает. На поддержание магии уходит много сил.
«Королева ему не помогает, — поняла Тар. — Но и не мешает. Почему?».
Ответа не последовало.
Последний узел. Жрец улыбнулся. При этом его благообразное спокойное лицо стало казаться даже привлекательным. Выпрямился, потирая спину, и позвал Эльнираэль:
— Ваше величество… прошу.
Королева величественно проследовала к центру рисунка. Жрец встал напротив. Ещё раз окинул взглядом тронный зал. Убедился, что всё в порядке и дал команду:
— Приступим. Для начала наполним рисунок магией. — Прикрыв глаза, он начал произносить слова заклинания.
Тар почувствовала, что больше не способна говорить. Стало по-настоящему страшно. Теперь никто не сможет помешать ему… Может быть, так было с самого начала, и ничего просто нельзя было изменить?
Шорох за спиной заставил жреца приподнять веки и насторожиться. Заклинание он не прервал, но Эльнираэль пошатнулась, словно на неё вдруг упала вся тяжесть творимой магии.
Потайная дверь в стене открывалась медленно. А просунувшаяся в неё голова — как с разочарованием обнаружила Тар — принадлежала Лизке. Гончая, искренне уверенная, что жрец занят ритуалом и ничего вокруг не замечает, выскользнула в зал. В её руках появились парные мечи.
Жрец, лица которого Лиса видеть не могла, укоризненно поджал губы. Только что пальцем не погрозил… Может, просто не успел. Гончая, напоровшись на его взгляд, резко побледнела. Мечи полетели в жреца, вместо них Лизка уцепилась в рукоять чего-то сияющего пронзительной зеленью, холодного и поющего. Но даже меч Леса не мог уже её спасти.
Всё кончилось быстро. Из поднятой руки жреца вырвалась золотая молния, ударившая в грудь Лизки. Меч полыхнул весенней листвой… и исчез. А девушка осталась. На выжженном полу тронного зала.
Тар закрыла глаза. Всё.
Иффен
— Всё, что я делал, было сделано для тебя! Во имя нашей любви! Я создал легенду, знамя, за которым готовы идти! Я поднял нашу любовь как флаг и нёс её все эти годы… Я создавал мир, в котором мы могли бы жить, не боясь ничего и никого! А ты чуть не разрушила всё, чего мне удалось достигнуть! Вместо того, чтобы принять мой дар, ты…
Водяная плеть ударила его в лицо. Отмахнувшись, Тарриэль продолжил вещать, предусмотрительно не подпуская меня ближе с помощь огненной стены:
— Ты понимаешь, как много я сумел сделать?..
Я продолжала обходить его по кругу, высматривая, куда нанести следующий удар. Наверное, стоило обмануть эльфа и притвориться, что на всё согласна и вообще пребываю в диком восторге. Только он бы не поверил.
— Иф, ты была мне другом и соратником, помнишь? Не просто возлюбленной и женой…
— Ты сам снял с меня браслет! — прорвалось всё же моё возмущение. Ну давай, отреагируй… позволь себе на миг утратить бдительность… мне хватит.
— Я должен был защитить тебя и нашу дочь! Если бы Эльнираэль знала, что ты носишь моего ребёнка, то не оставила бы вас в живых. Хотя её опасение и не оправдалось — Радриэль родилась обычной полуэльфийкой, — я не мог рисковать. Но сейчас…
— Сейчас ты готов был убить меня и наших друзей заодно, только бы осуществить свою идею.
Глаза Тарриэля расширились:
— Нет! Я не собирался никого убивать… Это всё жрец!
Эта детская попытка оправдаться была слишком похожа на провокацию. Напасть, пока он растерян? Нет. Я сдержалась. Спросила ровно, допустив в голос капельку любопытства.
— Зачем ты связался с ним?
— Без него мой план было не осуществить. Я нашёл его, окопавшегося в Данноре, озлобленного на весь мир… и по-прежнему сильного, жаждущего власти. Наладить с ним контакт было не особенно сложно. Контролировать — да. Убеждать его, что нельзя напасть на императорскую семью в первый же день нашего сотрудничества… та ещё морока.
— Но ты, конечно, справился.
— Как видишь. Пришлось позволить ему кое-какие вольности… но это уже в прошлом. Сейчас всё зависит от тебя.
— Потому что я вмешалась в твои планы? Хочешь спасти то, что ещё от них осталось?
— Может и так. Я ещё могу повернуть ситуацию правильно, сохранив максимум достигнутого. Может, выиграю даже больше, чем рассчитывал раньше. Мы выиграем. С тобой вместе. Хочешь? — Голос дивного стал мелодичнее и мягче. Он завораживал и просил. — Давай же… протяни мне руку. Я шёл к этому двадцать лет, понимаешь? Ты ведь ждала меня, я знаю. Всё время ждала…
«Леший, какой бред он несёт! — восхитилась я. — Неужели действительно считает, что я ему поверю и потопаю следом строить новый мир?!»
— Иф? — эльф убрал огненную стену и, светясь бесконечной любовью и нежностью, шагнул мне навстречу.
Пора! Ударить водяным шаром уже в прыжке, меняя облик и целясь в горло… и получить в ответ огненным… уже успев вцепиться и рвануть. Потом — ничего. Чернота.
Очнулись мы одновременно.
Глядя на зарастающую рану на его горле, я почти равнодушно думала о том, что сейчас умру.
Тарриэль поднялся первым. Шатаясь и держась за стену, по которой сочилась вода. Остановить поток я не могла, даже если бы захотела. На то, чтобы договориться с местными духами ушло много времени и энергии — всё, что удавалось наскрести. Сейчас же восстановить над ними контроль мне было не по силам. Магия вырвалась на свободу. Стены уже начинали трещать — давление воды, поднятой мной с глубин, всё возрастало. Скоро на месте Серебряного замка ничего не останется, а подземелья навсегда уйдут под воду. Тем же, кто в них находится… придётся погибнуть.