Я стала злодейкой в романе, но не помню, в каком (СИ)

— Отец… у тебя есть выпить? — уточнила я, приметив на краю стола герцога бутылку и стакан с чём-то по виду напоминающим коньяк.
Ничего не поняла из его речи, кроме последней фразы. Герцог тоже понял меня неправильно, и попросил принести успокаивающий отвар.
— Отец, повтори, пожалуйста, — смирившись с тем, что меня считают тут ребёнком, сказала я.
— Император против расторжения вашей помолвки. И после того, как ты помогла Юстафу снова контролировать демоническую энергию, усилить печать, расторгнуть ваш союз будет сложно.
— Вот как. Но это была не я, — теперь я знала точно, что представляет из себя Амалия.
— Звучит неправдоподобно. Император не поверит. Сам Юстаф очень слаб в контроле и не мог так просто вернуть себе разум.
Я хотела рассказать про героиню, но вовремя прикусила язык. Нет, если герцог узнает, то может решить убить её, чтобы не мешала. Не думаю, что у него получится такое провернуть с любимицей богини.
— И что теперь? — ни на что не надеясь, спросила я.
— Если у тебя остались какие-то дела, заверши их завтра как можно раньше. Мы едем на север.
— Зачем?
— Летти, тут прошёл слух, что ты очень религиозна. Не знаю, откуда они взяли такую чушь, но я ей воспользовался. На северных землях есть храм трёх богов баланса. Я настоял, чтобы ты венчалась с принцем именно в нём.
— Почему? И почему мы едем так скоро?
— У этого мальчишки приступы всё чаще. Надо действовать быстрее, поэтому и едем завтра. И уже там, на севере, мы будем тянуть время и перекинем печать с Юстафа на Дерека. По словам Элен, Дерек будет только рад этому. Он давно мечтает переехать в столицу, и не раз был замечен в попытке усилить свою власть.
Я молчала. Быстро же «отец» сориентировался в ситуации и придумал план. Проблема только в том, что мы тут выступаем однозначными злодеями.
— По старой дружбе, императора убивать, пожалуй, не станем. У Юстафа Второго просто не будет выбора, он передаст трон племяннику, — герцог был доволен собой.
Толком возразить я не смогла. Всё, что узнала: Амалия едет с принцем как его личный целитель, а командировка Вольфа отменяется. Видимо, «отец» теперь хочет держать брата от меня подальше. Я решила подыгрывать Уинстону до конца, тем более, он видимо поменял ко мне отношение, и попросила отца взять его с собой. Нанять своего информатора, который поработает на нас на севере. Пусть только этот жук попробует не оценить моей помощи!
— Что ж, Летти, на этом всё. Отдыхай, дочка, — герцог отклонился на кресле.
— Как скажете, папа.
Ответив, я встала, взяла со стола бутылку, налила себе немного в стакан и выпила одним глотком. Горло моментально обожгло. Герцог проводил меня шокированным взглядом. Успокаивающий отвар на столике остался нетронутым.
— Моя девочка… вся в мать, — услышала я, прежде чем дверь захлопнулась.
Решив, что это не конец, и позже я обязательно что-то придумаю, я отправилась к себе и очень быстро уснула.
Наутро я жалела, что выбрала не отвар, а коньяк. Голова болела, в ушах гудело. Самоощущение ухудшил ворвавшийся ко мне с самого утра братец. Не обращая внимания на мой несчастный вид и ночное платье с распахнутым халатом, он начал кричать:
— Что это такое? — и Вольф сунул мне под нос какие-то листы бумаги.
— Почему я должна знать? — я взяла их в руки и отодвинула подальше от лица, чтобы прочесть.
— Что ты делала в саду с Роланом, признавайся! — брат с укором смотрел на меня.
Неужели, это то, о чём я думаю? Гелео сработала так быстро? И действительно, это была реклама новой книги с отрывком из первой главы. Почти та же сцена, что я читала в черновике на листочке. Я нашла этот злополучный листок и дала Вольфу.
— Мы вычислили Гелео. Но ничего не успели сделать.
— То есть, в саду вы не?… — Вольф не договорил, но смысл был ясен.
— Мы с тобой тоже не делали того, что писали в той ужасной книжке, — я строго посмотрела на Вольфа.
Врать я не хотела и избегала прямого ответа. Надеюсь, он не заметил.
— Хорошо, — с облегчением выдохнул Вольф. — Тогда не ты попросила отца оставить меня в столице?
 
