Дикарь

– Времени мало, надо все успеть, – сказала Аня сама себе.
Еще вчера вечером она наметила план, что делать. А точнее, список действий, как завоевать расположение этого неприветливого смурного хозяина дома. Ей надо было во чтобы то ни стало остаться здесь, а потому придется потрудиться для этого. Она понимала, что ей будет нелегко, но была готова к этому.
На улице уже парило.
– Опять будет жара, – пролепетала она и начала быстро рыться в своем чемоданчике.
Надев легкую маечку и повязав ее на животе, натянула короткие голубые джинсовые шорты. Сунув ноги в летние кроссовки, поспешила прочь из дома, очень хотелось в туалет.
Быстро вышла наружу, немного затормозила на крыльце. Яркие лучи солнца ослепили ее, и Аня невольно зажмурилась. Ощущая утреннюю свежесть, она полной грудью вдохнула чистый деревенский воздух. В городе такого не почувствуешь, ну, только если где-нибудь в парке. До ее слуха доносились трели птиц, а на траве блестели капельки росы.
Девушка вышла во двор, быстро повернула за угол и удостоверилась, что Влад все еще в сарае. Осторожно ступая по деревянным доскам, чтобы не испачкать белые тряпичные кроссовки, направилась к отхожему месту.
Туалет был с другой стороны дома, там же и уличный умывальник, полный воды. Аня умылась и почистила зубы, предусмотрительно захватила с собой щетку и зубную пасту.
Быстро покончив с утренним моционом, направилась обратно в дом. По дороге заглянула в небольшое оконце сарая и отметила, что Влад сидит на старом табурете рядом с козой и доит ее в небольшое эмалированное ведро.
Вернулась по-тихому в дом, отметила, что Влад еще не готовит завтрак, – пока все складывалось удачно. Быстро пошла в комнату, где спала, проворно причесалась, сделав хвост на макушке. С такой прической было не так жарко.
Торопливо вернувшись в кухню, Аня заглянула в небольшой холодильник сбоку от окна, прошлась взглядом по продуктам, решая, из чего приготовить. Где лежали специи, лук и все остальное, она запомнила еще вчера.
Спустя двадцать минут сварганила пышный омлет и тосты с сыром и зеленью.
Когда в кухню вошел Влад с полным ведром парного козьего молока, на столе уже был накрыт завтрак с дымящимся омлетом. Красиво нарезанные помидоры и огурцы на тарелке, только что заваренный ароматный чай.
Окинув взглядом это утреннее пиршество, Громов поставил ведро с парным молоком на табурет и начал быстро споласкивать руки в умывальнике. Мужчина уселся за стол, еще раз оглядел накрытый стол. Все слишком красиво и пахнет обалденно.
«Готовить она умеет, это факт, – подумал он про себя. – И что она так пытается угодить? Что-то здесь нечисто».
– А салфетки нафига? – задал он вопрос, подняв брови. – У меня тут не ресторан. Я их достаю только по праздникам и для гостей.
– Поняла, учту, – улыбнулась девушка, так же грациозно присаживаясь за стол.
– Сейчас сходил на станцию. Сегодня нужного поезда нет, только завтра, – коротко бросил он, садясь за стол, а Аня облегченно выдохнула.
Он уже принялся с аппетитом поглощать омлет, отмечая, что он на вкус еще лучше, чем на вид. Горячие хлебцы с сыром тоже удались. Сама она не ела и смотрела на него, опять ожидая реакции. Потому он еще раз решил озвучить свою позицию относительно ее присутствия в доме, чтобы она не придумывала себе невесть что.
– Думаешь, если будешь меня кормить, то я поменяю решение? – спросил он, вперив нее тяжелый взгляд. – Дудки. Завтра утром твой поезд, и точка.
– Но я думала…
– Нечего думать. Я живу один, и это не обсуждается.
Аня поджала губы, начала пить чай, он был несладкий. Молча встала, подошла к шкафчику, открыла его‚ потянулась за сахарницей, которую забыла поставить на стол.
Невольно проследив за девушкой, Влад задержал взглядом на ее ягодицах в коротеньких шортах и стройных ногах. В этот момент Анюта наклонилась, поднимая с пола выпавший из шкафчика кулечек с травами. Он отчетливо увидел край ее упругих ягодиц, выглянувших из шортиков.
Чуть не подавился. Судорожно сглотнул кусок омлета, чувствуя, что эта картина чересчур возбуждающая, чтобы подавать такую на завтрак с утра пораньше. Зрелище было до того сексуальным, что его обдало жаром, а кровь прилила к низу живота.
  
