Иномирная невеста дракона (СИ)

— Не двигайтесь, — попросила я и осторожно двинулась вперёд. — Сначала я.
Но дети не послушались. Не отставая ни на шаг, они последовали за мной, и мы вместе приблизились к небольшой скале с плоской вершиной. Издалека казалась, что это лишь возвышение, но теперь стало понятно — забраться наверх будет непросто.
— И снова я предлагаю свою помощь, — Эля улыбнулась мне. — Если хочешь, я даже тебя подниму.
— У меня другая идея, — покачала головой и, глянув вверх, прокричала: — Эй, вы! Нам нужна помощь!
— Не очень-то вежливо, — заметил Матвей.
— Зато действенно, — я показала на фигуру, плавно опускающуюся к нам. — Похоже на твою магию, Эля.
— Ага, — она поспешно спряталась за меня.
Остальные попытались последовать её примеру, и в итоге и я едва могла стоять, потому что дети дергали меня за руки, за ноги, за подол. Ещё и паучок забрался по одежде и замер на лацкане, будто брошь.
Фигура замерла напротив меня, и я смогла рассмотреть её ближе.
Тот самый мерцающий неон, заполняющий человеческие очертания, и ни черт, ни одежды, ничего. Будто солнечное божество, только не такое огромное и другого оттенка.
— Вы небесный дракон, верно? — спросила напрямик.
И фигура мгновенно приняла иной облик, преобразившись в небольшого юркого дракона, который метнулся вверх, облетел пещеру и снова замер передо мной.
— Извините за вторжение, — я решила поклониться. Если Метэстель подобие солнечного божества, то наверняка так же прекрасно говорит. — Мы с детьми случайно попали сюда. Не хотели нарушить ваш покой…
Голос изменил мне и жалостливо дрогнул:
— Не подскажете, как нам выбраться?
Дракон снова принял человеческие очертания и потянулся ко мне. Признаться, хотелось отпрянуть, убежать, лишь бы избежать прикосновения, но я не двинулась с места. Со мной дети, и я должна их защищать.
Когда небесный дракон коснулся меня, кожей ощутила лишь лёгкую приятную прохладу.
Метэстель перевернул мою руку запястьем вверх и провёл светящимися пальцами по изображению ключа. Я подумала, что, возможно, ошиблась и небесный дракон не может говорить. Кивнула:
— С его помощью я могу перемещаться, но не здесь. Ключ будто перестал работать. Возможно, дело в этом странном месте.
Метэстель продолжал удерживать меня, и я ощутила пристальный взгляд, от которого волоски приподнялись на руках.
— Кто ты? — раздался глубокий проникновенный голос.
Всё же небесный дракон может говорить. Я поторопилась представиться:
— Меня зовут Дана. Я из другого мира, а здесь меня называют…
Свет вдруг начал стремительно таять и, пока я говорила, исчез совсем. Я растерянно закончила:
— … Небесной девой.
Передо мной стоял человек, которого я никогда не встречала, но совершенно точно знала. Его фото были в нашем семейном альбоме, а рассказы отца навсегда поселились в моей памяти. Человек, перед которым открывались любые двери. Мой дедушка.
— Быть не может, — зажмурившись, помотала головой, а потом снова посмотрела на мужчину, который внимательно изучал меня. — Ты же умер! Или я?.. Мы что, в раю?
Кажется, после этих слов я потеряла сознание, потому что, открыв глаза, поняла, что лежу на чём-то удобном, мягком и тёплом. Приподнявшись, изумлённо потрогала камень, а сидящая радом Полина весело заявила:
— Прикольно, да? Удобные камни. Кто бы мог подумать!
Вскочив, она добежала до треугольного камня, с пыхтением принесла его и, усевшись, погладила двумя руками, будто щенка. А потом протянула мне:
— Подушка!
Я осторожно прилегла и поняла, что камень действительно был упругим и отлично поддерживал голову, при этом не был жёстким и холодным. Полина гордо заявила:
— Моя магия! Тот дядя сказал. А Матвей видит даже сквозь магические заслоны и щиты.
— Дядя? — удивлённо повторила я и снова села, мгновенно вспоминая всё, что произошло. — Мой дедушка!
