Элина и Орбус (СИ)

И я, как всегда, опять иду-бреду по тоннелям.
Попадались меньшие ходы-ответвления.
– Что за лабиринт? – подумала я, но все придерживалась главного пути.
Услышав шорох, вздрагиваю.  Навстречу ползут гигантские муравьи, с отвратительными гигантскими глазами-фасетками. Солдаты. Когда они приблизились, смогла рассмотреть получше. Угрожали мне вовсе не муравьи, но какие-то кентавро-насекомые. Верхняя часть с ужасной головой возвышалась, подобно торсу кентавра. Но у основания тоже присутствовали глазки, пусть и не такие внушительные. Сколько же сюрпризов таит этот мир!
Пришлось воспользоваться арбалетом. Я догадалась, что настоящие головы – не вверху, а как раз снизу, с маленькими глазками. А большие – для устрашения. Так и расправилась с ними.
Дорога раздвоилась. Немного задумалась и решила свернуть в левое ответвление. Старалась идти бесшумно, осторожно ступая по выбранной дороге. Тоннель открывался в огромную камеру. Заглядываю туда.
О боги! Там полчища муравьиноподобных существ, подобных только что встреченным.
Ну и муравейник! Попробую другим путем.
Возвращаюсь к развилке и выбираю единственно правильный, (как вы догадались, правый), путь. Шаги потяжелели, ощущаю: дорога ведет наверх.
* * *
Еще одна камера. Как же не хотелось заходить в гнездовья этого то ли улья, то ли муравейника, но путь лежал именно там!
На потолке просторной пещеры висели насекомые, схожие со светлячками на стенах, только огромнее.
Разглядывая их огромные прозрачные брюшка-пузыри, я проворонила несколько рабочих насекомых, которые устремились ко мне.
Отстреливаясь, случайно попала в одного из обитателей потолка, который упало и разбилось. Из шара, который, как мне казалось, светился, по полу растеклась полупрозрачная, вязкая жидкость, пахнущая медом. А свет всего лишь преломлялся через их полупрозрачные брюха.
О, ужас, подумала я, они и в качестве фонарей, и в качестве бочек используют живых особей. Что за общество! Неужели Морринг хотел сделать из людей нечто похожее?
Пробралась сквозь липкие лужи и продолжила подниматься дальше.
Тоннель становился все круче и круче, пока пологий пол окончательно не сменился ступеньками, которые винтовой лестницей устремлялись вверх. Живые фонари пропали, зато кое-где попадались бойницы. Но света они не давали, ибо ночь. Пришлось разжечь факел.
Раз лестница, то она служит для человеческих ног, а не для насекомых – подумала я. Скоро я попаду в замок, что на вершине испещренной, выточенной ходами этих насекомых, скалы. И ошиблась.
Нора, в которую я попала, оказалась просторной, в стенах имелись ходы, два из которых пугали меня стрекотанием. Неприятности не заставили себя долго ждать: из тоннелей выползли гигантские богомолы, с огромными, саблевидными конечностями, приняли устрашающие позы. Один бросился на меня, я едва успела отскочить. Из самой левой камеры появился еще один богомол. Меня окружили.
...Началась пляска смерти – я старалась увернуться от их острых лезвий, впрочем, и их острых челюстей я опасалась не менее серповидных конечностей. Взмокла, но противники лежали поверженные. Память о борьбе с их собратом в лесу позволила не тратить драгоценные время и метить сразу в уязвимые места.
Переступив через трупы, вошла в центральный тоннель, единственный, откуда не появилось ни одного богомола.
И вновь под моими ногами ступеньки уходят вверх.
* * *
Лестница закончилась пустым помещением, похожим на погреб. В свете факела лишь деревянная лестница-стремянка упирается в люк на потолке. Вот будет весело, если он окажется заперт.
К счастью, я ошиблась. Люк привел в комнату охотника. Подвинула кресло, придавив им путь снизу. Мало ли. Загасила факел.
В камине потрескивал разожженный огонь, в интерьерах, оплавляя воск, трепетали огоньки свечей. На стенах висели рога. Подошла к единственному в комнате окну. В черноте полыхнуло зарево молнии.
Я не могла позволить себе долго стоять спиной к помещению, я уже привыкла к многочисленным опасностям, которые подстерегают в самых неожиданных местах, потому поворачиваюсь.
