Боярская стража (СИ)
— Арина, боярин Морозов у тебя? — послышался голос барона Аминова вместе с шумом открытой двери.
Попытка отстраниться закончилась не начавшись, Арина прижалась снова, а поцелуй снова вернулся во взрослое качество. Ото входа раздался негромкий удивленный возглас, чуть погодя щелкнул замок закрытой снаружи двери.
Все, результат достигнут. Теперь ясно, что Арина, руководствуясь неясно пока какими мотивами, увидев мое лицо решила спрятать его от чужого внимания. И сейчас она снова попыталась отстраниться, сочтя задачу выполненной. «Не так быстро, сударыня», — обнимая за талию, запустил я руку в ее распущенные волосы.
Вновь издав негромкий стон, вейла-целительница прижалась ко мне, жадно целуя. Я изначально не планировал «ничего такого», рассчитывая просто лишнюю минутку приятных поцелуев. Нет, не потому что такой целомудренный, а потому что интрижка на работе никогда того не стоит; пусть я и не совсем на работе, но тем не менее. Но если уж мы вот так, то почему бы и нет?
Вот только через ту самую лишнюю минутку поцелуев градус страсти возрос настолько, что разум просто отлетел. Серебряные пуговицы мундирного платья Арины оказались декоративными, о чем я узнал только что, пытаясь пуговицы расстегнуть — хотя изначально ничего такого делать не собирался.
— Нет-нет-нет не надо, — шептала девушка, не прерывая поцелуев.
На платье все же были застежки, только скрытые — Арина их расстегнула только что. Логика, конечно интересная — слова говорят одно, действие совершенно иное. Выбрал я действие, тем более что под мундирным платьем ничего кроме нижнего белья и чулок у вейлы-целительницы не оказалось.
— Пожалуйста-пожалуйста, не нужно, — продолжала шептать Арина. Вот только одновременно с этими словами она вдруг запрыгнула на меня. Мне оставалось только подхватить ее под бедра, разворачивая. Перешедший в громкий протяжный стон выдох раздался одновременно с легким ударом ее спины в тонкую стенку купе.
И вот теперь меня просто накрыло.
Владение силой накладывает серьезный отпечаток на реальность. Пришел в себя я — не до конца, но хотя бы до возможности более-менее воспринимать действительность, когда наши губы наконец разомкнулись. Боярыня в этот момент лежала грудью на столе, а я держал ее за волосы, накрутив на кулак. Вернулся же в реальность я, глядя на растительную вязь татуировки — ярко подсвеченная живым сиянием, она горела зеленым от основания шеи по позвоночнику до самых ягодиц.
Впрочем, долго на купейном столике боярыня не задержалась, уже совсем скоро развернулась ко мне лицом, вновь обхватывая бедрами, а потом заваливая на кровать. Когда наши губы вновь встретились, что-то снова закоротило и разум опять отлетел в неведомые дали. Туда же, похоже, куда улетела уже безо всякого стеснения громко стонущая боярыня.
Уже потом, наверняка взбудоражив шумом весь вагон, мы лежали на тесноватой кровати — мокрые от пота, переводя дыхание. Арина понемногу выплывала из томной неги, вижу, что уже смотрит на меня сквозь приспущенные веки. Глаза боярыни вдруг резко распахнулись, совсем как тогда, когда она мое лицо увидела.
— Черт! Что это было, почему⁉ Это неправильно, как это вообще получилось⁉
Арина попыталась соскочить с кровати, но ее повело, словно пьяную. Взяв вейлу за руку, аккуратно потянул, возвращая туда, где лежала. Видно, что готова впасть в панику, а тогда ее действия могут быть непредсказуемы, так что надо прекращать истерику.
— Арина, у меня есть важный вопрос…
Можно было, конечно, спросить, что у меня с лицом, что ее так взволновало недавно. Но это неправильный вариант: тогда она выскочит из кровати намного быстрее. Поэтому спрашиваю о другом:
— … скажи, вот ты вейла, и пленная принцесса — тоже вейла. Но почему она была в кандалах, а ты во главе боярской команды?
— Я полувейла.
— Это важно? Вопрос в чистоте крови?
— Нет, дело не в этом… Это не важно, мы…
— Нет, важно. Расскажи, прошу тебя.
