Путь качка (ЛП)

— Я никогда не пойду домой с каким-нибудь чуваком, которого даже не знаю.
Отлично. Она снова издевается над моим акцентом. Щурю на нее глаза.
— Ты маленькая засранка.
— Извини, я просто удивлена, что ты так непреклонен в этом. Ты знаешь кого-нибудь, кто был, ну, ты знаешь…
Она не заканчивает предложение, но ей и не нужно этого делать.
— Нет. Просто слышал об этом. — Это чертовски страшно и встречается чаще, чем можно подумать.
Как спортсмен, я в курсе новостей и разговоров, которые недоступны другим студентам, в основном потому, что многие вещи остаются незамеченными, пропускаются мимо ушей или скрываются, но новости всегда возвращаются к источнику: спортивному факультету.
Нас безжалостно отчитывают за такое поведение, публично и в частном порядке. «Нет» значит «нет». Иногда «да» означает «нет». Будьте почтительны. Не напивайтесь. Держите руки при себе.
Некоторые парни просто не умеют себя вести, а остальные расплачиваются за это.
— Ну, не беспокойся. Я больше никому не позволю провожать меня домой в темноте. — Носок ее туфли ударяется о небольшой бугорок на бетонном тротуаре, и она спотыкается, прежде чем сказать: — Хотя не похоже, чтобы парни ломились в мою дверь.
Она могла бы заставить парней ломиться в ее дверь, если бы приложила к этому больше усилий.
— Почему?
В темноте ее плечи двигаются вверх и вниз в пожатии.
— Не знаю. Ты парень, скажи мне. — Она поворачивает голову и смотрит на меня, хотя и в тусклом свете. Вдоль дороги очень мало уличных фонарей, так что я рад, что она идет не одна.
— Ты выглядишь так, будто в отношениях.
Даже в тусклом свете могу сказать, что ее глаза расширяются.
— Что, черт возьми, это значит?
— Я имею в виду, что ты из тех девушек, на которых парень бросает один взгляд и предполагает, что ты уже в отношениях. Ну, или трахаешься с кем-то.
— Трахаюсь с кем-то? Ну, спасибо.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Не совсем.
Мне нужно подумать секунду.
— Это значит… ты выглядишь… хорошо. Ты симпатичная и… — Черт, как мне сказать это, не разозлив ее? Это невозможно. Я делаю вдох, выдыхаю и просто выпаливаю это: — Это значит, что ты выглядишь так, будто собираешься отшить любого. Кому-то, возможно, придется потрудиться, если он захочет залезть к тебе в штаны, а большинство парней не хотят прилагать усилий. Это все, что я хочу сказать.
Я не называю ее девушкой по соседству или паинькой, но думаю, она уловила суть.
Чарли обдумывает то, что я сказал.
Следует тишина.
Я ожидаю от нее спора или, по крайней мере, возмущения, когда она будет защищать свой внешний вид и поведение.
— Значит… — Ее голос затихает. — Ты хочешь сказать, что я выгляжу так, будто уже чья-то девушка?
Да, примерно так и есть.
— Ну, можно и так сформулировать.
— Я спрашиваю тебя. Это то, что видят парни, когда смотрят на меня? Значит ли это, что я выгляжу нескучной? Я веселая, черт возьми! Я однажды напилась!
Однажды.
Господи Иисусе, кто эта девушка?
Я подавляю смех, прикрывая рот, чтобы она не разозлилась или не обиделась. Или не ударила меня в живот, чтобы я заткнулся. Никогда не встречал в этом кампусе ни одного человека, который напивался только один раз. Большинство напиваются каждые выходные, по нескольку раз.
За последние несколько лет в нашем доме было так много блевотины на ковре и полах, что я совершенно перестал ходить по нему босиком.
При мысли о том, насколько грязны наши гребаные полы, меня тошнит. Это, наверное, хуже, чем отель, который сдает номера на час.
В любом случае, мы движемся дальше.
Идем дальше, успокоенные шумом уличного движения и ветром, дующим сквозь деревья. Чарли съеживается, когда порыв ветра проносится по улице, ее плечи сутулятся и девушка обхватывает себя за талию.