У него мгновенно испортилось настроение. Явилась фифа городская! Нарушить его спокойную умиротворенную жизнь. Еще и в шортах развратных выхаживает перед ним.
– Мед достать? – спросила Аня, ставя на стол сахарницу и снова усаживаясь рядом с ним за стол.
– Не надо, – буркнул он, прожевав очередной кусок и окидывая ее взглядом.
Сверху на девушке тоже было что-то невозможно развратное. Розовая маечка до пояса, обтягивающая упругую грудь так, что отчетливо выделялись соски, ему даже показалось, что через тонкую ткань он видит их цвет.
– А что, другой одежды нет? – не выдержал Влад, хватаясь за чашку с чаем и залпом выпивая его.
 
Глава 6
 
– А что не так? Жарко же будет.
– Значит, другой одежды нет, понятно, – хмуро произнес он, переводя взгляд на окно.
На эту белобрысую смотреть было невыносимо. Свалилась на его голову. Специально, поди, так вырядилась, чтобы бесить его. Мельтешит своим сексапильным видом перед ним, а руками трогать нельзя. Нет, такого соседства он точно долго не выдержит. Но ничего, завтра эта городская вертихвостка отчалит на поезде, и у него вновь все будет спокойно и размеренно. Никаких этих похабных мыслей из-за баб в голубых шортах.
– Я могу помогать тебе с козой и в огороде, если нужно, – прервала Аня его хаотичные мысли.
Влад недоуменно посмотрел на нее.
– В смысле, помогать? – нахмурился он.
Еще не хватало, чтобы она тусовалась рядом с ним весь день. Никакого спокойствия точно не видать.
– Вот у тебя коза есть, ее доить надо и…
– У меня четыре козы.
– И курицы, я видела, много всех.
– Ну и курицы, – ответил он, не понимая, к чему она клонит. – Я сам и сыр, и творог делаю, на продажу. Потому коз и держу.
– Я про это и говорю. Тебе помощь нужна, Влад. Столько живности, да и по дому надо прибрать и приготовить. Я вполне бы могла помочь. И полоть я умею, у бабушки в деревне я полола.
– Ага, – оскалился он, ее слова позабавили его, едва он представил эту фифу с маникюром на прополке. – В огород выйдешь и на твой голый зад все слепни слетятся. Сидеть потом не сможешь.
– Я могу и джинсы надеть.
– Забудь. Ты здесь временно и завтра уезжаешь, – отрезал он хмуро.
– А если я не хочу уезжать? Можно мне все же остаться? Я правда помогать буду…
– Сказал же, нет, и хватит уже об этом, – ответил он недовольно, вставая из-за стола.
Рядом с ней было невыносимо сидеть, бросало в жар. Ее упругие полушария, выгладывавшие из маечки почти наполовину, так и манили сделать что-то непристойное. Мысль о том, что надо сходить в гости к Кате, снять накопившееся напряжение, тут же окрасилась в мрачные тона. Катерина после вчерашнего его на порог не пустит. И опять все из-за этой городской козы.
– Я по делам, после обеда буду, – добавил он, вставая из-за стола, и отнес грязную тарелку к раковине.
– Я помою, – с готовностью сказала Анюта, подходя к Громову и забирая тарелку из его рук.
– Спасибо.
Громов полез куда-то наверх, нашел большую чистую бутыль.
Аня мыла тарелку и косилась на Влада, отмечая, что в такие бутыли наливают самогон. Далее он начал копаться в сушилке рядом с девушкой, что-то искал.
– А ты сейчас куда? – спросила она, созерцая в сантиметре от себя его мощный волевой подбородок, покрытый густой короткой бородой, высокие скулы, прямой нос.
Упрямо сжатые губы. Было видно, что он волнуется, тарелки и чашки звенели под его рукой, пока он перебирал их.
– На пасеку, ульи проверить, – обжег ее взглядом и тут снова отвернулся к сушилке.
Но Аня успела заметить светло-голубой цвет его глаз. Красивый мужик, если бы не был таким грозным и мрачным.