Осознание. Пятый пояс (СИ)

Я стиснул зубы на миг, кивнул и принялся задавать вопросы управляющему дальше.
Про дела в городе он тоже знал немало.
Да и дело было такое… громкое. Ян, оказывается, начали с того, что подняли шум среди жителей города, пришли к главе Кулаков с немалой толпой за спинами стражи. Кулаки сначала всё отрицали, клялись в неведении, обвиняли Дамзора в самоуправстве и прочее. Я-то знал правду, а вот толпа — то верила Кулакам, то верила Ян.
Кулаки начали понемногу уступать, но упёрлись на том, что выплатят виру за нападение на людей Ян, не более.
И в это время из зоны запретов выбрались сбежавшие от Бедствия. Те немногие, что имели нефриты голоса, послали весть своим старшим. И ладно бы только сообщения о Бедствии, но и обвинения. Выжившие Ян, как бы не те, которых я видел перед тем, как остаться, обвинили Сестёр в том, что те не чистили свои территории от големов, а затем и спровоцировали Бедствие.
Сёстры в долгу не остались и обвинили в этом уже самих Ян. И им поверили уже больше, потому как именно Сёстры потеряли всех, кто работал там, где полыхнул шар Бедствия.
В городе поднялся плач и рыдания. Сёстры были большим союзом, у них многие служили, немало и вольных идущих брало у них контракты на поиски, тысячи людей в городе осознали, что потеряли своих близких.
К этому времени до города добрались немногие выжившие в Бедствии и начали рассказывать о нескончаемых ордах големов, которые словно копились все четыре сотни лет с момента Падения Бедствия.
Обвинения пошли по кругу, с живыми-то свидетелями, вспомнили о Пепельных, которые тоже каким-то образом оказались на чужих землях, заговорили о совсем уж старых делах и обидах, а затем, затем в городе вспыхнули схватки.
Сейчас город разделился на три части. Территория Ян, территория Кулаков, Сестёр и их союзников, территория Пепельного союза и его союзников.
Седой хмыкнул и сообщил мне:
— Слишком незначительный перевес по силам. Нам стоит присоединиться к одному союзу, сильнейшему, иначе они будут спорить за старшинство и терять наше время.
Я уточнил:
— К Кулакам?, — едва Седой кивнул, напомнил ему. — Несколько Кулаков видели эту маску и могут сообщить, что я пришёл извне города, не получается по времени…
Седой не дал мне даже договорить:
— Да плевать. Кто будет вникать в такие мелочи? Если они вернутся в город и увидят тебя, то будут молчать, как рыбы.
Я не был в этом уверен, но спорить не стал.
— Да и вообще, опасность опознания грозит тебе в любом случае и в любом союзе. Хотел её избежать, следовало убивать тех младших, а не тренироваться на них и выворачивать их кисеты.
И снова я промолчал.
Едва мы покинули поместье Пиатрия, как за ближайшим поворотом Седой опустил меня на землю, криво усмехнулся:
— Ну что, малец, момент истины?
Я, погруженный в свои мысли, не понял его, переспросил:
— Что?
— Как что? Я к Кулакам. Один. Ты тоже остаёшься один. Если надумал расстаться со мной и не присоединиться к Ордену, то самое время тебе уйти прочь, пока я не могу приставать с невестами.
Я, только что представлявший, как буду вести разговор с Кулаками, обдумал и слова Седого. Пройти напрямую к порталу, прокрасться вплотную или вырубить всю охрану, проверить, наконец, возможности кольца с драконом, и даже если ничего не получится, то просто воспользоваться самим порталом и уйти отсюда. В любое другое место Пятого пояса, тем более что время с Седым не прошло даром и я неплохо уже представлял, где получше, чем в землях Ян.
Я всё это обдумал, представил, вспомнил кое-что прошлое и тряхнул головой:
— Я чую в твоих словах страх Седой, — скривил губы в ухмылке. — Что, чуешь, что слабоват и только на меня рассчитываешь в возвращении своих вещей? Так, может, и не мне нужно присоединяться к Ордену, а тебе пойти со мной в один из десяти кланов?
