Осознание. Пятый пояс (СИ)

— Морт! Прекрати! Немедленно!
Граница столкновения дрогнула и сдвинулась. В сторону Кулака.
— Да что ты так орёшь?
— С того, что от этого старика всё сильней разит опасностью!
— Тем быстрей с ним нужно разобраться, а не прекращать.
— Прекрати и дай мне самой разобраться в проблеме, что ты создал. Немедленно! Арек! Пусть Морт остановится, или я сейчас же разорву союз с вами, а мои сёстры поддержат меня, а не вас двоих!
В этот миг граница столкновения не просто снова отодвинулась от меня, Кулак повернулся к Сестре и выдохнул вслух:
— Ты в своём уме?
Две другие женщины за спиной моей жертвы переглянулись и кивнули:
— Мы поддержим Илимию, наше Прозрение тоже неспокойно. Вы услышали, братья.
Вторая точка.
— Я считаю до трёх, два упрямых брата. Раз, два…
 Глава 4 
Я и сам замер, ожидая, чем всё решится, готовый как доломать амулет, так и бежать прочь, но в этот миг раздался ещё один мысленный голос. Тихий и спокойный.
— Достаточно, брат.
— Всё! Умываю руки, — Морт даже вскинул их, жестом подтверждая свои слова. — Пальцем не пошевелю, когда он начнёт обвинять ваш союз, сама будешь убивать его.
Давление на меня полностью исчезло, резко, в один миг, и вот к этому я оказался не готов, едва успел сдержать свою силу, которая неудержимо хлынула вперёд, едва успел остановить её в шаге от Кулаков и Сестёр.
Но я справился, остановил, втянул в себя, выпрямился, и как раз в этот момент вперёд, ещё на шаг выдвигаясь из строя Властелинов, скользнула одна из Сестёр.
Я лишь шире улыбнулся, не став продолжать с её амулетом. Не успел даже подобрать третью точку. Медленней, чем в прошлый раз, но тут уж ничего не поделаешь. То ли амулет лучше, то ли я оказался хуже.
— Гость, прости моего собрата по Возвышению за горячность. Он всегда был таким, с молодости. Я приношу извинения за него и за начало нашей встречи…
Морт фыркнул:
— Потому что сам я никогда извинений не принесу. Пресмыкаться перед Предводителем? Илимия, до чего ты скатилась?
— Я тебе ещё припомню эти слова, Морт, — прошипела в ответ Сестра, которую он назвал Илимией, мне же улыбнулась. — Ты сказал очень верные слова, гость, и мне стыдно, что это горе случилось с алхимиком Пиатрием по вине кого-то из сестёр нашего союза. Я немедленно прикажу разузнать все подробности произошедшего и клянусь тебе Небом, что все, кто мог протянуть ему руку помощи, но не протянул, будут наказаны.
Седой поспешил с советом:
— Всё, кивай, благодари и поворачивай, поворачивай разговор к Ян, малец, я уже устал давить на Прозрение Сестёр и помогать тебе, окажись они чуть подозрительней, и…
Седой замолчал, и так оставив меня в изумлении. Я-то думал, что это я так хорош, одной вознёй с амулетом заставил Илимию опасаться меня, всего лишь Предводителя, но мастера Указов. А дело оказалось в том, что стоящий за спиной Седой представлял, как убивает её и остальных. Но раз так, то мне можно продолжать с амулетом, верно?
— Малец! Благодари! Живо!
Я не стал огрызаться, совет-то был хорошим, я и сам хотел всё так выстроить, просто, не хуже Морта, слегка погорячился, когда пошёл разговор о Пиатрии.
Поднял руки и приложил кулак к ладони:
— Благодарю тебя, старшая Илимия. Небо видит всё, надеюсь, все виновные понесут заслуженное наказание и на всю жизнь запомнят, что иногда перед общим врагом стоит отбросить все обиды. Точно так, как это делаете сейчас вы, их старшие.
— Хорошо сказано, — кивнула Илимия, похоже, даже не ощутившая, как сдалась третья и четвёртая точки её защитного амулета.
Морт тут же решил, что молчал уже достаточно:
— Только к чему ты это говоришь, назвавшийся просто гостем? Лесть?
Кто-то из Сестёр снова рявкнул:
— Морт!