Я воюю сам с собой. У меня нет куртки, чтобы предложить ей, но есть руки, и мое теплое тело. Мне всегда жарко, сплю только в боксерских трусах, обычно просыпаюсь с простынями, обернутыми вокруг ног.
Испытывая искушение обнять ее за плечи и притянуть ближе, я засовываю руки в карманы джинсов, сам съеживаясь на несколько дюймов.
 
Страдание любит компанию.
Мне не холодно, но если я не займусь своими руками, они окажутся на ее теле, защищая от холода, а последнее, что я хочу сделать, это послать неправильный сигнал.
Хотя.
Прикосновение к хорошенькой девушке не было бы худшим способом закончить мой пятничный вечер. Чарли красива и, кажется, я ей нравлюсь, но примет ли она мои объятия или ударит меня в живот своим острым локтем?
— Тебе холодно? — Я закатываю глаза, потому что вопрос такой чертовски глупый. Ответ очевиден.
— Ага, немного.
— Я бы предложил тебе куртку, если бы она у меня была. — Вместо этого на мне хлопчатобумажная футболка с длинными рукавами и логотипом Айовы на груди. Надетая с джинсами, она не нарядна, но в кои-то веки предметы одежды на мне вроде как сочетаются. Типа того.
Не то чтобы я хотел произвести впечатление на Чарли или что-то в этом роде.
Пффф. Без разницы.
С чего бы мне это?
Внезапно я чувствую себя чертовым подростком. Неуверенным и мнительным, как будто Шарлотта может прочитать мои мысли и осудить за то, что спасовал.
— Все в порядке. Мы почти у моего дома, но спасибо, что сказал об этом.
Так вежливо. Похоже, она тщательно взвешивает свои слова.
— Угу. Не за что. — Пустяки.
Я чувствую ее косой взгляд.
— Джексон, это не имеет большого значения. Ты не обязан согревать меня.
«Может быть, и нет, но хочу, чтобы так и было».
Вау.
Срань господня. Нет.
Просто нет. Я не мог произнести это дерьмо в собственной голове.
«Я не хочу этого».
Лжец.
«Я не веду этот разговор. Господи, вылезай из своей собственной головы. Она всего лишь девушка, с которой ты только что познакомился».
К черту это, прошло уже четыре недели.
Подожди, или пять? Или шесть пятниц? Придурок, ты что, считать не умеешь?
Без разницы. На самом деле ты ничего о ней не знаешь.
«Прекрати разговаривать сам с собой, психопат».
— Прости, ты только что сказал: «Прекрати разговаривать сам с собой, психопат»?
Да.
— Нет, — я подчеркиваю ложь фырканьем, а затем вздохом.
— Определенно звучало так, будто ты это сказал.
— Хм. Нет.
Еще один косой взгляд, уголок ее рта приподнимается в ухмылке. Негодница.
— Это полнейшая… — Она колеблется. — Чушь. Это полнейшая чушь, Джексон Дженнингс.
— Я действительно хочу, чтобы ты перестала использовать мое полное имя. — Это звучит нелепо.
— Почему? Это твое имя.
— Да, но… когда ты так говоришь, это звучит глупо. Разве ты не можешь называть меня Три-Джеем, как все остальные?
Улыбка Чарли становится шире.
— С какой стати мне это делать? Это не твое имя
— И что? Чарли тоже не твое имя.
— В некотором роде так оно и есть. Люди не называют меня Лил Си или как-то еще, например, Тайни [5] или что-то в этом роде, притворяясь моим другом.
— Ты не маленькая. Зачем кому-то тебя так называть?
— Это был пример.
— Плохой пример, потому что ты не маленькая
— Может, прекратишь это говорить? Это оскорбительно.
— Почему?
«Закрой свой рот, Джексон. Она начинает раздражаться».
Понятия не имею, почему с ней спорю.
— Потому что я знаю, что выше многих других девочек в комнате. И нет, я не играю в волейбол в колледже, но занимаюсь для себя, и нет, я не играю в баскетбол.
Чертовски жаль — держу пари, она бы выглядела фантастически в тех обтягивающих шортах, которые они носят на площадке.
— Может быть, я хочу, чтобы меня называли Крошкой? Не думал об этом? А?
— Ты хочешь, чтобы я называл тебя Крошкой вместо Шарлотты?
— Ну, нет. — Она выглядит недовольной. — Наверное, нет.