Зажигая звезды: Небесные Врата (СИ)

— А, так вот те, кто украл все мои деньги! — ответил я вместо обнимашек.
— Боже, Лизонька, какие деньги? — запричитала мать. — Мы же думали, что ты мертва! Ну как мы могли украсть что-то у покойника? Мы просто воспользовались наследством! И мы страшно благодарны тебе за него!
— Дочка, ты чего такая нелюдимая? Это же мы, твои мама с папой! А деньги? Так мы же семья! Кто в семье деньги считает? Ха-ха-ха! — папаша подошел и попытался обнять меня, но я выскользнул из его щупалец.
— Держи свои руки при себе, «папуля». — теперь я скривился вполне открыто. — И это были мои деньги, а не какой-то там «семьи». Семьи у меня нет, вы оба лишены родительских прав!
— Что ты такое говоришь⁈ Какие права? В тебе течёт наша кровь! Именно это называется семьёй! — возмутились «родители». — Посмотри на Коленьку! Это твой брат, твой родной брат! Мы потратили деньги на него! Разве можно жалеть что-то для своей родной крови⁈
— Заткнулись! — я добавил в голос силы, и «родители» быстро закрыли рты. — Я говорю первый и последний раз. Забудьте, что у вас была когда-то дочь. У вас её больше нет. Не забудете — я сделаю так, чтоб весь мир забыл, что вы когда-то существовали. Ясно? А, да. Деньги придётся вернуть! Даю на это год!
— Ах ты сучка! — прошипел папаша. — Мало я тебя в детстве бил! Надо было больше, чтоб вбить почтение к старшим!
Он шагнул ко мне и замахнулся рукой, намереваясь дать пощёчину, но я же не христианин какой — я вмазал ему первым, сломав челюсть и выбив парочку зубов. «Отец» замычал от боли, согнулся и стал выплёвывать кровь и осколки зубов. Мамаша кинулась к нему, а «брат» отступил, испуганно побледнев.
— Как ты можешь так делать! — заголосила мамашка. — Тварь неблагодарная! Мы тебя растили-растил…
— Захлопнись. Или и тебе прилетит.
Она замолчала, яростно сопя.
— Лиза, кто это? — из ателье вышла Таня и подошла ко мне.
— Никто. И пусть не забывают, что они — никто. Пошли, Таня, тут всё закончено.
Развернувшись, я направился к таниной машине. Эх, наверное, можно всё это было сделать мягче, решить всё полюбовно, так сказать. Но я не хотел — эти уроды издевались над маленькой Лизой, а теперь блеют, какими хорошими родителями они были. Разве что брата жалко, надо бы его вытянуть из того болота, где он находится, но… Но это будет как признание, что я всё же часть это семьи. А, да пошло оно всё! Надеюсь, я больше никогда их не увижу. Или они об этом пожалеют!
  
Глава 12
 
— Мне что — правда надо будет надеть… вот это? — я с сомнением смотрел на себя в зеркале.
А сомневаться было в чём! Я не особо следил за созданием платья, отдав это всё на откуп Тане и портным, но вот сегодня пришла пора окончательной примерки, и я немного офигел. Платье было странноватым. Полностью закрытые грудь и живот, воротник, или как это назвать, охватывающий шею до половины. Но при этом спина полностью обнаженная! Причём так глубоко, что были видны даже ямочки на крестце. Нижняя часть платья была косая — справа заканчивалась на середине бедра, уходя вниз к левой стороне, и там оканчивалось чуть ниже колена острым лоскутом, открывая ноги почти полностью. В общем, платье больше напоминало купальник, чем платье. По крайней мере, в моём представлении об одёжке для приёма.
— Конечно, госпожа! — заверила меня портниха. — В этом платье вы будете блистать!
— Лиза, ты что, не смотрела видео с приёмов⁈ — удивилась Таня.
— Нет.
— Ааааа, ну да. — подруга кивнула и нахмурилась, потом сразу просияла. — Я тебе покажу записи оттуда! Уверяю тебя, ты сама поймёшь, что это отличное платье!
— Ну да. А это, трусы к нему положены? А то оно такое открытое сзади…
— Только если вы хотите испортить всю композицию! — показалось, что портниха даже слегка обиделась.
Прекрасно! Надо сделать себе заметку — в этой жути не нагибаться, только приседать! И со сжатыми коленками!
Второй шок был, когда я забрал платье и стал его оплачивать. Полтора миллиона рублей! Полтора миллиона! За клочок ткани в метр площадью! Да это грабёж!
 
