Первокурсник (СИ)

— Но как?! — поражённо спросил, чуть ли не закричал он.
Саша пожал плечами:
— Просто вы ещё ни разу такого фокуса не видели. Я его сам придумал… Только что… Понравилось?
Олег Иннокентьевич не отвечал. Он с открытым ртом смотрел на Сашу. Тот вздохнул:
— Приходите уже в себя, Олег Иннокентьевич… Люди смотрят…
Олег Иннокентьевич захлопнул рот, потряс головой и спросил:
— Не расскажешь, как ты это проделал?
Саша молча помотал головой.
— Может тогда ты с двумя номерами выступишь? Танец и фокусы?
— Можно… А сколько фокусов надо показать? На какое время рассчитывать?
— Минут пятнадцать продержишься?
— Запросто! Когда я у нас в больнице фокус с кроликами и шляпой детишкам показывал, у меня на это мог час уйти. Пока старшая сестра не разозлится и орать не начнёт.
— Так долго? А чего там так долго показывать?
— У меня в шляпе много кроликов пряталось. Порой до трёх десятков. Потом малышня начинала их ловить и назад в шляпу заталкивать. Там обычно такой гвалт поднимался, что хоть святых выноси! Их же из-под кроватей приходилось вытаскивать.
— Тридцать кроликов? — рассмеялся он. — Это же целое стадо! А что? Неплохой фокус. А ещё что?
— На взрослых неплохо действует фокус с двумя банками.
— Что это? Что-то не слышал такого…
— Берём две обычные стеклянные банки. Ставим их на стол и просим кого-нибудь из зрителей бросить монетку в одну из них. Потом берём банку с монеткой и пересыпаем в пустую банку. Странно, но при этом в пустой банке оказываются уже две монетки. Я громко удивляюсь и пересыпаю уже две монетки в пустую банку. Там почему-то оказывается уже четыре монетки. И так далее, пока одна из банок не оказывается полна монетками под горлышко. Тогда я возвращаю одну монетку её владельцу, благодарю его, и мы с ассистентом пересыпаем оставшиеся монеты в мешок. После этого можно объявить, что банки эти мне уже без надобности, и они выставлены на продажу. Таким манером я однажды продал две литровые банки стоимостью в десять копеек за двадцать рублей. Хороший тест на алчность и жадность…
— Обычные банки? — кивнул он.
— Самые что ни на есть обычные. Можно даже с этикетками.
— Шикарный фокус! Покажешь?
— Несите банки, покажу…
Он рассмеялся:
— Ты не устаёшь меня удивлять, Кузнецов!
 Глава 19. Галя и Маринка 
30 сентября 1971 г. Вечер
Когда она с тазиком в руках вернулась из умывальника, то обомлела! За столом сидел Сашка и оживлённо болтал с Галкой и Маринкой. Те весело смеялись. Саша улыбнулся ей и подмигнул.
— Я тебе кое-что принёс. Развешивай бельишко и будешь примерять…
— Что принёс? — растерялась Катя.
— Тулупчик крытый по случаю достал. По-моему, как раз на тебя.
— А зачем? — Катя даже покраснела, так ей стало неудобно перед подругами.
— Как зачем? Скоро придут настоящие морозы. У тебя же, кроме твоего зимнего пальто, ничего нет. Как в институт ходить будешь? В чём?
— Свитер толстый под пальто! Оно у меня достаточно просторное.
— Свитер это хорошо, конечно. Для морозов не ниже двадцати. Я тут местных поспрашивал, они говорят, что здесь и минус пятьдесят не редкость! Ты в своём пальто за пять минут в ледышку превратишься!
— А сколько это стоит? — упавшим голосом спросила она, поставив тазик на пол рядом с батареей.
— Двадцать рублей!
— Сколько?! — завопила Маринка, которая как и Галка, внимательно слушала их разговор.
— Да нет, стоит он, по-моему, сто двадцать, но Катюша будет мне должна всего двадцать. Я пятьдесят из нашей семейной кассы свистнул. Остальное из моего собственного кармана. Я же говорил — весной неплохо заработал.
— Вот Марина Михайловна поймёт, что ты воруешь общие деньги, и выпрет тебя из дома! — наставительно показала на него пальчиком Галка. — Придётся тебе тогда в общагу переезжать!
— Ха! Да я ей сам скажу! Она против не будет. Если бы она была дома, я бы у неё попросил. Она бы дала. На дело она денег не жалеет.
