Моя истинная
Именно в этот момент, словно по велению волшебной палочки, со мной сровнялся серый волк. Я сразу поняла – это оборотень, учуявший запах самки. Словно посланные мне для спасения! Не став убегать от него, я наоборот – остановилась. Он тоже замер.
«Как мне дать ему понять, чего я хочу?», – задумалась я. Затем, действуя на инстинктах, я выгнула шею в бок и подставила ему надплечье. Дальше все произошло быстро. Распахнув пасть, волк до одури сильно вонзил свои клыки мне под кожу. Я завизжала, завопила, забилась в агонии.
– Тише, спокойно… – минутой спустя серый волк превратился в молодого парня. Широко улыбаясь, он буквально светился изнутри. – Ты так великолепно пахнешь! Черт, как же мне повезло с такой самкой…
По телу волнами раскатывалась боль. В ушах битами отдавал пульс. Меня трясло в судорогах. Но я все же смогла разглядеть за спиной парня огромного чёрного волка с пугающе черными глазами. «Босфорт!», – сразу поняла я. Он был не просто зол, нет… Это было нечто большее. Гораздо большее.
****
Я никогда не напивалась, но представляла себе похмелье именно так… Пульсация в голове… Дикая, не поддающаяся контролю тошнота, ломота в теле… Все, даже самые тихие голоса, казались чересчур раздражающими и болезненными… Открыть глаза до боли тяжело, веки буквально не поднимаются… Полное нежелание жить…
Именно таким было мое недоброе утро.
– Александра… – мягкий женский голос раздался совсем рядом. – Госпожа Градская…
Я поморщилась и отвернулась. Но незваная гостья на этом не остановилась. Ее на удивление сильные руки начали трясти меня за плечи. Бойко и уверенно. Буквально силком стягивая с постели.
– Мне очень-очень жаль, – виновато шептала она, – но вам пора! Альфа и так отложил прю… Дольше тянуть он не станет!
Давая слабый отпор, я все же свалилась с кровати. Это ненадолго, но все это привело меня в чувство. Захныкав и потерев ушибленную голову, я приоткрыла один глаз. Шторы были плотно зашторены. Из света – одна крохотная свеча при входе.
– Мне нужно всего пять минуточек… – слабо умоляла я незнакомую служанку.
– Пять минуточек… – незнакомка добродушно усмехнулась. Затем обернулась к прикроватной тумбочке, взяв из тарелочки мокрую тряпочку. Воняющая уксусом, та вскоре оказалась у меня на лбу. – Александра, вы четвертый день так лежите!
Вытаращив глаза, я нервно засмеялась:
– Шутка неудачная, да и вообще…
И тут я зависла. Потому что чертовски сильно пыталась вспомнить последние события. Вот я бегу по лесу… Вот встречаю незнакомца… Он меня кусает… Проверила! Укус на месте.
А что дальше было? Не помню. Как отшибло.
– Простите… – обратилась я к горничной.
– Наташа, – помогла мне та с именем, поспешно застилая постель. Кстати говоря, комната была мне совершенно не знакома. Шикарный дорогой интерьер, все по последнему писку моды, но… Чужое.
– Что вообще происходит, Наташа? – миролюбиво спросила я, хотя сердце в груди бешено выпрыгивало.
Та только хотела слово вставить, но взглянула на дверь и передумала:
– Альфа вам сам все расскажет.
Я еще прекрасно помнила пугающе злой взгляд черного волка. Вздрогнув, я помотала головой. Видеть Босфорта совершенно не хотелось!
– Обрисуйте в общих чертах, пожалуйста… – я хотела было состроить жалобную гримасу, но потом вспомнила, что сама по себе выгляжу жалко: с повязкой на лбу, на полу, после четырёхдневного сна. – Мне не хорошо. Хочу получить хоть какие-то объяснения происходящему.
– Могу позвать ваших родителей, – предложила Наташа, раскладывая на моей постели белое платье в пол, ушитое красным бисером.
«Неужели свадьба с Босфортом? – испугалась я и попятилась. – Или с незнакомцем?».
– Мои родители мне не друзья. Они и про оборотней-то рассказали вымучено, когда я уже обратилась… – пожаловалась я.
Стоило только вспомнить, как родная мать продала меня в жены незнакомцу, как нахлынули слезы. Родные люди только и делали, что лгали и предавали. Даже Босфорт, кто бы мог подумать, обошелся со мной более человечно.