 
И действительно, рога зашевелились.
* * *
Они, словно выдвинулись из укрытия, коими оказались углубления в стене. Опять насекомые. Вооруженные рогами, эти огромные жуки, или как-там их называют, горбатки, направлялись ко мне. Вертикально протопав по стене, засеменил по полу по мою душу.
Запрыгнув на стол, я расстреляла зверей. Рога беспомощно повалились на пол. Вот тебе и охотничий трофей. Вернусь домой, сделаю вешалку – сама с собой пошутила я.
* * *
Я все же позволила себе развалиться в охотничьем кресле и немного посидеть у камина. Но долго отдыхать себе не дала, пора двигаться дальше. В комнатке была одна дверь, в нее я вышла. Лестница, представшая передо мной, уже в большей степени отвечала человеческим потребностям: в наличии перила, горели газовые (а не насекомые) фонари. Я поднималась.
* * *
Вхожу в залу. О, это уже настоящая комната замка. Занавески скрывали черноту в окнах. Старинные, обитые бархатом стулья. Каменные статуи крылатых чудищ. Полные доспехи, стоящие у дверей. О, только бы эти доспехи не ожили. Какие демоны в них могут вселиться?
О боги! они ожили. Горгульи! Каменные! И это были не доспехи, а те самые чудища, что стояли у колонн. Я попыталась знакомым путем ударить градом зарядов по ним. Но стрелы их не брали. Мне ничего не оставалось, как пробежать до следующей двери. Чудища были больше дверей и проникнуть дальше они не могли. Жаль только зря потраченных зарядов, не смогу их собрать. Ну, запасы еще есть.
* * *
Опочивальня. Роскошная кровать с богатыми покрывалами у стены.  Впервые в этом мире я увидела людей. Но это были не люди. Обнаженные девушки с крыльями за спиной, прямо как во сне. Секьюбы – пронеслось в моей голове.
Одна приблизилась ко мне и сладким голосом заговорила:
– Иди ко мне, дорогая!
Я всматривалась в ее лицо, в ее фигуру. Она была безупречно красива, но как со всем этим великолепием вязались крылья, я не понимала.
– Я тебе нравлюсь? – игриво спросила она, но хищный оскал острых зуб разрушил всю иллюзию, которую секьюба пыталась выстроить.
Я ее убила. Демон сгорела адским пламенем. Такая же участь постигла и ее сестру. Случайно я глянула наверх. На потолке лежала еще одна секьюба. Ее волосы расстилались на поверхности потолка, крылья также были распростерты. Секьюба поняла, что обнаружена, и ее сила притяжения к потолку исчезла. Та стремительно начала падать на меня, как паук на жертву. Мне удалось выскользнуть, она побежала за мной. Я – в дверь. Секьюба зацепилась за что-то своим крылом.
– А могла бы летать, – усмехнулась я, – но в помещении не разлетаешься.
Контрольный выстрел. Еще один демон сгорел в пламени.
* * *
Лестницы, залы, коридоры. За дверью маленькая комнатка, уютная кровать.
Так хочется спать. Весь день на ногах. После того, как стемнело, приходится постоянно бороться с сонливостью. А спать – опасно.
За окном – дождь и гром.
Может, попробовать? А секьюбы? Смотрю на потолок, вокруг. Вроде ничего не предвещает сюрпризов.
Ладно, думаю, попробую. Аккуратно. А если, все-таки, умру, значит, судьба.
Все, не могу больше уже. Буду спать.  А вдруг кроватка обернется пастью чудища? Проверила, бросив на кровать подушку, взятую с комода… все тихо. Закрыла на щеколду и для надежности забаррикадировала обе двери.
Даже ставни окна закрываю и запираю. Только тусклые светильники не дают комнате погрузиться совсем во тьму. Ну и пусть светят. Спать в полной темноте я побоялась бы.
Аккуратно попробовала лечь, прямо в одежде, на кровать. Подставы нет. Еще полежала в напряжении. Нет. Все тихо. Ладно. Взвожу арбалет, кладу рядом.  Буду спать.
Говорят, есть люди, которые пытаются стать сновидящими. Ищут способы, практики, чтобы видеть тонкие сны, в которых можно путешествовать в астралах, в иных мирах. А я не люблю. Мне бы просто спокойно поспать.