Страж Хребта Миров (СИ)
- Раньше, людей просто гнали на работы, облагали огромными налогами, а мужчин забирали на войну с Тер-ли-Осаном. - Рассказывала дочь библиотекаря.- А в последние года два... Приходит отряд в деревню, собирают всех и гонят. А деревню поджигают с четырёх концов. Сгоняют с земли без возможности, что кто-то там когда-то вновь поселится. Женщин, детей, подростков, стариков, калек отделяют в одну сторону, мужчин в другую. Наша дорога окончилась здесь. Сколько ещё таких пирамид строится неизвестно. Что происходит с мужчинами тоже. Но гонят куда больше народу, чем было здесь.
- Я пойду на встречу новым пленникам. Может сами эти димарийцы знают больше, чем все остальные, - решил я, крепко задумавшись. - Здесь есть другая дорога?
- Нет, от развилки в двух днях пути в эту сторону только одна дорога, бывший большой Озёрный тракт. - Заверил меня Ларимэль.
Я ушёл в ночь, мне не нужен был свет. Стражи никогда не собьются, пока чувствуют Путь. Я шёл, давая ярости время остыть и превратиться в холодный расчёт. А ещё мне не давала покоя мысль, что в происходящем есть и доля моей вины. Я не вникал в дела миров, считая, что защищаю от тварей и этого достаточно. Сколько лет прошло в этом мире с тех пор, как я стал Стражем Хребта? Может, уделяй я больше внимания... Не было бы сейчас никакой Димарийской империи, и самого Димария тоже. И гекатомб бы не было.
Я полагал, что уничтожил одну из восьми, по одной на каждую сторону света. Магия крови всегда требует прочного основания из источников силы. Минимум обычно в ритуалах задействуется четыре. Чаще всего пять. Думаю, что для прорыва сквозь границы мира, нужен максимум. То есть восемь.
Приближающийся обоз я почуял издалека. И дело не факелах, не в скрипе телег, везущих клетки, не в тихом плаче. А в ощутимом плотном облаке тёмной силы, что питалось от чужой боли и ненависти. Как не ощущали его те, кто всё это задумал? Каждый раз в мирах появляется некто, кто считает, что силу можно отобрать, что можно, настроив кучу алтарей и могильников, получить власть и стать кем-то большим, чем просто падальщик. И каждый раз не замечает, что сам взращивает свою гибель. Вот эти самые сгустки чужой ненависти, эманации чужих страданий. Они и есть залог разрушения. Отражения всего, каждого совершëнного поступка, однажды получающие материальное воплощение.
Уничтожая сейчас димарийцев, нарушивших запрет Стражей на магию крови, я оказывал им огромную услугу. Ведь соберись эти тёмные облака воедино, что в итоге неминуемо, и конец тех, кто их породил будет ужасен. Мироздание всегда даёт равнозначные ответы на любые колебания, не скоро и не одномоментно. И несоразмерно! Посеешь ветер, пожнёшь бурю. Каждый мир это не просто место. Мир живой и разумный, не так, как это видят и понимают люди.
Серый мир, родной мир моей Вертихвостки, и вовсе закрылся для любой магии и весами правосудия царит над ним огромная звезда. Всё зло, что творят люди поднимается к солнцу. Слëзы и страдания безвинных, несправедливость, вся мерзость, что творится в мире, порождают взрывы и бури на солнце. И однажды оно просто разлетится на осколки, очищая мир. Каждая трещина на звезде это напоминание и предупреждение. Чтобы не стать одной из исчезнувших цивилизаций, над чьими возможностями и причинами гибели будут ломать голову новые люди.
Эти мысли были фоном для моих действий. Даже визг димарийцев, вдруг оказавшихся на месте их жертв, не мог вырвать меня из моих размышлений.
- Не убивайте, вы не можете меня убить! - вдруг закричал один из тех, кто командовал обозом с пленниками.
- Почему это? - удивился я. - Обернись. Всех этих людей ты вëз на смерть. Просто так, потому что кому-то надоело править своими землями. Разве хоть кого-то из вас остановил тот факт, что вы убиваете? Так почему ты удивляешься, что убивают тебя? Чем твоя жизнь отличается от их жизни? Ты же не ценил их жизнь, а они такие же люди как ты.
- Сзади! Обернись! - закричал кто-то за моей спиной.