– Ладно, так уж и быть, – махнув рукой, Наташа присела на пол рядом со мной и прикусила губу. В ее глазах читался явный страх расстроить альфу и получить за это наказание. Она так торопливо рассказывала, что я едва успевала улавливать суть: – У нас была горничная Аманда. Говорят, альфе любила угождать во всех вопросах. Он ей доверял. А она вас отравить пыталась. За что и поплатилась, идиотка. Но вы не переживайте, это состояние пройдет… За месяц-другой.
– Отравить? – я несдержанно хихикнула. – Пиццей, тортиком и шампанским?
– Для оборотня это – зло. Будит внутри демона. А для того, кто ждет перового оборота – смерти подобно. Нельзя алкоголь, сладкое и фастфуд. Зашкаливает адреналин, мозг напрочь отшибает. Волк становится безумный, дикий, бесконтрольный. Ваш вот вырос до непривычных размеров. Чуть пол дома не разнес… А сила-то какая стала! Альфа с лучшими бегунами еле догнали, – призадумавшись, она засмотрелась куда-то в стену и покачала головой. – А могло ведь и разорвать, как Петьку, сына нашего конюха.
– П-ф-ф… – сжав виски, я никак не могла осмыслить сказанное девушкой. – Какой-то бред! Зачем Аманде меня травить? Скорее всего, девушка не специально. Тем более, она осталась со мной в камере, не убежала…
– Как «зачем травить»? Так ее место другая заняла, – Наташа многозначительно подмигнула. – А насчет второго… Пес ее знает! Может лично хотела убедиться, что ласты склеите после ее угощений. А может знала, что потеряете контроль над своим волком и причините ей вред. Она станет жертвой, а вы – врагом альфы. Только вот не срослось, слава богу. Наказали уже дуреху.
– Наказали? – я испугалась не на шутку, во рту пересохло, а руки задрожали. – Что с ней сделали?
– Это я не знаю, – пожала плечами Наташа. – Но и знать не хочу… Все, госпожа Градская. Прошу вас принять ванну, нарядиться и спуститься вниз. Вас там уже заждались.
Еще раз осмотрев платье, я поморщилась:
– Свадьба, да? Не хочу замуж…
– Не переживайте. Никакой свадьбы сегодня не будет, – Наташа по-матерински погладила меня по голове. Но не успела я расслабиться, как та снова ошарашила. – Еще ведь не определили, кто жених. Вот сегодня на пре вас и поделят.
Сидя на мягком ковре, я ощущала, как медленно проваливаюсь под землю от страха и предвкушения чего-то жуткого. Но все равно, преодолевая предчувствие, спокойно спросила:
– Что такое пря?
– Оборотни дерутся за суженную, – горничная подождала реакции, но ее не последовало. Мои глаза едва не выпали из орбит, от шока пропал дар речи. Та, видимо, неправильно поняла мою реакцию и подробно пояснила. – Смотрите, Александра, наш альфа заявил при верхушке совета о намеренье сделать вас своей?
Вспомнив, как я ворвалась в гостиную, где заседали странные друзья отца, я поморщилась, но кивнула. Стало жутко от мысли, что они тогда могли со мной сделать…
– З-заявил… – нехотя пришлось признать. – И что?
– А то, что все вокруг знают, что вы принадлежите альфе, – вытянув палец вверх, та глубокомысленно извлекла. – Альфе перечить нельзя. А если кто-то смеет это делать, то зачем нам альфа-тюфяк, который не может свое отстоять?
– Не понимаю ничего… – стянув полотенце со лба, я опустила голову и тяжело задышала.
– Все просто. Укус вам поставил молодой оборотень Федька… Он, конечно, про договоренности не знал… Но, как говорится, незнание законов не освобождает от ответственности! – Наташа поднялась на ноги и отправилась к широкому туалетному столику. Там она намеренно демонстративно разложила косметику и расчески. Намекая поторопиться. – Мужчины должны теперь сразиться. Отстоять свою и вашу честь. Сильнейший получит добычу и признание.
– А, – я напряженно сглотнула, – слабейший?
Сердце в груди забилось с утроенной силой. В груди все еще жила детская вера в лучший исход событий.
– Ничего, – горничная пожала плечами.
– То есть, – на вдохе произнесла я, стараясь не выдавать волнения, – смерть?