Драконья нежность (СИ)
— Танюшка! — она кинулась ко мне, не обращая внимания на распахнутую настежь дверь, и слезы потекли по ее щекам — Мы уже опасались, что ты не очнешься!
Подлетев к кровати, сестра буквально запрыгнула ко мне на колени и, обняв, практически лишила меня воздуха. Я полупридушенно зашипела.
— Сколько я была без сознания? — с трудом просипела я самый волнующий меня вопрос.
— Неделю… Ты представляешь, как ты нас напугала! — продолжала всхлипывать Марго.
— Не представляю! — сдавленно прошептала я.
Марго всхлипывая, вновь прижалась ко мне и этим практически вдавила меня в кровать.
— Я, конечно, все понимаю, но неужели ты так долго ждала моего пробуждения, чтобы собственноручно меня придушить? — я попробовала пошутить.
Марго испуганно вскочила и захлопала глазами.
— Прости, родная, просто я так испугалась и сейчас безумно рада, что ты очнулась! Эмоции через край! Побегу, Валентина обрадую!
— Постой! — прокаркала пересохшим горлом — Пить!
Марго, резко развернувшись от двери, ринулась к небольшому столику, стоящему у противоположной стены от окна, на котором я не заметила графина с водой. Сестра протянула мне стакан воды.
— Только пей небольшими глотками. Да и нельзя тебе много.
— Кто такой Валентин? — нахмурилась я, делая первый, такой желанный глоток живительной влаги.
— Солнце мое, это тот хирург, который штопал тебя, а последующие сутки не отходил от твоей койки в палате интенсивной терапии! У тебя была слишком большая кровопотеря, да еще и внутреннее кровотечение… Он два раза выводил тебя из состояния клинической смерти.
Я слушала этот поток информации с открытым ртом. В то время Марго продолжала тараторить и сняла с меня капельницу:
— Катя боялась заснуть и пропустить твое пробуждение, еле смогли уложить поспать, да и то обманом в чай снотворного подмешали. Сергей приходил каждый день, чтобы рассказать, как продвигается процесс, но ты не приходила в себя. Между тем все ребята из отдела просили передавать тебе привет и скорейшего выздоровления. Я взяла все дежурства на себя на эти дни, чтобы всегда быть рядом с тобой. Кстати Валентин, тоже не уходил. Твоего бывшего посадили, а вот того, кто тебя купил, не смогли. Он иностранный гражданин, под юрисдикцию обычных оперативников не подпадает. Как только запахло жаренным, он уехал к себе в Италию. Но ребята все-таки напакостили ему напоследок — хихикнула Марго.
Я, пытаясь переварить такой объем информации, потерла пальцами виски, которые начинало ломить.
— Что натворили, твои чудо оперативники?
— Они в аэропорту сняли с борта весь его багаж, а он, кстати, был очень даже не маленький. Как выяснилось позже, этот бизнесмен пытался вывезти из страны очень приличную сумму наличных, видно в спешке собирался и не успел на заграничные счета перевести. Так же там обнаружена пара килограмм золотых и платиновых украшений. В общем, не плохая компенсация тебя ждет, когда встанешь на ноги.
— Вы тут таких дел наворотили, что я даже не знаю плакать мне или смеяться…
Катерина тихонько зашевелилась, и мы с Марго замолчали, но видно снотворное хорошо действовало, и дочка снова затихла. Сестра подошла и поправила съехавший плед и убрала золотистый локон с лица племянницы. Затем она вернулась к моей кровати и присела на ее край.
— И еще… — продолжила она мое информирование, о произошедших событиях, в период моего беспамятства — Тебя и Катюхи теперь нет в живых… По официальной версии ты умерла от кровопотери после изнасилования, а дочка, узнав о случившемся, убежала из дома в порыве отчаяния и попала под машину на улице Казанской. Спасти ее не удалось.
Я, молча, переваривала услышанное. Ребята молодцы. Все просчитали и провернули самым наилучшим образом. Только как мне теперь быть с документами? Где искать работу? Хотя если вспомнить о «компенсации», то с работой можно повременить, да и с документами проблем не будет. Сильный порыв ветра взметнул голубые шторы и этим вывел меня из задумчивости.
— Сестричка, у меня столько вопросов, что я даже не знаю с какого начать — произнесла я, глядя в такие родные карие глаза, в которых плескалось целое море чувств.
— А ты начни с того, который первый просится, даже если он самый глупый — рассмеялась Марго.