— Страх? Малец, ты ври-ври, да не завирайся. Я не боялся даже тогда, когда Дамзор сообщил мне, что тащит меня к Алым Пикам, чтоб у этих ублюдков сектанты в родне нашлись. Десять кланов, десять кланов, — Седой явно передразнил меня, а затем вдруг начал сыпать ругательствами. — Да чтобы Беург подавился и помер на глазах всех своих любовниц, да чтобы Проут глаза, наконец, открыл и обнаружил, что половина детей не от него, да убился от злости, да чтобы гарховым Уш кинули, наконец, кость и дали право действительно десятым кланом именоваться и чтобы им тут же в горло вцепились Маурт.
 
Я нахмурился, пытаясь сообразить, кто все эти люди и к чему Седой их приплёл, и вдруг сообразил. С усмешкой сообщил:
— А всё же я был прав. Ты и сам очень и очень скользкий, Седой. Не нужно даже брата Галума, можно брать уроки у тебя самого. Видно, придётся этим заняться в пути.
Седой прищурился:
— Это обещание? Будешь брать уроки?
Я отмахнулся:
— Иди.
— Малец, ответь.
— Иди, Седой, иди, а то всё без нас решится и кто тогда твои вещи вернёт?
— Ты, малец?
— Тогда это будет тебе стоить очень и очень дорого, Седой. У тебя стольких знаний-то и нет.
— Я у Ян займу.
Я первый закончил этот странный разговор, молча уставился на Седого, и он, вздохнув, развернулся и умчался прочь.
К Кулакам. Предлагать свою помощь.
Я тоже неспешным шагом, невидимый, двинулся в ту же сторону. Мне нужно прийти попозже и с другой стороны. И нет, я не пойду к Пепельным или к порталу. Мало оставить печать на управляющем, нужно позаботиться и о том, чтобы хозяин города, кто бы им ни остался или ни стал, позволил мастерской и дальше работать на семью Пиатрия. А ещё есть Лая, Бессердечная Сука, к которой у меня тоже есть пара вопросов. Вопрос первый — кто мешал протянуть руку помощи Пиатрию. Вопрос второй — как на этот раз ты будешь оправдываться?
Проверил на ходу, как выгляжу. Свежий красно-чёрный халат не из моих запасов, волосы выцветшие, кожа на руках и шее стянутая и покрытая сеткой морщин, отвар Седого действует. Но этого мало. Нужно ещё имя и оружие. Наконец-то, пригодились копья, что я купил в торговом доме Ян. Они, правда, слишком неказисты для пикового Предводителя, за которого я себя выдаю, но если действовать по уму, то мне вообще не придётся их доставать — моим оружием будут Указы и техники.
Нужно только выбрать имя. Или не нужно? Устал я как-то от всех этих имен, чужих лиц и чужой жизни. Если я не могу быть Леградом или Римило, то не буду вообще никем.
Мне оставалось пройти половину квартала, когда в голове буквально прогремел голос:
— Кто идёт к резиденции Кулаков, скрываясь под невидимостью? Назовись или я буду считать тебя врагом!
Я остановился, постарался вспомнить ощущение чужого голоса и толкнул обратную мысль точно в его сторону. Как мне казалось.
— Я гость в городе, который ищет ответы на вопросы и надеется получить их у вас, старший.
Ответ показал, что мне всё удалось:
— Сними невидимость и выходи на площадь.
Я сдёрнул с шеи амулет, убрал его в кольцо. К хорошему привыкаешь быстро, уже даже и рука не тянется к поясу.
Неожиданно вспомнились дни в городе Морозная Гряда, когда я впервые начал зарабатывать на искательстве, хорошо оделся и принялся задирать нос. С тех пор прошло немало лет, я вырос, стал сильней, а сейчас и вовсе выгляжу как старик.
Хмыкнув, заложил руки за спину, расправил плечи и так, словно был главой пусть и мелкого, но союза, двинулся дальше.
Там и правда обнаружилась небольшая площадь перед высоким зданием, на стене которого красовался знакомый мне герб. Резиденция Кулаков.
В воздухе висело восемь Властелинов. И Седой. С краю.
Под ними толпились другие идущие, слабее, я думаю. Все они сейчас пялились на меня, иногда даже сжимая в руке оружие.
Не обращая на них внимания, я прошёл ещё пять шагов и только тогда остановился, вытащил руки из-за спины и неспешно, и не очень глубоко согнулся в приветствии идущих, глядя при этом на парящих в воздухе Властелинов: