Сальто назад (СИ)

— И что тогда делать? — турок вытаращил на седого американца большие карие глаза. — Мы не можем послать исполнителя просто с заданием убить. Нам в любом случае надо как-то его мотивировать. Наши бойцы «идеалисты» им нужна великая цель, а не просто доллары.
— Очень плохо! — лучезарно сверкнул белыми зубами Личо Джелли. — Очень плохо, когда за дело берутся идеалисты и дилетанты, а не профессионалы. С профи всегда можно спросить, а идеалист и сам помрёт и нас за собой потянет. А этого польского выскочку надо убирать. Одно то, что он не согласился отменить средневековый предрассудок о несовместности католицизма и масонства… Нет, ему не место среди живых. — Джелли коснулся губами золотого распятия, висевшего на шее.
— Зато идеалистами легко управлять. Забил голову любой мурой, и готов шахид для священной жертвы, — огрызнулся Тюркеш.
— Джентльмены! — Кейси поднял ладони в примиряющем жесте. — Мы отклонились от главной темы нашей встречи. Мистер Тюркеш, будьте любезны, огласите легенду, которую вы собираетесь загрузить своему человеку.
— Тут всё просто. Всё основано на старинной межконфессиональной вражде простых турок и христиан-крестоносцев. Его командир расскажет ему, что Папа Римский — причина всех несчастий исламского мира, так как он — земное воплощение крестоносного воинства. Что, убив его, он лишит воинство силы духа…
— Нет! Плохо! Ваш антиклерикальный посыл никуда не годится! — Кейси скривил губы в брезгливой гримасе и забарабанил пальцами по столу.
Тюркеш и Джелли невольно уставились на скрюченные в артрите пальцы, покрытые редкими белыми волосками. Пальцы с минуту отбивали по столешнице медленный ритм похожий на «Болеро» Равеля.
— Легенда должна быть такая, — Кейси пожевал губами. — Первый план — пусть будет исламский. Крестоносцы, неверные, бла-бла-бла, а вот на второй надо пустить поляков. Пусть скажет, после сыворотки, что какой-то поляк, пусть его фамилия будет Ян Новак из польской госбезопасности, предложил ему миллион долларов и даже заплатил аванс. Для нас сейчас важно подставить именно польские коммунистические власти, а покушение на Папу будет очень кстати.
— Хитро придумано, мистер Кейси, — хмыкнул с сомнением Джелли. — Я готов допустить, что ваш Орал Челик, умён и сообразителен, но всё-таки это простой парень из Анатолии. Может быть всё-таки пусть он, когда его схватят, рассказывает про джихад, а вот его «крыша», которую он должен сдать, сам о том не подозревая, должна вывести службу Лугареси [71] на поляков.
— Правильное решение! Так и сделаем!
Внезапно за окном раздалось громкое воронье карканье. Операция «QUHELPFUL» началась.
25 июня 1980 года. Рим. Ватикан. Площадь Св. Петра.
Белый Fiat Campagnola известный среди журналистской братии как «папамобиль», медленно и плавно въезжает на площадь заполненную народом. Кузов открыт, Папа улыбается и машет рукой в сторону паломников, благословляя их. Негромко шелестят шины по брусчатке. К Понтифику тянутся руки, море человеческих рук. Простые католики любят Иоанна-Павла II. Все хотят прикоснуться к деснице наместника Святого Петра. Папамобиль проезжает в одну сторону, делает разворот и едет обратно, чтобы понтифик мог благословить прихожан и там. Охрана в машине привычно невозмутима, не отталкивая грубо, она старается не пустить экзальтированную публику слишком близко к Папе. Тот же, часто идёт против действий охраны, чем доставляет ей лишние хлопоты, вот и сейчас он внезапно наклоняется, чтобы поприветствовать маленькую девочку.
Вдруг людской гомон перекрывает грохот выстрелов, сотни голубей взлетают над десятитысячной толпой, Его Святейшество отбрасывает назад прямо на руки личного секретаря монсеньора Дзивиши. Белый пилеолус падает с головы Папы, обнажая седые пряди. В тоже мгновение через ограждение, легко для его солидной комплекции перепрыгивает полковник жандармерии Ватикана Камилло Чибин. Из-за высокой плотности собравшейся толпы, преступник не смог скрыться, и был схвачен Чибином, «на месте преступления». Ещё через мгновение парни в чёрных костюмах начинают расчищать дорогу для автомобиля, чтобы доставить Понтифика к дежурной машине скорой помощи. На счастье машине ничто не мешает.
 
— Его Святейшество тяжело ранен… — голос секретаря, связавшегося с клиникой папы, срывается от волнения. — Да, пулевое… Да, сквозное, пуля вышла в спине и пробила стенку авто… Вторая попала в палец… В районе живота красное пятно…, нет, он в сознании. Мы скоро будем, готовьте операционную.
Картеж стремительно направляется к карете скорой помощи. Окрестности оглашает вой сирены. Через восемь минут Понтифик уже доставлен в клинику Джемелли.
Долгих пять часов хирурги боролись за жизнь. Папе повезло, если так можно сказать в подобной ситуации, пуля по неизвестной причине отклонилась от траектории и не задела жизненно важные органы, повредив только несколько петель тонкой кишки. Удалив повреждённые участки кишечника, хирурги извлекли пулю и Кароля Войтылу поместили в реанимационную палату. Операция прошла успешно. Жизни Папы Иоанна-Павла II ничего не угрожало.
Киллер был схвачен полковником Чибином и после сеанса кулачного массажа, передан итальянской полиции для последующих следственных действий.
На допросе молодой турок совершенно не скрывал антипатий к католицизму и христианству вообще.
— Ланет олащ-щ-щи хачлилар-р-р, [72] — злобно шипел и рычал парнишка на варварском турецком. — Джехенемде янаджаксиниз. [73]
После профилактических процедур, заключавшихся в обработке, спеси у него поубавилось. Ещё через сутки он вдруг вспомнил, что может вполне сносно говорить по-итальянски. Следователям удалось узнать, что остановился он в дешёвой ночлежке около вокзала Чалдини. Туда срочно направилась группа SISMI с указанием от самого Нино Лугареси перевернуть всю ночлежку вверх дном, но найти следы сообщников, а главное намёк на настоящие цели и задачи. Почему-то в SISMI не верили в то, что покушение на Иоанна-Павла II дело рук турецких исламистов.
Действительно, в комнатушке, что снимал уже две недели Олан Челик, обнаружили среди религиозной литературы, перечень адресов и телефонов, по которым смогли выйти на Стамбульский центр националистической турецкой партии «Серые волки». На квартире было решено оставить засаду, и буквально в тот же день в неё попалась добыча.
Вечером того же дня полковник Тюркеш поручил Абдулле Чатлы уничтожить все вещи в жилище Челика. Абдулла ещё подумал, что странно, почему приказ отдан через три дня после ареста исполнителя. Он привык исполнять приказания, поэтому оставил сомнения при себе.
Стоило ему появиться по адресу, как он тут же был схвачен оперативниками SISMI. Абдулла не стал изображать из себя героя, а сразу выложил сначала версию про великий джихад, а после того как ему вкололи сыворотку правды доложил следователю, что получил деньги и задание на устранение Папы от поляка по имени Ян Новак.
Это было как раз то, что нужно. Ян Новак и на самом деле работал в польском торгпредстве в Риме и числился специалистом по товарам лёгкой промышленности. Впрочем, в Польше фамилия Новак самая распространённая, а уж Янов, Янеков и Янушей больше чем Джованни в Италии. Это не помешало итальянским властям затребовать от посла ПНР лишения экстерриториальности торговых представителей.
Ясно было, что при отказе в выдаче Новака, Польшу обвинят в преступлении, поэтому было решено дипломата выдать в надежде, что хорошему адвокату удастся доказать непричастность Новака к этому нелепому преступлению, тем более, что и сам пан Новак был ревностным католиком, глубоко почитавшим Иоанна-Павла II.
На следующий день большинство газет Италии пестрело аршинными заголовками. «Коммунисты покушаются на Папу Римского!», «Папа пострадал от рук земляков!», «Поляк-коммунист заказал поляка-Понтифика!» и тому подобный бред. Особенно такой новости обрадовались турецкие и иранские политики. Хоть Челик и был турком и мусульманином, но выглядел теперь не карающим мечом Аллаха, а простым наёмником, которого не грех и наказать примерно, чтобы не порочил зелёное знамя Пророка.