— Не понимаю, чем вы недовольны, маркиза. — осталась абсолютно непоколебимой портниха. Глаза у неё загорались, только когда она говорила о тканях и одежде. Вот и сейчас они вспыхнули. — Это же чёрный китайский шелк! Ведьмаки Империи Цинь специально вывели шелкопрядов, которые дают чёрную бархатную нить! Вы только попробуйте, какая прекрасная ткань! А как её трудно обработать! Но зато и полученный результат — изумительный!
— Но его же потом даже не продашь!
— Это просто кощунство — продавать такую красоту! Вы вообще женщина, раз говорите такие глупости⁈ — возмущённо посмотрела на меня портниха.
— Извините, Наталья Борисовна, она просто диковатая у нас. Но как только поносит — сразу поймёт, почему ваше платье невероятное! — стала оттаскивать меня за руку Таня, улыбаясь дамочке с иголками. — А ты молчи! Не позорь меня! В ателье же не только мы!
Вытащив меня из этой обдираловки, запихнула в машину и отвезла домой. На все мои вопросы она только отмахивалась, говоря, что дома всё покажет. Ну ладно.
Там она, и правда, включила домашний кинотеатр, нашла в сети видео с прошлого приёма и включила его.
— Смотри! Это то, что было в прошлом году. В другие годы всё то же самое. Понимаешь теперь?
Ну да. С каждой секундой всё становилось всё яснее. Я смотрел и не до конца мог разобраться, приём это или смотр проституток. Все, кто был хоть сколько-то молод, щеголяли в мини-платьях, которые, казалось, были ещё меньше, чем моё. Яркий макияж, картинные позы, эротичные открывания ротиков, томные позы. Но это всё у дам. Юноши лет до двадцати пяти старались одеваться в военные наряды, даже с какими-то медальками на груди и погонами. Непонятно, правда, где они успели их заполучить, в конце концов, вряд ли детей аристократов забривали в армию в пятнадцать, как меня. Но мундиры не мешали парням пускать слюни на полуголых дамочек.
К слову, там были не только такие. Немало было гостей и среднего возраста, и старшего. И если по внешности аристократов и аристократов не сразу будет ясно, сколько же им лет, всё же Одарённые стареют медленнее, то вот по одежде они различались вполне ясно. Чем старше — тем более закрытой была одежда. Средневозрастные гости уже были в нормальных платьях и костюмах, а старшее поколение так вообще, будто в пику молодым, закрывало всё, что можно, могло даже в шляпках ходить в бальном зале. Уж в перчатках так поголовно.
— Это вообще приём? — я ткнул пальцем в девицу, что наклонилась поправить ремешок босоножки и продемонстрировала всем голый зад со всеми подробностями. Ну, наверное со всеми, потому что на видео они были заретушированы.
— Он же неофициальный!
— А какая разница?
— Такие даты официально празднуются только у императорской четы, а Александр Фёдорович пока только кронпринц, не император. На неофициальные приёмы можно приходить в свободной одежде! Это как… вечеринка, где одни друзья, скажем так.
— Но там же полно и стариков и вообще.
— Ну да. Пусть даже кронпринц ещё не правит, но скоро будет. Попасть на такой приём — желанное для многих событие. Можно показать свою лояльность кронпринцу и всё такое. А если тебя пригласили, но ты не пришла — понятно, что с Александром Фёдоровичем отношения испортятся.
— Угу. Значит, даже если там будут голышом бегать, то всё равно даже старики появятся.
— Вот-вот! А если уж ты молода, то такой приём — лучшее место, чтоб показать себя!
— И свой зад…
— Пф, не будь ханжой! Зад — такая же часть тебя, как и лицо! Нет ничего зазорного, чтоб его показывать!
— Ладно, возможно, ты и права…
— Я всегда права. Слушайся меня — и будешь в шоколаде!
Вечером тридцать первого июля я отправился к резиденции Александра Фёдоровича Романова. Своим ходом, конечно, хоть Таня и возражала — мол, не солидно приходить на своих двоих, нужна шикарная машина, чтоб соответствовала. Но я отмахнулся — пока что нечему соответствовать, так что прилететь будет лучше всего.