Боец (СИ)

“Надо же, неужели наш генерал впервые получил по сусалам, — подумал полковник, с уважением глядя на Арта, — а ведь он нас совершенно не боится. Как-то поведение Артура Алексеевича не вяжется с отношением большинства людей к органам, где превалирует страх, ожидание неприятностей и растерянность”.
— Не надо выдавать ваши домыслы за мои слова, а мои слова интерпретировать таким образом, — проговорил примирительно генерал Восков, — я сожалею, что не сумел донести до вас всю сложность ситуации, в которой и мы и вы оказались. Хотелось бы в дальнейшем работать рука об руку и понять, что же произошло на самом деле и чего нам ждать в дальнейшем. Пока же вынужден признать, что однозначной трактовки происшествия не имею, и хотел бы с вашей помощью прояснить ситуацию.
— Давайте попробуем сделать это вместе, — согласился Арт.
“Сразу видно умного человека, в бутылку не лезет, ищет возможность перейти на не конфликтный уровень, сгладить ситуацию. С ним можно иметь дело! Академик. Далеко не дурак!” — подумал генерал.
Разговор продолжался около часа. Арт высказал свои наблюдения о нападавших людях и мысли, которые в связи с этим пришли в его голову. Он акцентировал внимание генерала на поиске "дипломата" с документами, пропавшего вместе с “Волгой”. Хоть в нем и не было секретных документов, а только наброски идей, которые Арт обдумывал на досуге, но дипломат был приметный, из натуральной кожи, ручной работы с замками повышенной секретности, и если удастся проследить, где он всплывет, то это значительно облегчит дальнейшее расследование.
Генерал предупредил Арта, что временно ему выделены два сотрудника для охраны и без них он на улице не должен появляться.
Пока ГКНТ не выделит Арту новую “Волгу” взамен утраченной, он будет пользоваться транспортом, предоставленным органами, с повешенной броневой защитой. В свою очередь Арт попросил выдать ему табельное оружие для самообороны, на что получил обещание подумать.
Спустя несколько дней, в приемную НИИ системных исследований позвонили из секретариата ЦК и сообщили, что Арта приглашает для беседы член Политбюро ЦК КПСС, товарищ Михаил Сергеевич Горбачев. Беседа состоится 12 января в 11 часов утра. Пропуск будет заказан.
За десять минут до назначенного времени, Арт вошел в здание ЦК на Старой площади. При входе его попросили предъявить партийный билет и пропуск. Партийного билета у Арта не было, и он вместо него предъявил паспорт. Арт благополучно по возрасту вышел из комсомола, а в партию так и не вступил, несмотря на неоднократные предложения это сделать.
Его проводили в приемную Горбачева, где попросили подождать несколько минут.
Наконец из кабинета вышел смутно знакомый Арту человек и, кивнув ему, покинул приемную.
Референт пригласил Арта в кабинет, открыв перед ним дверь.
Горбачев вышел из-за стола и жестом предложил Арту расположиться в кожаном кресле, стоящем у приставного стола. Сам расположился напротив в таком же кресле. Помолчали. Арт включил чтение мыслей.
“Какой молодой, ведь нет сорока, а уже академик, — думал Горбачев, разглядывая Арта, — говорят, очень светлая голова и занимается весьма перспективным направлением в науке – системным анализом. Думаю, не зря мне его рекомендовали весьма авторитетные люди”.
— Я давно хотел с вами познакомиться лично, — начал разговор Горбачев, — мне интересна тематика ваших исследований, особенно применительно к конкретным задачам, решаемым нашим государством на данном этапе своего развития. Расскажите немного о себе и тех исследованиях, какими занимаетесь в последнее время.
Арт кратко рассказал свою биографию, подчеркнул, что в Москве он недавно, еще не обзавелся большим количеством знакомых, все время проводит на службе. При рассказе о проводимых в его НИИ исследованиях, подчеркнул, что несколько переориентировал их вектор, поставив главной задачей – прогноз развития государства в новых условиях, диктуемых временем.
— Что вы понимаете под новыми условиями? — поинтересовался Горбачев.