Сверху спикировал дракон и полыхнул синим, а в следующее мгновение рядом сидел мужчина. Он смотрел на меня, чуть прищурившись, будто перед ним находился фокусник или шулер. Я с чувством добавила:
 
— Да! Я видела фотографии. И папа описывал мне тебя именно так. Думала, что ты умер ещё до моего рождения. Так ты попал в этот мир и стал небесным драконом?
Всё сходилось, ведь Фэнрис тоже попаданка. Она получила вторую ипостась и могла обращаться в дракона. Возможно, с дедушкой произошло нечто подобное. И мне не терпелось услышать его историю.
 Глава 47 
В пещере было тихо-тихо. Дети сидели и, затаив дыхание, слушали моего дедушку.
— Когда я был человеком, то жил в другом мире, — рассказывал тот. — У меня был сын. Он просил меня стать честным человеком, но я лишь смеялся, потому что не верил, что честность может нас с ним прокормить.
Я вспомнила папу и мой торопливый звонок ему. Стало грустно, на глаза набежали слёзы, а дедушка продолжал:
— Однажды, за дверью, которую я вскрыл, не отказалось ни золота, ни ценных бумаг. Там была чёрная живая пустота. Она притянула меня к себе, и так я оказался здесь.
Он поднял руку и повёл ей, показывая пещеру. А потом, продолжая движение, продемонстрировал мне знак ключа, переливающийся серебром на его запястье.
— Увидел это. А потом услышал голос. Кто-то звал меня вон оттуда.
Поднял голову, и я тоже посмотрела на возвышение, откуда дедушка спустился.
— Когда я, наконец, забрался, увидел едва живого старика. Он потянулся ко мне, но, когда я коснулся его, то растаял без следа. А я в следующий миг превратился в дракона.
Я смотрела на мужчину, которого, казалось, не тронуло время, во все глаза.
— Так ты стал Мэтестелем?
— О божествах этого мира я узнал позже, — горько скривился он. — В эту пещеру мало кто может войти, но иногда оно приходит к входу.
— Оно? — непонимающе повторила я и тут же подскочила: — Солнечное божество⁈
Дедушка кивнул.
— Он послал меня убить тебя, — выпалила, схватив его за руку. Мол, смерть небесного и подземного драконов спасёт этот мир и всех его обитателей.
Он расхохотался так задорно, что напомнил папу. Когда я ещё была ребёнком, он заливался таким же смехом, заражая и меня. С улыбкой подытожила:
— Ты совершенно точно мой дедушка.
Тот вытер выступившие слёзы и осторожно высвободился:
— Зови меня Мжтестель, небесная дева. Всё, что происходило, когда я был человеком, осталось лишь в неясных воспоминаниях.
Я прикусила нижнюю губу, не желая себе такой же участи. Я хотела помнить любимых и быть с ними как можно дольше. Проблема была в том, что оба находились в разных мирах.
А небесный дракон продолжал:
— Солнечное божество хочет убить меня с помощью женщины и маленьких детей? Я действительно только что едва не умер от смеха! Какое жалкое существо!
— Жалкое? — встрепенулась я. — Разве не могущественное?
Мэтестрель прищурился:
— Почему ты так решила?
— Оно большое, — сообщила я. — Страшное и светится. А ещё в легенде говорится, что ему раньше поклонялись.
— Вот именно, — небесный дракон поднял палец. — Раньше! Этот божок до сих пор жив лишь благодаря кучке последователей. Не будь их, и он растает без следа. Разумеется, оно желает вернуть себе могущество! Чего только не предпринимало, чтобы убить хранителей этого мира, но всё напрасно.
— Хранителей?
— Меня и Драргура, — пояснил тот и коротко усмехнулся. — Но от нас не так просто избавиться. Помимо божественной сути, в нас есть драконья и человеческая. У каждой ипостаси есть сильные и слабые стороны, но одно несомненно. Мы непобедимы!
Я пристально всмотрелась в лицо сидящего передо мной человека, и поняла, что человеческая ипостась скорее самая слабая. Но без неё Мэтестель не мог жить, поэтому призвал моего дедушку, когда часть его умирала.
Возможно, я была не права, и это лишь додумала. Мне было грустно думать, что мой папа лишился отца и похоронил, не зная, что именно с тем произошло. Ужасно допустить мысль, что так же будет и со мной.