Я моргнул и покачал головой:
— Лесть? Нет. Я напомнил и себе, что нужно усмирить жажду мести к случайным младшим и сосредоточиться на истинных виновниках беды.
 
Кулак Морт неприятно ухмыльнулся и спросил:
— И кто же это? — и тут же ответил за меня. — Их старшие, которые их плохо воспитали?
Теперь Илимия осадила его уже вслух, так, чтобы я точно услышал:
— Морт, — мысленно же добавила. — Ты ходишь по тонкому льду, союзник. Ты же на моих глазах подстрекаешь его, и мне снова не по себе.
Я про себя чуть не улыбнулся. Даже так?
— Малец, напомни, мы пришли сюда усилить союз или развалить его?
Седьмая слабость амулета поддалась моему усердию, я, наконец, подобрал форму души, которая полностью соответствовала контрактам, которые висели над головой Сестры, и я улыбнулся, заодно ответив на вопрос:
— Разумеется, нет, старший Морт. Истинные виновники это — Ян.
Морт фыркнул:
— Отлично. Сначала ты обвинил нас, а теперь…
— Да помолчи ты! — рявкнула Илимия. — Арек, уйми его. Немедленно!
— Я тебя сейчас сам уйму, женщина!
В разговор снова вмешался ещё один голос, снова спокойный, я бы даже сказал равнодушный и холодный:
— Довольно, брат. Пусть с гостем говорят только Сёстры, это их дело — плести сладкие речи. Нас с тобой устроит любой результат.
Морт, пусть и криво ухмыляясь, замолчал. Так, значит, из двух братьев-кулаков один младший, другой старший. Как всегда. Но теперь мне понятно, чей амулет я обману следующим, раз уж их Прозрение молчит с моим талантом.
Сил, влитых в печать Сестры, оказалось немало. Я лишь подозревал, что это контракт. Не слышал, да и сам не думаю, что у них в союзах есть мастера Указов равные или более сильные, чем сами главы союзов. Это не выгодно, это опасно. Но и контракты между Властелинами — это не безделка. Должны же они были перестраховываться от того, что завтра вторая сторона возьмёт ещё одну звезду Возвышения и без последствий нарушит все клятвы? Я вливал и вливал силу в печать, а она всё не становилась и не становилась моей. Не слизняк Браут, не слизняк.
Сестра Илимия тем временем повернула голову, благодарно кивнула второму из Кулаков и снова перевела взгляд на меня:
— Меня радуют твои слова, но ты сам недавно говорил о справедливости, поэтому я буду честна с тобой — алхимика убили големы Поля Битвы. Да, эта часть Поля принадлежит семье Ян, но не более.
— Спасибо за откровенность, старшая, но я не настолько безумен, чтобы мстить лишь за одно право владения. Пусть я давно не виделся с благодетелем Пиатрием, но время от времени мы…
Я заметил вдруг, как прищурилась одна из Сестёр, что держалась позади той Илимии, и тут же Седой буркнул:
— Малец, ты ври, да не заговаривайся.
До меня дошло. Как быстро я забыл начало разговора. Эта Сестра ощущает ложь и правду. Собрались на мою голову таланты. Только что я собирался сказать, будто обменивался письмами с Пиатрием, но поспешно произнёс другое и заговорил чуть медленней, напоминая себе, что нужно говорить правду:
— … беседовали, обменивались мыслями. Пиатрий рассказывал, что очень страдает от налога Ян, теряя драгоценное время в выходах на Поле Битвы. И туда он всегда отправлялся только вместе со своим отрядом, к которому не один раз искал себе замену. Первое, что я сделал, оказавшись в городе, это наведался в поместье Пиатрия.
Морт фыркнул:
— Так, значит, Ян солгали, — явно кого-то передразнил, повторяя противным голоском. — Переход Пути заблокирован, переход Пути заблокирован.
Ему возразил новый женский голос:
— Морт, скорее всего, они деактивировали путь отсюда, чтобы мы никак не могли попытаться найти себе помощь, но переход сюда действует. Наверняка сами они воспользовались нефритами голоса и ждут, когда ушедшие из города вернутся и перевес Властелинов станет подавляющим или и вовсе пытаются нанять себе помощь.
Илимия, что стояла впереди и вела со мной беседу, хмыкнула: