В нейтральной стране
– Дорогая, – прошептал он, – кладу к вашим ногам мое восхищение.
Юбер рассмеялся:
– Подбирай свое восхищение и садись. Нам надо серьезно поговорить.
Баг сузил глаза за стеклами очков и сказал Мюриель:
– Он все такой же ревнивый.
Затем обошел стол и сел за него. Он не изменился: то же худое вытянутое лицо с резкими чертами, те же коротко подстриженные бобриком светлые волосы. Он поправил на носу очки и заговорил деловым тоном:
– Приступим... Я вас слушаю.
Юбер остался стоять. Он положил руки на спинку кресла, в котором сидела Мюриель, и сказал, указав на нее кивком:
– Сначала я хотел бы узнать правду о поведении вот этой. С самого моего приезда...
Баг явно сдерживался, чтобы не расхохотаться. Мюриель энергично вмешалась:
– Одну секунду, Юбер. Я не могу слышать, когда ты так говоришь обо мне... Я все расскажу сама.
Она посмотрела на Бага и объяснила:
– Он не хочет верить, что, выдав его команде «Ландснорра», я выполняла инструкции мистера Смита.
Баг откинулся на спинку и начал фыркать. Он хлопнул себя по ляжкам, потом, чтобы не подавиться, выплюнул жвачку, приземлившуюся в двух метрах от стола в корзину для бумаг, наконец, положив ладони на стол, ответил с куда более четким произношением:
– Настоящий святой Фома. Понимаю, старина, что ты обижен... Я предупреждал Смита, но это был единственный способ провести дело успешно... Если бы ты приехал сюда незаметно, установление контакта заняло бы у тебя безумно много времени. А получив наше предупреждение, те взяли бы организацию встречи на себя, что и произошло, да?
У него был такой простодушный вид, что Юберу захотелось швырнуть ему что-нибудь в физиономию. Мюриель продолжила:
– Мне приказали не только предупредить их о твоем приезде, но и полностью вести игру на стороне противника. Поэтому я сочла нужным отдать им трофей, присланный тобой. После этого они уже не могли во мне сомневаться.
Юбер перевел дыхание. Он был взбешен, как и всякий раз, когда мистер Смит с легкостью распоряжался его жизнью, но факт, что Мюриель не предала по-настоящему, наполнил его радостью. Он великодушно махнул рукой и сказал:
– Ладно, не будем об этом больше. Дело закрыто.
Он подтвердил эту фразу шлепком по макушке Мюриель, голова которой невольно качнулась вперед, и продолжил:
– Итак, рапорт... Проделанная работа кажется мне вполне успешной... Агентство «Ландснорр», служившее руководящим центром шпионажа противника в Северной Европе, ликвидировано. Их главная база – поместье, расположенное между Энкопингом и Лохьей на берегу Малара, уничтожено. Я лично убил пятерых их людей. Капитан Мераак из норвежской секретной службы убил примерно столько же, в том числе директора агентства «Ландснорр», который, по нашим предположениям, одновременно был руководителем сети.
Мюриель подскочила в своем кресле и, повернувшись, взглянула на Юбера.
– Что ты говоришь? – спросила она. – Директора «Ландснорра» там не было...
Юбер замер с открытым ртом, потом, придя в себя, спросил:
– Это был не Густав Францен?
– Да нет, дурачок! Я же тебе сказала еще при первой встрече, что директор агентства некий Жорж Мазель, ничего общего с Густавом Франценом не имеющий. Густав был его помощником.
Оставив пораженного Юбера, она обратилась к Багу:
– Я послала мистеру Смиту фотографию этого Мазеля и его антропометрические данные. Вы сумели что-нибудь найти?
Баг продолжал веселиться. Он открыл ящик, вынул из него фотографию и подтолкнул ее по столу к подошедшему Юберу.
– Юбер его хорошо знает, – сказал он.
Юбер взял фотографию, изменился в лице и взорвался:
– Черт побери!.. Это Грегори.
Баг искренне рассмеялся.
– Да, Грегори! – подтвердил он. – Мы его легко узнали... Почему я сюда и приехал. Я думал, что, имея дело с таким противником, ты будешь нуждаться в помощи... Но он струсил.
Он взял себя в руки и продолжил более серьезным тоном:
– По крайней мере, я так полагаю. Я приказал провести расследование и могу тебя уверить, что он спешно уехал из страны через несколько часов после твоего ареста шведской полицией. За этим скрывается какой-то маневр. Мы должны его понять...
Юбер казался окаменевшим. Его брови сдвинулись, лоб пересекли глубокие морщины. Он задумчиво потер подбородок, подошел к окну, потом резко обернулся. Его лицо расслабилось. Как будто потеряв интерес к делу, он объявил веселым тоном:
– Через четверть часа я должен встретиться с Мерааком у полковника Мольде, чтобы уладить дело в местном плане. Прошу прощения, но надо идти. Думаю, Мюриель лучше остаться в посольстве. Здесь она будет в безопасности. Если найдется еще одна свободная комната, я бы предпочел тоже провести следующую ночь здесь.
Мюриель встала, привела в порядок волосы на затылке и сказала Багу непринужденным тоном:
– Я думаю, готовить две комнаты вовсе необязательно. Хватит одной.
Баг с большим достоинством уверил:
– Именно так я и представлял себе дело.
Он встал и направился к двери:
– Я вас ненадолго оставлю. Когда вернешься от Мольде, Юбер, будь любезен зайти ко мне. Если у тебя там возникнут трудности, звони без всяких сомнений.
Он вышел и закрыл дверь. Мюриель и Юбер долго смотрели друг на друга, ничего не говоря, потом она медленно подошла к нему и раскрыла объятья.
Их соединил бесконечный поцелуй. Наконец Юбер нежно отстранил ее и прошептал:
– Я думаю, мы имеем право на шестинедельный отпуск. Что, если мы проведем его вместе?
Мюриель нахмурила брови:
– Шесть недель это сколько ночей?
– Подсчитай сама, у меня нет времени.
Она шагнула назад, щелкнула пальцами и сказала, как будто сделала невероятное открытие:
– У меня появилась великолепная идея, Юбер. Давай проведем эти шесть недель за полярным кругом. Шесть недель сплошная ночь.
Он сделал вид, что раздумывает.
– Боюсь, я не выдержу. Мы договоримся вечером. Прости, меня ждет Мольде...
* * *Закрыв дверь, Юбер поздоровался с Мерааком, уже сидевшим в кабинете, потом пожал руку Мольде и Викену. Он посмотрел на Мераака и спросил:
– Я опоздал?
Mepaaк запротестовал:
– Да нет, старина, это я пришел раньше. Я только что закончил рассказ о наших приключениях. Полковник Мольде очень жалел, что мы взорвали дом... Я ему объяснил, что мы не могли поступить иначе. У нас не было людей...
Норвежец заговорщицки подмигнул Юберу. Тот принял скучающий вид и подтвердил:
– Да, полковник, это действительно очень неприятно, но мы не могли этого избежать.
Он на секунду замолчал, потом спросил начальника шведской контрразведки:
– Думаю, вы уже провели обыск в агентстве «Ландснорр»? Нашли что-нибудь интересное?
Мольде ответил со смущенным видом:
– Мы только опечатали помещение и собирались поехать туда сейчас вместе с Мерааком. Если хотите присоединиться...
Юбер отклонил приглашение:
– Не думаю, что это имеет смысл. Теперь, когда советская сеть обезглавлена, мое начальство считает себя удовлетворенным. Если Мераак хочет, пусть едет. Думаю, он хорошо знает помещение и может послужить вам проводником.
Мераак рассмеялся.
– За два месяца я раз десять заходил в агентство «Ландснорр», но все-таки не знаю дом досконально.
– Францен, наверное, узнал тебя перед тем, как отдать концы? Должно быть, он тебя проклял...
Мераак жестоко хохотнул:
– Еще бы ему меня не узнать! Он по меньшей мере пять раз принимал меня в своем директорском кабинете на Кунгс Гатан. Он очень компетентно руководил всем делом...
Юбер спросил:
– Меня смущает одна вещь. Мне говорили, что директора «Ландснорра» звали Жорж Мазель.
Мераак уверил:
– Густав Францен действительно называл себя Жоржем Мазелем.
Юбер не отставал:
– Ты слышал о некоем Грегори?
Мераак вздрогнул, нахмурил брови, почесал затылок и ответил:
– Грегори... Как выглядит этот тип?