Разговор прервался сам собой по естественным причинам. Мой собеседник лишился головы и продолжить беседу не смог. А вот здоровый мужик, закованный с головы до ног, планировавший напасть на меня со спины, резко изменил своим намерениям и кинулся к клетке, один из пленников которой меня предупредил.
- Ну нет, этого я позволить не могу, - усмехнулся я подрубая рыцарю ноги. - Подлость должна быть наказана, прилюдно и наглядно!
- Сбей замок, - крикнул тот же пленник. - Я поддержу!
Для меня не составило труда перерубить дужку замка. И к моему удивлению, вырвавшийся на свободу из клетки явно давно голодавший мужик, оказался калекой. У него не было руки. Но это не помешало ему подхватить валявшийся топор.
- Это для рубки дров, - кивнул я ему осматриваясь по сторонам.
- В руках воина и палка оружие, - оскалился он.
- А в руке? - намекнул я на отсутствие у него правой руки.
- К их грусти, я левша, - фыркнул пленник и рванул к следующей телеге, вырубать охрану.
- Я приказываю тебе остановится! - вышел из какой-то тени щуплый человечек в плаще и капюшоне. - Подчинись моей воле!
Он резко выбросил вперёд руку с зажатой в ней сферой, и крутанув в разные стороны, вытряхнул в мою сторону какую-то оранжевую пыль. Пыль в полёте приняла форму сети сплетённой из чего-то острого.
- С чего бы это я должен тебя слушать, если родного отца почти никогда не слушаю? - лезвия глефы разметали эту странную сеть за мгновения.
- Порождение тьмы не может противиться узам магии крови! - взвыл мужик в капюшоне и достал ещё одну сферу.
Только открыть не успел, его голову расколол на двое топор.
- Всё, доколдовался! - оттолкнул тело калека с топором, снова куда-то устремляясь.
И хотя, как я заметил, большинство пленников составляли женщины, старики, дети и калеки, расправа с димарийцами была быстрой. Одна женщина со всей силой пнула голову уже мёртвого димарийца и замахнулась на второй пинок.
- Мама, нельзя! - остановил её беззубый мальчишка лет семи. - Зубы у меня вырастут новые, а если бить тех, кто слабее, сами как он будем. Сначала мерзкие, потом дохлые!
Я усмехнулся, слушая такие поучения. Но главное, что суть в них была верная. Пленника с топором я нашёл быстро.
- Позаботьтесь о раненых и направляйтесь прямо по этой дороге, никуда не сворачивая. Там разбили лагерь те, кого свозили на ритуал в долину раньше вас. За главного у них Ларимэль, потомок Озёрных лордов. С ним и решите, куда вам дальше. - Сказал я.
- Некогда нам решать. Людей доведу, и с теми кто повыносливее пойду обходными путями на Север. Надо предупредить князя о Скорой беде. - Ответил мне воин. - Видишь кто здесь? А мужиков, даже стариков, кто не совсем ещё одряхлел, погнали в другую сторону. У них там алтари и они делают из людей мёртвых воинов, послушных всяким артефактам. Этот ехал в долину, чего-то им доя этого жуткого колдовства не хватало. А в долине избыток. Они там, по словам этого урода в капюшоне, начали возводить первые врата.
- Вот как? - даже обрадовался я, что уничтоженная мной пирамида была пока единственной, ведь ожидал я, что искать придётся ещё семь.
- Да, вторые собирались возводить в северном княжестве, туда гонят мёртвые армии. Эти при нас обсуждали, не опасались, что передадим. - Подтвердил мужчина. - Князь Ярый уж организует им встречу! Мёртвые и те, содрогнуться.
- Хорошо, твоя воля и твоё решение, - пожал плечами я. - А я пожалуй, навещу эти ваши алтари.
- Не наши, у нас такой мерзости сроду не водилось! И ты уж сначала бей, а потом проповеди о совести и сострадании читай. Так, совет на будущее. - Протянул мне руку безрукий воин. - Может, тебе самому чем помочь?
- Я Страж, - улыбнулся я.
- И? Прям со всем справляешься? - ухмыльнулся мой собеседник.
- Жену ищу, она сюда сбежала. Не видел? Или может слышал? Красивая, черноволосая, с огромными глазами тёмного цвета. Светланой зовут, Светой. - Решил, что лишним спросить не будет.