Зеркало силы (СИ)

Хозяин заведения сначала не обрадовался моей компании, но после нескольких крупных купюр резко подобрел. Принес воды, полотенца и даже аптечку. Пообещал отправить к «брату» за лучшими кебабами на острове. И сварил мне ещё своего невероятного кофе.
Мальчишка сам занялся своими ранами. По уверенным движениям было видно, что не в первый раз. Мне его самостоятельность пришлась по душе. На жалость не давит, грустные истории не рассказывает. Но и от еды не отказался, гордость не ставит выше нормальных желаний.
— А ты значит, при посольстве служишь? — спросил я, когда Гордей закончил приводить себя в порядок.
— Прислуживаю уж скорее. При кухне поди-принеси. За еду и батрачу, — сообщил он совершенно равнодушно.
Я нахмурился на такую эксплуатацию детского труда, а пацан это неверно истолковал:
— Но там иногда вкусное перепадает, так что мне хорошо. Вот на неделе половину липисина дали!
— Апельсина, — машинально поправил я. — А спишь где?
— Угол у меня есть, — с гордостью сказал он. — В кладовке при кухне, там даже матрас есть, хороший. На нём кто-то из посольских преставился, ну так то давно было и я его хорошо проветрил на берегу.
У меня брови на лоб полезли от такой непосредственности. Ничуть не играл, мальчишка к подобным вещам на самом деле относился спокойно. И правда считал, что хорошо живёт.
— Приютский? — догадался я.
Кто ещё так будет радоваться подобным условиям.
— Да, Васильевский я. Ну и Васильевич тоже, — пацан заерзал на высоком стуле, его ноги не доставали до земли. — А вы, наверное, барон?
— Граф, — я сделал знак сварить ещё кофе.
— Ух ты, здорово, — искренне обрадовался Гордей. — Я когда маленький был, мечтал, что бастард и скоро меня батька заберет. Ошибка типа случилась. Да все в приюте об этом мечтали. Пока не выросли.
В сердце как-то кольнуло. Зря я столько кофе выпил, видимо…
Пацан болтал ногами и присматривал за котятами, совсем по-детски им улыбаясь. Его безмятежное лицо сильно контрастировало с только что сказанным.
— А чем ты конкретно на кухне занимаешься?
— Так всем, что прикажут. Не смотрите, что я мелкий, я сильный! Бочки катать могу, тяжести таскать, прибирать, мыть, картоху чистить ну и всякое такое. Я не дармоед какой-нить, еду честно заслуживаю.
Так, всё. Похоже, Прохор вместе с котами получит и пацаненка. Если его хорошенько отмыть, приодеть и откромить, то приличный мальчишка получится. Будет кого старикам опекать. Самое то для ребенка, от меня хоть часть внимания уйдёт.
Но спасать того, кто этого не желает — гиблое дело. Поэтому я поинтересовался:
— Подработать хочешь, Гордей Васильевич?
— Смотря что делать нужно, — неожиданно не согласился сразу пацан и насупился: — Воровать не стану.
Ну, с этим я и сам справлюсь и уж точно детей вмешивать не стану. А вот получить некую внутреннюю информацию из посольства вполне можно. Так, чтобы они при этом не рисковал.
Но сразу такое предлагать нельзя. Мальчишка и без того пуганный и никому не верит. Не согласится. Впрочем, я в любом случае помогу ему.
— Воровать не надо. И вообще закон нарушать, — я умолк, потому что принесли еду.
Гордей налетел на пышущие жаром сочные кебабы, как те чайки на берегу бросались на рыбу. Ел быстро, словно боялся что отберут.
Мимо нас прошел упитанный купец в расшитом золотом камзоле и брезгливо прикрыл нос шелковым платок. Гордей вжал голову в плечи, а я нехорошо прищурился на торговца. Тот отвел глаза и ускорился, скрываясь на базаре.
— Здорово вы это умеете, — улыбнулся мальчишка, выпрямляясь. — Зыркать так. Это магия?
— Это опыт, — ответил я. — Не всегда нужна магия, чтобы поставить человека на место.
— Но с ней-то лучше, — вздохнул Гордей.
— С ней лучше, — не стал спорить я.
Пацан взял салфетку и тщательно вытер лицо. Это выглядело немного забавно, но при этом вызывало уважение. Мальчишка хотя бы старался, копируя манеры окружающих. Отправить в приходскую школу — с такой любознательностью из него выйдет толк.
Я вдруг понял, что уже начал планировать его будущее. И удивился. Я конечно не зверь бесчувственный, но и внезапная сентиментальность не в моих правилах.
 
