Граф Суворов. Книга 2
– Похвастаетесь боевыми шрамами? – попросил я.
– Эм, зачем это? – удивленно спросил Василий. – Нечего там особенно смотреть. Просто глубокая царапина, да и все.
– Ну, я же должен понимать, на что наткнусь, если долго в темноте ползать? – продолжил настаивать я. Повод мне отказать можно было найти легко, достаточно простого – не хочу, не твое дело, иди лесом. Но нет, Василий подумал немного и в конце концов закатал водолазку, под которой я увидел плотную марлевую повязку.
– Можно? – спросил я, прежде чем тянуть руки, и Строганов, немного подумав, кивнул. Я прощупал края раны, прочувствовал отклонения в ауре Василия.
Понятно, что он врал – длинный ровный разрез можно было получить только одним способом – скальпелем. Ни осколки, ни пули такой раны оставить не могли, это я уже в методичках видел. Но вот меридианы были повреждены не только в самой ране, но и вокруг нее, будто их выжгло.
Нескольких уверенных нажатий хватило, чтобы законсервировать концы разрыва и одновременно пустить энергию вдоль раны, ускоряя восстановление. Василий вначале поморщился, но затем с удивлением ощупал бок и, встав, начал поворачиваться из стороны в сторону.
– Не стоит. Рана может открыться, – предупредил я, встряхивая кисти рук, чтобы снять внезапно накатившую усталость. – Но сейчас, думаю, выздоровление пойдет легче.
– Спасибо, – кивнул Василий. – Могу я поинтересоваться, откуда у тебя такие навыки? Я, конечно, за годы службы всякое слышал, даже о чудесном исцелении болтают, но вот на себе прочувствовал в первый раз.
– Как только честно ответишь, где ты получил рану, – улыбнувшись, проговорил я. – Это же от резонансного меча? Или скорее когтя.
– Да нет, говорю же. На железяку ночью напоролся, – возразил Василий.
– Ага. Ну, тогда до завтра, матер наставник, – кивнул я, на мгновение замерев у выхода, но все же решившись. – Есть у меня одна идея, как можно первому и второму курсу изменить программу, так чтобы они смогли больше резонанса получить.
– Вот как? – еще больше напрягся Василий. – Давай… завтра. Я на планерке доложу о результатах недельного обучения после отсева. И тогда смогу поговорить с его светлостью Мирославом. Уверен, он заинтересуется твоим предложением.
– Понял, спасибо, – кивнул я, быстро выходя из палатки. Блин, как уже завтра? Я был твердо уверен, что у меня есть по крайней мере еще дня два-три! Если промежуточные испытания уже завтра – я просто не справлюсь, не успел я все выучить. Да еще и физические…
– А ты довольно близок с нашим матером-инструктором, – раздался за спиной голос, и я вынырнул из раздумий, внезапно поняв, что совершенно перестал смотреть по сторонам и, похоже, сейчас придется за это поплатиться.
Меня окружили сразу пятеро первокурсников из А группы, а «хороший знакомый» Бобров перекрывал единственный путь к отступлению. Поймали меня в небольшой лесополосе, между палатками командования и общевойсковыми, так что ни от тех, ни от других меня видно не было.
– Я так понимаю, вы решили завтрашние испытания провалить уже сегодня? – спросил я, оглядываясь по сторонам и нагоняя прану в конечности. Парни, окружившие меня, явно рассчитывали на то, что я выдохнусь к концу дня, их будет пятеро на одного – а значит, победа получится быстрой и легкой. Но ошиблись буквально во всем.
– Бей щенка! – рявкнул Бобров, и они бросились на меня.
Узкая тропка между деревьев не позволяла напасть сразу пятерым, но я не собирался упрощать им задачу и сразу прыгнул в заросли. Оттолкнулся от ближайшего ствола ладонью, резко уходя в сторону, и через два прыжка уже оказался за спиной у крайнего противника.
Не ожидавший от меня такой прыти парень обернулся только для того, чтобы получить в нос основанием ладони. Взвизгнув, он рухнул на подмерзшую тропинку, а я уже вновь прыгнул между деревьев, выходя из окружения. Сразу два А-шника бежали на меня с разных сторон и были всего в паре шагов, когда я им немного помог. Схватил за волосы и придал дополнительного ускорения, столкнув лбами.
Четвертый противник решил не гнаться за мной, выжидая на тропинке и старательно вглядываясь в темноту. В принципе правильно, чего зря силы тратить? Только у меня их было в избытке, за счет активации первого лепестка земли, а парень после учебного дня существенно вымотался. Разбежавшись, я прыгнул, ухватился за низко висящую ветку и со всей силы, обеими ногами, вмазал противнику по спине. Улетевший куда-то в темноту парень закричал, но вопль быстро сменился жалобным стоном.
Я уже подумал, что дело сделано, когда понял, что не хватает зачинщика. И в то же мгновение мне по плечу прилетел удар толстенной коряги. Перекатившись в сторону, я вскочил на ноги и увидел ухмыляющегося Боброва, держащего в руках длинную сучковатую ветку. Не будь она такой кривой – удар прилетел бы мне в голову, а не в плечо, а такой дубиной и убить не долго.
– Честные благородные воины, – усмехнулся я, оглядываясь по сторонам. Так и есть, двое, которых я столкнул лбами, уже брали меня в клещи. Не хватало только первокурсника со сломанным носом и того, что улетел в темноту. Он продолжал стонать где-то в ближайших кустах.
Ушибленные бросились ко мне одновременно, пока я мониторил окружение. Назад – ствол дерева, по сторонам они, а впереди дурак с палкой. Я на мгновение замешкался, и противники тут же воспользовались ситуацией, схватив меня за рукава и застопорив.
– Тебе привет от наставника, – довольно ухмыляясь произнес Бобров, занесший над головой дубину на манер меча и со всей силы обрушивший оружие мне на голову.
Не собираясь доставлять ему такого удовольствия, я рухнул на колени, увлекая за собой не ожидавших такой подлянки противников. Они снова стукнулись головами, а затем по ним еще и дубиной прилетело. После чего я даже стонов не слышал. Прибил он их, что ли? Не хотелось бы.
Воспользовавшись секундным замешательством Боброва, в темноте он еще не понял, что произошло, я высвободился из ослабевших пальцев и бросился на противника, с ходу впечатывая ему кулак в солнечное сплетение. Враг попробовал отмахнуться дубиной, но я уже был у него за спиной, ударил под колено пяткой ботинка, заставляя упасть на дорогу, а затем без жалости врезал по ушам ладонями – оглушая.
Оглянулся – чисто. Вся драка заняла не больше трех минут, а за счет круговорота земли я даже особо не устал, только изо рта с каждым движением вырывалось облачко пара. Пятеро поверженных, почти все штатное расписание группы А, до сих пор проходившее отсевы, валялись на замерзшей земле. Хотелось их так и оставить… но ведь замерзнут.
– Дежурный! Нарушители! – что есть мочи крикнул я, и тут словно из-под земли на тропинку выскочили несколько человек с фонариками и с ухмылками на лицах. Судя по форме, дежурные из второкурсников. Вот только при виде открывшейся им картины улыбки с лиц быстро сползали.
– Ты что наделал, уродец?! – схватившись за дубинку охранника, проговорил старший из них, и я тут же попятился, понимая, что драться еще и с ними мне сейчас совсем не с руки. У этих ребят и силы, и умения куда больше. Но в этот раз до драки не дошло.
– Что происходит? – донесся до нас недовольный голос Василия, и второкурсники нехотя отступили.
– Этот напал на наших первогодок, – заявил дежурный, наведя мне на лицо свет фонаря, специально, чтобы я не мог разглядеть говорившего.
– Вот как? И сделал он это в одиночку против троих? – со смешком спросил наставник.
– Пятерых, – поправил я его. – Один должен быть в кустах, один со сломанным носом в той стороне.
– Все ясно. Раненых в лазарет! – приказал Строганов. – А с тобой, курсант Иванов, мы поговорим завтра. После отсева. Выполнять!
Глава 5
– В нашем полку убыло? – саркастически хмыкнул Леха, когда утром на построении отправленных мной в лазарет не оказалось. Учитывая злобные взгляды оставшегося третьего и вторых курсов и последнего из 1А студента, ничем хорошим это закончиться не могло. Для них, естественно.