Волчий лог

Я помедитировала еще немного, а потом убрала в холодильник большую часть провианта, сварила кашу, выложила в нее несколько кусков мяса, сдобрила все маслом и пошла кормить Волчка.
– Эй, ну ты где?
Вредный пес не отвечал.
– Волчок! Ты что, кинуть меня решил?
Тишина.
– Ну как хочешь! От такой каши отказываешься!
Никто не отзывался. Я подошла к калитке и выглянула на улицу.
– Волчок!
Пса нигде не было. Вот паразит, сбежал!
Я оперлась на забор и принялась рассматривать соседский дом. Окна его горели приветливым желтым светом, и мне ужасно захотелось заглянуть в них и посмотреть, как живет та незнакомка, которую я видела утром. Наверное, у нее большая семья, муж, дети. Вон, санки у забора стоят, а рядом с ними футбольный мяч валяется.
Я представила, как все семейство собирается за круглым, покрытым разноцветной скатертью столом, как весело смеются малыши, как…
В этот момент, прервав мои мечты, к дому подъехала знакомая уже ярко-красная «Калина», и из нее вышла та самая девушка в короткой кожаной косухе и узких джинсах. Она исчезла за калиткой, а спустя пару минут большие железные ворота со скрипом разошлись в стороны, и соседка, нырнув в машину, заехала внутрь.
Любопытство заставило меня приподняться на цыпочки и вытянуть шею.
Я успела разглядеть очищенный от снега двор и красивый кованый фонарь, болтающийся над входом, а потом ворота закрылись, отрезая от меня и незнакомку, и жизнь соседского дома, и вскоре я услышала щелчок дверного замка и звонкий мальчишеский крик.
– Мам, ну наконец-то! Я уже заждался!
– Не стой на холоде, иди в дом, – донесся до меня негромкий мелодичный голос.
– Я тебя подожду.
– Никита, я кому сказала? Марш в сени! Я машину в гараж загоню и приду.
В ответ раздалось какое-то невнятное бормотание, грохнула дверь, и послышался звук мотора. А потом все стихло.
И мне стало грустно. Кусочек чужой жизни, мелькнувший всего на миг, заставил остро почувствовать свое одиночество.
– Волчок! – не желая грузиться ненужными мыслями, громко позвала я, но вредный пес и не думал отзываться.
Постояв для порядка еще пару минут, вернулась к дому, оставила миску в сенях и захлопнула за собой дверь.
* * *
…Кровь была повсюду. На полу, на стенах, даже на стеклах окон. На уцелевших стеклах. Большая часть осыпалась осколками, и сейчас хрустела под моими шагами.
Кровь казалась неестественно темной, и ее было так много, что я почувствовала, как к горлу подкатила тошнота. Рука взметнулась к губам, душа на корню зарождающийся крик. Нельзя. Нельзя шуметь. Нельзя плакать. Нельзя выдавать свое присутствие.
Я давилась слезами и осторожно ступала по скользким плитам, понимая, что сейчас увижу, и одновременно надеясь, что не увижу ничего из того, о чем кричала душа. Это все сон, кошмар, неправда… Этого не может быть на самом деле. Только не со мной. Только не с нами…
* * *
Ночью поднялся ветер, и в доме похолодало. Сквозило из всех щелей и даже из-под пола.
Я закуталась в одеяло и пыталась согреться. Тщетно. Хиленькое покрывало почти не давало тепла. Я вертелась, крутилась, искала удобное положение, но сон не шел. Крыся давно уже дрых на подушке, а мне не спалось. Мешали какие-то странные шорохи, стуки и звуки, раздающиеся под окном спальни. То ли завывания, то ли стоны. А может, и всхлипы. Похоже, местные привидения решили устроить для меня персональный концерт.
Я укрылась с головой и попробовала отвлечься. Скоро Новый год. Мандарины, конфеты, запах хвои… Надо бы елку найти. И какие-нибудь игрушки. И в магазин выбраться. А еще неплохо бы основательно проверить чердак, может, там чего интересное в старых коробках хранится? Кажется, в одной из них я даже посуду видела – что-то вроде красной керамики, нужно будет повнимательнее посмотреть, а то после Крысиного «набега» у меня только пара тарелок и одна кружка остались. А еще сарай во дворе есть, в него бы тоже заглянуть не мешало, вдруг что полезное обнаружу?
 