Присмотрелся к Гордею внимательнее, нащупывая его дар.
И чуть не подавился водой, глоток которой как раз сделал. Я раскашлялся, мальчишка спрыгнул со стула и подбежал ко мне. Заколотил маленьким кулаком по спине, встревоженно заглядывая в глаза:
— Вы в порядке, Александр Лукич?
Да какое там. Впору поверить в Прядущих — старые сказки по магов, сплетающих судьбы и направляющих события. Два совпадения в одном месте, в одно время и с одним и тем же пацаном?
Возле меня суетился одарённый. Источник его был пока совсем слабым, едва заметным. Еле теплился, но однозначно можно было сказать, что за сила пробудится когда-нибудь в приютском парнишке.
Артефактор.
  
Глава 13
 
Дар артефакторики был редок. Не настолько, чтобы за каждым артефактором гонялись, но встречалась эта сила в большинстве случаев как родовая. Как у Вознесенских — поколения рождались с этим даром. Не все, но многие.
Прочая сила не была такой избирательной, например, у стихийника мог родиться как менталист, так и пустой. Маловероятно, но мог. Умудренные жизнью и множеством данных ученые думали, что таков баланс мира.
Так что было похоже, что мечты Гордея о воображаемом высокородном отце не были далеки от истины. Хотя и необязательно.
Но чёрт с ним! Передо мной шмыгал разбитым носом будущий артефактор.
Я напился воды и немного отошел от удивления.
Как проявится дар и насколько сильно, предугадать никто не мог. Источник магии не поддавался расчётам и прогнозам. Пацан мог стать как высокоранговым магом, так и остаться на начальном уровне, не преуспев.
Всё, что мог сделать я — дать возможность.
Как дали мне в своё время. Я был как раз исключением: артефактор родился в семье потомственных анималистов. Правда потерял я всех так рано, что почти ничего не помнил об этом.
В отличие от Гордея, я рос в заботе и достатке. И лишился всего в один момент, когда царевна София решила взойти на престол.
Я потряс головой, отгоняя воспоминания, загнанные в самые дальние уголки памяти. Мальчишка всколыхнул их, сам того не зная и не желая.
— Так а что за подработка? — хитро улыбнулся он, удостоверившись, что я в порядке.
— По твоей части, на кухне помогать, — ответил я. — Поручения разные выполнять. Например, доставить бумаги или забрать заказ из лавки. У меня работы много, так что мне толковые помощники пригодятся.
— Какая ж работа у графа? — изумился пацан.
— Я не просто граф, я артефактор. Слышал от таких магах?
— Ух ты! — опять восхитился Гордей. — Это которые вещи всякие зачаровывают? Чтоб они сами по себе магичили?
В общем-то, принцип он понимал правильно. Остальное уже дело терминологии. Не ошибся я в нём — и правда любознательный. Я кивнул, улыбаясь.
Вспомнил, как во мне проснулся дар. Мне тогда безумно захотелось оживить тряпичную куклу девчонки из семьи, которая меня приютила. Чтобы та рассказывала на ночь добрые сказки и девочка перестала бояться каждого шороха.
И я это сделал, но так неумело, что кукла получилась жутковатой. Тем не менее Олеся её обожала и не расставалась с ней ни на минуту…
— Я тоже так хочу, — вдруг уверенно заявил Гордей, расправив плечи.
— И что бы ты сделал, если смог? — мне стало любопытно, как он воспользуется силой.
— Защитил слабых, — пацан бросил быстрый взгляд на притихших котят.
— А себя? Знаешь, ведь при помощи артефактов можно стать сильнее, — я поднял с земли камень и, воспользовавшись возможностями перстня, раскрошил его в пыль.
Демонстрация на мальчишку произвела сильное впечатление. Он округлил глаза и на миг неверяще застыл, глядя на горстку песка, оставшуюся от булыжника.
— А себя и сам могу защитить, — наконец упрямо произнёс он, потирая разбитые костяшки рук. — На магию одну надеяться глупо!