— Михаил Сергеевич! Я считаю, что наступает новая эра в развитии нашей страны. Фраза “так больше жить нельзя” в скором времени станет лозунгом эпохи.
  
Внешние экономические условия: снижение цен на нефть и газ, и внутренние: нехватка товаров широкого потребления для населения, продовольствия, всеобщий дефицит, затоваривание складов оружием, которое в будущем не найдет себе применения, помощь ряду стран в ущерб себе, которые никогда не рассчитаются за нее ни материально, ни политически, в конце концов приток новых, молодых сил в руководство страны на смену старцам, не способным перестроиться в ответ на вызовы времени – все это признаки наступающей эпохи перемен.
“Это провокация! Такие мысли у многих в головах, но озвучить их члену Политбюро! Это или очень смелый, безбашенный человек, или провокатор, присланный недругами для моей компрометации!” — думал Горбачев, глядя на невозмутимо спокойного Арта.
— Вы очень смелый человек. Ваши слова требуют аргументации и весьма необычны для этого кабинета.
— Мои исследования позволяют прогнозировать с весьма большой точностью развитие ситуации за рубежом и в стране и в ее верхнем эшелоне власти на срок до полутора-двух лет. Если вам интересно, я могу рассказать, что случится в ближайшее время и как, с весьма большой вероятностью, будут развиваться события до середины 1985 года. Вы можете сравнить точность моих прогнозов с реальными событиями и сделать правильные выводы в отношении меня и моих исследований.
— Это интересно. Я весь во внимании.
— Вы уверены в безопасности этого кабинета, я буду давать взрывоопасные прогнозы!
“Если это провокатор, то он действует неумело, предупреждает о прослушке. Мой начальник охраны недавно проверил кабинет на наличие подслушивающих устройств и сообщил, что ничего не обнаружил. Но можно ли ему доверять?”
— Говорите, я уверен в безопасности кабинета.
— Первое. Генсек Андропов умрет своей смертью 9 февраля этого года около пяти часов вечера.
Второе. По предложению Устинова, следующим Генсеком станет Черненко. Вас назначат вторым секретарем ЦК и вы продолжите деятельность в качестве второго лица государства до смерти Черненко, которая случится 10 марта 1985 года между семью и восемью часами вечера.
Третье. По предложению Громыко, которое он сделает в ответ на ваше предложение ему поста Председателя Президиума Верховного Совета СССР, вы станете Генсеком ЦК КПСС уже 11-го марта 1985 года.
Четвертое. 8 мая 1984 года СССР объявит о бойкоте Олимпийских игр в Лос-Анджелесе. 27 июня чемпионом Европы по футболу станет Франция. 15 декабря вы посетите Лондон, где заявите о существенном сокращении запасов ядерного оружия. 20 января 1985 года Рейган станет вторично Президентом США. 16 мая должна начаться антиалкогольная компания в СССР, которая принесет стране большие беды.
Этого хватит?
Горбачев молчал, ошарашенно глядя на Арта. В его голове билась единственная мысль: это больной человек! Ему надо в психушку!
— Возьмите ручку и запишите даты и события, которые я назвал. Потом сравните их с реальными событиями. Чтобы вы мне поверили, через шесть дней 18 января на острове Омута в Японии случится взрыв на угольной шахте, погибнет 83 человека. Если этого не будет – отправляйте меня в психушку. А пока не спешите, я вам еще очень пригожусь. Берите, берите ручку, записывайте!
Горбачев, словно под гипнозом, взял ручку и лист бумаги и под диктовку Арта записал даты и предстоящие события. Свернул лист и засунул его в карман. Затем нажал на кнопку. Вошел референт.
— Проводите Артура Алексеевича. Мы закончили.
Встреча Арта с Горбачевым продолжалась сорок минут.
Очутившись дома, Арт внимательно прослушал запись разговора с Горбачевым на диктофоне, отметил ошибки, которые совершил в разговоре, но ничего ужасного не заметил.
“Будем посмотреть”, — подумал он и приготовился к ожиданию реакции Горбачева на сообщение из Японии 18 января 1984 года.