Под эти неторопливые размышления я и задремала.
Снилось что-то приятное, давно забытое. Теплые объятия, ласковые прикосновения, нежная истома…
Проснулась до рассвета, и, не открывая глаз, улыбнулась. Эх, если бы реальность могла подарить мне хоть малую часть ночных ощущений!
Я протянула руку, собираясь взять с тумбочки телефон, но вместо него нащупала густую шерсть, влажный нос, мохнатые уши…
– Волчок! А ты не обнаглел?
Бессовестный приблуда растянулся на моей постели и дрых без задних ног.
– Эй! Это моя кровать!
Я попыталась спихнуть беспардонного постояльца.
Тот дернул головой и придвинулся ближе. Разве что лапы на меня не закинул.
– М-да… И как это называется?
Желтый глаз открылся и посмотрел на меня с укором.
Казалось, пес недоумевает, чего мне не спится.
– Волчок, пошел отсюда! – не выдержала я. – Только кобелей мне в постели не хватало!
Во взгляде интервента мелькнуло удивление.
– Да-да! Убирайся!
Я попыталась столкнуть тяжелую тушу на пол, но сил не хватило. Волчок даже с места не сдвинулся.
– Ладно, не хочешь по-хорошему… Сейчас воды принесу и устрою тебе холодный душ!
Я завозилась, собираясь слезть с кровати, но Волчок лениво поднял лапу, уложил мне ее на талию и подгарнул к себе.
– Что за… Эй, отпусти меня! Немедленно!
От возмущения, я даже не сразу сообразила, что произошло. Волчок поднял морду, пристально посмотрел мне в глаза и вздохнул. Натурально вздохнул! В темно-желтых глазах мелькнуло какое-то странное выражение, и мне вдруг показалось, что я слышу усталый мужской голос: – «Ну что ты суетишься? Успокойся и ложись спать. Рано еще».
И я успокоилась. И легла. И провалилась в сон. И во сне мне снова было тепло и уютно, как в детстве.
 
Глава 3
 
Следующий день ознаменовался долгожданным денежным переводом. Бежин, для которого я сделала сайт, написала три статьи и придумала крутой рекламный слоган, не поскупился, накинул пару лишних тысяч, и я почувствовала себя богачкой. Причем, настолько, что решила разориться на елку и настоящий праздничный ужин.
– Крыся, сегодня у нас будет мясо, – торжественно объявила своему иждивенцу, отправляясь в поход по магазинам.
– Ма-у? – недоверчиво протянул кот.
– Правда-правда. Вот увидишь, – распахивая дверь, пообещала питомцу.
Крыся окинул меня задумчивым взглядом и лениво растянулся на табуретке. Маленький упрямец не разделял моего оптимизма, предпочитая верить не словам, а фактам. Мясному фаршу на тарелке, например. Или куриной голени.
– Зря я тебя Кристианом назвала. Фома подошло бы гораздо больше, – проворчала, выходя из дома.
На улице было по-прежнему безлюдно. Я покосилась на соседский дом, надеясь увидеть вчерашнюю незнакомку, но за самшитовой изгородью царила тишина. И даже санки куда-то исчезли, словно их и не было.
Я поправила сползающую на глаза шапку и бодро потопала по расчищенному тротуару к магазину, на ходу составляя список покупок и, между делом, раздумывая, куда подевались жители Лога. Какой-то заколдованный поселок – ни обычной предпраздничной суеты, ни зверей, ни людей. Ну, не считая мачо и Волчка.
Может, местные олигархи умотали на Мальдивы? Или куда там богатеи летают праздники отмечать? Точно. Чего им в деревне сидеть?
Впереди показалась светящаяся вывеска. «Супермаркет» – призывно алели крупные буквы, подмигивая мелкими разноцветными гирляндами. Что ж, надеюсь, цены тут не слишком отличаются от привычных.
Я оббила ноги от снега и поднялась по ступенькам.
 
Внутри было тепло, играла какая-то ненавязчивая музыка, за кассой скучала симпатичная блондинка с густо подведенными глазами и тонкими, ярко накрашенными губами. Заметив меня, женщина приободрилась и напевно поздоровалась:
– Доброе утро!
– Доброе, – кивнула в ответ, оглядывая длинные ряды полок.