Саша вскочил со стула и убежал в прихожку. Возился там долго пыхтел, ворчал что-то себе под нос, а когда вернулся, бросил ей на кровать крытый бараний тулуп, ещё с магазинной этикеткой, а сверху на него сапоги странной конструкции. Вышитая бисером оленья шкура, толстая каучуковая подошва.
 
— Что это? — спросила Катя, заметив сапоги.
— Чукотская национальная обувь! — гордо ответил он. — Торбаса называется! Тепло, легко и, главное, в них ноги не потеют!
— А это сколько стоит? — окончательно перепугалась Катя.
— Они вообще бесплатно! Знакомые из Магадана приехали. Я узнал, что они к нам собираются, и попросил их захватить. Тридцать шесть с половиной. У тебя, по-моему, тридцать шестой? Как раз на шерстяной носок будет.
Марина подхватилась:
— Кать, дай померить? У меня тоже тридцать шестой! А ты пока тулупчик примерь!
Катя кивнула, а недоверчивая Галка, не сводя глаз с Маринки, которая уже сидя на Катиной кровати натягивала на правую ногу сапожок, покачала головой:
— Вот просто так попросил, и они просто так взяли и привезли? Такие сапоги должны дорого стоить…
— Может быть… — пожал плечами Сашка, тоже не сводя глаз с Маринки. Только он смотрел не на сапожки, а на её коленки и открывающиеся в полах халата белые бёдра. — Они мне сильно задолжали. Не деньгами, а… В общем, год назад я их дочку от одной злой болезни вылечил, вот они и считают себя моими должниками. А что? Я не против!
— Что за болезнь? — снова не поверила Галка. — Ты что, врач?
— Не врач, но вылечил. Тайком от родителей, но они потом всё равно узнали… — поднял на неё глаза Саша. Маринка демонстрировала сапожки Кате, и они обе не обращали внимания на их разговор. — А чем девочка болела, я тебе Воронова не скажу. Врачебная тайна, понимаешь ли!
— Классная обувка! — заключила Маринка, плюхаясь на стул. — У них случайно второй такой пары нет?
— Я спрошу… — улыбнулся Саша. — Кать, потом налюбуешься! Примерь тулупчик, а то мне уже бежать нужно! Магаданцы ведь ко мне приехали, а не к тёте Марине. Кстати, почему ты джинсы не носишь? Не понравились?
— Почему? Понравились. Просто к ним какую-нибудь блузочку нарядную нужно. Получу стипендию, куплю и буду носить.
— Зачем нарядную? — удивился Саша. — Как раз наоборот! Клетчатая ковбойка! Желательно тёплая, из фланели. Как раз правильная одежда на период холодов. А джинсы можно в сапоги заправлять. Будет очень модно и даже элегантно. Ты попробуй!
Он поднялся и подошёл к ней:
— Застегни пуговицы. Кажется, великоват…
— На свитер в самый раз будет! — возразила Маринка, которая крутилась рядом с ними. — А пуговицы можно немного переставить, чтобы по фигуре было. Кать, надень свитерок или кофточку!…
* * *
Катюша убежала к какой-то своей знакомой. Саша тоже ушёл. Галка спросила:
— Заметила, как он твои ноги глазами облизывал, когда ты сапожки примеряла?
— А то как же? — рассмеялась Маринка, плюхаясь на кровать рядом с ней. — Я их специально повыше задирала. Думаю, он даже трусики успел разглядеть.
— А зачем? Катюха к нему, кажется, серьёзно относится. Смотри, заметит — может сильно обидеться!
— Подумаешь! Ничего с ней не случится, если мы с ним разок-другой перепихнёмся. Нравится он мне, Галь. Что я могу поделать?
— Не знаю… Я-то думала, вы с ней по-настоящему подружились.
— А разве бывает настоящая женская дружба? — резонно возразила она. — Мне кажется любая дружба заканчивается в тот момент, когда между подругами встаёт мужчина. Природа своего требует, Галь. Ну ты же сама такие вещи понимать должна. Тебе разве никогда не хотелось, чтобы какой-то парень, пусть даже он и дружит с твоей подругой, приласкал бы тебя по-настоящему? Ответь себе, но только честно…
Галя только вздохнула. Ни в чём она не была уверена по-настоящему.
— Похоже, он её сегодня ночью распечатал… — сказала она, помолчав.