Хозяин арены чудовищ (СИ)

— Конечно, я хочу посмотреть на бой булдора. Что за вопрос⁈ — воскликнул он. — Только отца предупрежу, что ухожу. А то опять будет нудеть, что до шести не поработал.
Отец Миши владел консервным заводом под названием «Тушмяском». Они закупали свиней и коров у фермеров и частных хозяйств, производили тушенку и продавали ее по всей империи. Завод приносил много денег, но отец Миши настаивал на том, чтобы сын вникал во все процессы. Миша был единственным ребенком в семье, поэтому все достанется ему.
Вскоре парень выбежал из двухэтажного кирпичного здания и поспешил к машине, обливаясь потом.
— Отпросился. Старик поворчал для приличия, но, узнав про нового монстра сразу же отпустил, — он забрался в машину и принялся вытираться носовым платком. — Когда жара спадет? Уж лучше холод, чем такое пекло.
— На холоде монстрам плохо. Они замедляются. Зимой каждый раз перед боем приходилось растирать шерстяным покрывалом, — ответил я и вырулил на дорогу в сторону дома Ильи.
В отличие от нас с Мишей Илья не работал. Его семья тоже была довольно состоятельная. Отец занимал какую-то большую должность при дворе и приезжал из Петербурга только на выходные. К тому же еще его дед скупал акции предприятий, которые со временем развились и теперь приносили стабильно высокие дивиденды.
Мы не стали заходить в дом, а попросили слугу позвать Илью.
— Вы чего так рано? Я еще даже не завтракал, — пробурчал он, когда взъерошенный вышел на крыльцо в голубой пижаме.
— Рано? Ты сдурел? Почти пять часов. Опять всю ночь бухал? — возмутился Миша.
— Ничего я не бухал. Просто родственники проездом заезжали. С утра уже в Питер поехали. А вы куда собрались? — он спустился с крыльца и подошел к воротам.
— Вчера Ворошилов предложил провести бой, чтобы Шолоха проверить. Заодно я своего бойца…
— Я с вами! — воскликнул он, не дав мне договорить, развернулся и ринулся к дому. — Подождите минуту! Я только переоденусь.
Вскоре мы подъехали к нашей усадьбе. Генерал Ворошилов с дедом сидели на крыльце и потягивали холодный ржаной квас.
Мы поздоровались, и генерал кивнул в сторону своего участка.
— У меня все готово.
— Хорошо, тогда я сейчас приведу булдора.
Ворошилов допил квас, и вдвоем с дедом они вышли со двора и двинулись к его дому. Илья пошел вслед за ними, а мы с Мишей и Митей направились к амбару. Илья мне ничего не говорил после прошлого инцидента, но я видел, что он не хочет даже близко подходить к амбару с монстром.
Булдор с интересом уставился на нашу делегацию и сразу же поднялся на ноги. Я открыл дверь клетки и велел:
«Выходи»
Монстр осторожно подошел к раскрытой двери, принюхался и осторожно вышел из уже привычной клетки. Я провел рукой по его морде и приставил ладонь к пульсару. Монстр замер, ожидая боли, но я всего лишь хотел напомнить, что я — его хозяин.
«Ты должен внимательно слушать и выполнять мои приказы», — я отправил небольшой поток энергии, чтобы монстр снова ощутил и вспомнил момент порабощения.
Его зрачки расширились, и дыхание участилось. Он меня боялся. И это было правильно. Он не должен забывать, что я сильнее его. Только так я смогу повелевать им.
«Иди рядом со мной»
Когда мы вышли из амбара, монстр шумно выдохнул и прищурился от яркого солнца.
Митя и Миша держались поодаль и настороженно поглядывали на булдора. У одного в руках были вилы, а второй взял лопату. Я усмехнулся, глядя на них. Если монстр захочет напасть, то никакие вилы не спасут.
— Митя, открой ворота, — велел я.
Монстр шел рядом со мной, но с интересом рассматривал все, что его окружало. Мы вышли на дорогу и подошли к дому генерала. Дворовый работник Ворошиловых показал, куда идти и запер за нами резную калитку.
Обогнув дом, я увидел тренировочную площадку, которая действительно напоминала арену. Даже сиденья для зрителей находились на возвышении, как это сделано во дворце с аренами.
Шолох уже лежал на каменном полу, покрытым опилками, и бил хвостом. Он походил на крокодила: короткие сильные ноги, длинное тело и гигантская пасть. Когда-то генерал нам демонстрировал, насколько сильно Шолох может открывать рот. Мужчина встал возле раскрытой пасти, лежащего на земле монстра, и верхняя челюсть доходила ему до плеча.
 