— Это его решение. Возможно, мы переборщили, изображая пару на балу.
Вольф коснулся рукой шеи и невнятно согласился:
— Я разделаюсь с делами и догоню вас. Я обещал тебе помочь с северным герцогом.
— Спасибо, Вольф, — улыбнулась я. — Рада, что ты на моей стороне.
И тут я не врала. Вольф узнал имя Гелео, обещал подумать, как заставить её прекратить, и ушёл. Мне предстояло сделать ещё одно дело перед отъездом.
Я написала письмо Йонасу, учителю танцев. Не так давно он прислал записку, где спрашивал, как долго ему ждать указаний. У Вольфа помимо Гелео и так много дел, оставленных на него герцогом, так что надо перестраховаться.
В письме я попросила скомпрометировать, ухудшить репутацию одной дамы. В идеале — пустить слухи о её распутной жизни. Лишним не будет, и учителю есть, чем заняться.
Через пару часов сборов, мы были готовы. Я вышла из особняка в дорожной одежде и направилась к запряжённой карете с нашим гербом.
— Летиция, тебе не сюда, — остановил меня герцог.
— А куда?
Я осмотрелась, но вторая карета явно была для слуг. С надеждой я взглянула на уже сидящего на коне Ролана, но герцог подвёл меня к воротам. Они открылись, и взору предстали только что подъехавшие три кареты с императорскими гербами. Из окна одной из них на меня недовольно смотрел Юстаф.
  
Глава 23
 
— Мы поедем следом, дочка.
Герцог лично усадил меня в позолоченную карету с хмурым Юстафом. Я ожидала от него очередной упрек, что «я что-то задумала», но принц промолчал. Я тоже только кивнула и отвернулась.
Видимо, император решил принять все возможные меры, чтобы сблизить нас с Юстафом. Конечно, никто из нас сближаться не собирался, поэтому мы расселись по разным углам и выглянули каждый в своё окно.
Амалию посадили в одной карете с Уинстоном, чему тот был невероятно рад и светился как начищенный самовар. Карета, в отличие от нашей, была открытая, так что мне их было отлично видно. Периодически мне даже казалось, что вокруг него начинает клубиться белый дымок в виде цветочков. Интересно, он догадывается, что Амалия тоже видит магию, или нет?
— Я не верю, что это были вы, — повернувшись ко мне, нарушил молчание Юстаф.
Он глянул в моё окно и стал завистливо наблюдать за Уинстоном.
— И не надо, — ответила я. — Еще б ваш папенька не верил, тогда все были бы счастливее.
На это принцу возразить было нечего, и он снова замолчал. Да уж, содержательные беседы ждут нас во время путешествия. Кареты тронулись, и начался самый долгий и тоскливый (в такой-то компании) день. Голова так и не прошла, что не прибавляло мне настроения. Вдобавок, из окон кареты не было видно Ролана: с одной стороны ехал усатый немолодой офицер, а с другой какой-то рыжий и наоборот, слишком молодо выглядящий.
Что делать, когда мы приедем, я понятия не имела. Мы с Юстафом неделю должны будем поститься, а потом обвенчаться. К этому времени как раз император закончит с делами и прибудет на свадьбу. Говорят, через портал, хоть открывать его на такое расстояние и безумно дорого. Мне всё сильнее хотелось сбежать вместе с Роланом. Но согласится ли он? И куда нам идти?
Когда я сказала герцогу, чтобы он меня не торопил, а не то сбегу в монастырь у храма Немы, он побледнел и попросил так не шутить. Все монастыри под покровительством Немы — мужские. Боюсь, скрыть свой пол в теле Летиции не выйдет. Всё, что мне сейчас оставалось — смотреть в окно и периодически вздыхать, что, похоже, раздражало Юстафа.
Спустя несколько часов, когда мы отъехали от города, по словам принца, на добрых десять лиг, герцог дал знак остановиться на отдых. Надо сказать, место он выбрал неплохое: небольшой лесок, речка и огромная поляна. Над ней летали полупрозрачные существа, но я не успела их толком рассмотреть: когда люди ступили на землю, они попрятались. Наверное, духи.