— Где нам теперь жить?
— Ты еще слишком слаба, так что ближайшие неделю — две, этот вопрос пусть тебя не волнует — сказала Марго и тут же хлопнула себя ладонью по лбу — Вот я старая клюшка! Я же про Валентина забыла!
Сестру словно ветром снесло с кровати и утащило в коридор, следом захлопнулась дверь, которая все это время была открыта. Покачав головой, я хотела устроиться поудобнее на кровати, но почувствовала, что мой организм явно заработал и требует удовлетворить естественные надобности. Предположив, что вторая дверь, находящаяся рядом с окном, ведет в санузел, я села на кровати и опустила ноги на пол. Легкое головокружение подтвердило слова сестры о том, что я слишком слаба. Однако организм уже вопил о своих потребностях. Придерживаясь за спинку кровати, я встала. Ноги, отвыкшие от нагрузки, предательски подогнулись, комната стремительно качнулась, и я с испуганным «ох» устремилась навстречу паркетному полу. От ожидания неминуемого удара я зажмурила глаза, но ничего не произошло, даже наоборот меня окутало какое-то сильное и надежное тепло. Я приоткрыла один глаз, а потом уже в оба удивленно уставилась на испуганное лицо очень красивого мужчины с потрясающими зелеными глазами.
— Кажется, познакомились — произнес насмешливый голос сестры за спиной у незнакомца.
Мужчина поднял меня на руки с такой легкостью, словно я была пушинкой, хотя никогда не отличалась стройностью, и вопросительно приподнял бровь. Я почувствовала, что короткая сорочка не прикрывает ягодицы, и на них лежит большая мужская ладонь. Боже, стыд то какой! А еще какое-то странное чувство появилось в груди, такое тянущее и не совсем приятное, но распознать его я не могла.
— Эм… Я это…
— Очень содержательное объяснение — усмехнулся он обаятельной улыбкой и мое сердце предательски забилось.
— Валентин, я так понимаю, наша несостоявшаяся путешественница направлялась в туалет — выручила меня сестра, но при ее словах я стремительно покраснела как рак.
— Вам же нельзя вставать — тихо сказал хирург, теперь-то я поняла кто это. — Разве Маргарита вам не сказала?
— Может и сказала, но она мне столько всего наговорила за эти полчаса, что я могла что-нибудь упустить — покаянно произнесла я.
— Понятно. Я отнесу вас в туалет…
— Нет, что вы! Я сама! — забилась я в его руках, но кто бы со мной думал спорить?
Валентин и бровью не повел на мои жалкие потуги, крепко, но бережно прижимая меня к себе, толкнул ногой дверь туалета и вошел в просторное помещение. Надо отдать должное, клиника была шикарная. Санузел был весь выложен разноцветной мозаикой, такую красоту и в домах редко встретишь. Мужчина подошел к унитазу и крикнул сестру. Потом бережно опустил меня на пол.
— Маргарита, помоги сестре, а потом крикнешь меня, я отнесу ее обратно в кровать. И пока я не проведу осмотр, купание запрещено.
Марго понятливо кивнула головой и, подождав пока Валентин, скроется за дверью, помогла мне опуститься на унитаз.
— Марго, я так не смогу. Он что меня каждый раз будет в туалет носить? У меня от смущения даже все надобности отпали.
— Описалась что ли? — хихикнула сестра.
— Нет, просто передумала, резко — усмехнулась я, хотя было совсем не до смеха.
Сделав все свои дела и умывшись под краном, я почувствовала себя лучше.
— Я не понимаю, чего ты стесняешься? — спросила Марго — Он же тебя сутки зашивал и видел во всех подробностях…
От этих ее слов краска снова прилила к моему лицу, и я пристыжено застонала. В тот же момент в туалет ворвался зеленоглазый вихрь, очевидно услышав мой стон.
— Что болит? В каком месте?
Я с испуга только хлопала глазами и не могла понять, о чем он спрашивает. А за моей спиной тихо, давясь смехом, съезжала по стенке моя сестра. Теплые руки хирурга быстро прошлись по моему телу и не найдя никаких ран и увечий, остановились на моей талии. И вот тут я ясно ощутила страх, липкий, безотчетный, он просто пригвоздил меня к месту, не позволяя двигаться. Картины той ужасной ночи замелькали с невероятной скоростью. Думаю, что я побледнела, потому что Валентин настороженно посмотрел на меня.