По сравнению с бойцом Ворошилова, мой булдор был чуть ли не в два раза меньше. Но все знали, что это ничего не значит. Ярость, смелость и послушание — вот на чем держались победы. Гром, принадлежащий Грише Жукову, разрывал в клочья тех, кто был намного больше его. Однако в этом также была заслуга хозяина, который управляет бойцом. Одна ошибка и проигрыш. Так произошло со мной и Буреломом, я дал неверное задание и поплатился за это.
Я завел булдора на огороженную железными прутьями площадку и запер за ним дверь.
— Дима, только давай договоримся сразу. Я не хочу, чтобы Шолох повредил свои старые ранения, поэтому проведем бой, как разминку, — попросил Тимофей Кондратьевич.
— Что вы имеете в виду?
— Без зубов и щадящие удары.
— Хорошо, согласен, — кивнул я. — К тому же я еще не знаю возможностей булдора.
— Что ж ты ему имя не дашь? А-то как-то не по-людски. Это все равно, что ребенка человеком называть, — возмутился генерал.
— Вот после боя и станет ясно, как его зовут.
Мы встали по обе стороны площадки и приготовились. После крика деда: «Начали!», я дал булдору первую команду…
  
Глава 8
 
Булдор стоял напротив Шолоха и не спускал с него настороженного взгляда. Во-первых, он был чуть ли не в два раза меньше противника, и в реальной жизни вряд ли бы осмелился выступить против него, но здесь у него не было никакого выбора. Он полностью подчинялся мне, а я велел приготовиться.
Во-вторых, монстр еще никогда не участвовал в боях, поэтому не знал, чего ждать, а это тоже могло породить в нем страхи. Во всяком случае, я чувствовал его напряженность и видел, как заходили ходуном его крепкие мышцы под толстой чешуйчатой кожей.
— Нападай, Дима! — крикнул мне Тимофей Кондратьевич и махнул рукой.
Я посмотрел на сиденья, установленные вокруг площадки, и увидел, что зрители начали набираться. Правда, ими были наши слуги, но это было неважно и уже больше походило на то, что обычно происходит во дворце с аренами. Тем лучше. Пусть булдор привыкает. Если все пройдет хорошо, то через день-два я отвезу его на настоящую арену.
Ворошило просил не травмировать недавние ранения Шолоха, поэтому я сначала внимательно осмотрел противника и увидел грубые рубцы на его шее и левом боку.
«Подойди к врагу и ударь его правой лапой по морде», — велел я.
Булдор оглянулся на меня, будто хотел убедиться, что я не шучу, поэтому пришлось повторить приказ.
Шумно выдохнув, мой боец грузно подбежал к застывшему Шолоху, и, помедлив пару секунд, ударил того лапой по морде. Шолох взревел и пошел в наступление.
«Назад! Отходи назад!»
Булдор сначала попятился, затем развернулся и побежал ко мне. Шолох его быстро догнал, поэтому я снова приказал.
«Уходи налево»
В ту же секунду булдор резко повернул налево и побежал вдоль решетки.
«Ударь левой лапой по хвосту»
Шолох был огромен, поэтому довольно неповоротлив. Булдор же оказался довольно проворным, поэтому получив приказ, тут же ринулся к противнику и ударил когтистой лапой по хвосту.
Противник грозно зарычал и поднял хвост. Я знал, что последует за этим, поэтому мысленно закричал:
«Пригнись!»
Как только мой боец плюхнулся на пол и распластался, раскинув лапы, как хвост Шолоха пронесся над ним и с силой ударил по решетке, которая опасно хрустнула. Зрители испуганно ахнули, а затем послышались редкие хлопки. Это были слуги Тимофея Кондратьевича, которые поддерживали его монстра.
Удар, действительно был очень сильный, но мне больше понравилось, как отреагировал булдор. Я велел просто пригнуться, думая, что этого будет достаточно, а он распластался на полу и тем самым избежал удара, ведь хвост пролетел гораздо ниже, чем я ожидал.