Используя повод как предлог для бегства от переживаний в моменте, Арина заговорила. Не утратив способности к построению лекций, и из ее объяснения мне все стало понятно. Вейлы — это ведьмы, которые освоили способность подчинять мужской разум. Вейлы рождаются в результате союза ведьмы и владеющего силой, полувейлы — от обычного мужчины. Чистота крови действительно не столь важна, есть разные Дома ведьм, в которых есть как чистые, так и полукровки, уровень владения силой не от этого зависит.
Дело, по моему вопросу, в сотрудничестве с государствами — Арина принадлежит к ведьминскому Дому, признающего власть русского царя. Пленная вейла — из Дома, который сюзерена над собой не признает, а сумеречная зона дает возможность им скрываться от людей в лесах без потери качества жизни. Сотрудничая с людьми и государственной властью во многих аспектах, но никому прямо не подчиняясь.
— Или воюя, — добавил я, накручивая на палец длинный локон волос Арины.
— Или воюя, — кивнула она. — Так, нам уже пора приводить себя в порядок. То, что мы сделали, это неправильно…
Почему-то Арина решила, что перелезть через меня — отличный способ покинуть кровать, чтобы привести себя в порядок. Недавняя история повторилась, только разум отлетал еще дальше, и крики со стонами во второй раз звучали громче.
Снова полностью пришел в себя только на кровати, чувствуя, что болит в таких местах, где болеть в общем-то не должно. Да, некоторые группы мышц не были готовы к исполненным недавно некоторым акробатическим этюдам, которые — проведя по всем доступным местам купе, вновь вернули нас в кровать.
— Это неправильно, то что мы делаем! — вновь включилась в реальность Арина, разгоняя панику.
— Тебе не понравилось?
— Я намного старше тебя!
— Бывает. Это принципиально?
— Нет, но…
— Но?
— У меня есть жених!
Упс. Вот это поворот, а раньше не могла сказать? Вслух спрашивать об этом не стал, конечно же, промолчал многозначительно. В молчании полежали еще несколько минут. Ладно, пора понемногу вставать, приводить себя в порядок и выяснить зачем все же Арина, при женихе в наличии, пошла на такие методы лишь бы скрыть меня от взгляда барона Аминова.
Ничего из этого начать делать не успел — дверь купе распахнулась и тут же захлопнулась за, как понимаю, боярыней Белоглазовой. Нет, это не знакомая уже неприятная старуха, хотя мундирное платье такое же, серое. Совсем молодая девушка — на мой старый взгляд совсем молодая, так-то постарше меня нового, хотя и ненамного.
Широкие скулы, серые глаза, туго стянутые в хвост светлые волосы. Очень красива, но строго-красива — вместе с серым мундиром местной госбезопасности выражение ее лица оттолкнуло бы любого потенциального кавалера. И да, на неприветливую старуху в кабинете великого князя чертами лица все же похожа. Правнучка, может?
— Ну и зачем? — поинтересовалась Белоглазова, глядя на смущенную целительницу. Арина неуклюже — словно слегка пьяная, сейчас одной рукой прикрыла грудь, а второй шарила руками по кровати в поисках одеяла.
Не слишком торопясь я поднялся, набросил одеяло на растерянную боярыню, повернулся к незваной гостье. Она решила, что нам предстоит смущаться, а мне показалось, что и ей тоже стоит немного. Но Белоглазова на меня даже не отреагировала — будто бы не замечая, она так и смотрела с вопросом на Арину.
— Может отвернетесь и дадите нам возможность одеться? — поинтересовался я спокойно.
В ответ на мои слова Белоглазова резко развернулась, явно собираясь не менее резко ответить. У нее верхняя губа даже приподнялась, как у разъяренной рыси. Но не менее резко незваная гостья осеклась — выражение лица у нее сейчас стало таким же, как было и у Арины, когда она увидела меня в вагоне-ресторане.
Так, а эта юная, но весьма строгая леди меня в свое купе случайно тоже не потащит?
Судя по нарастающему мерцающему блеску в серых глазах, случайно нет. И похоже мне надо начинать волноваться, как-то боярыня Белоглазова очень уж осуждающе на меня смотрит.