Казнить нельзя помиловать
— Видно, — отвел глаза арсианин.
— Месяцев пять или шесть, — добавил Торвис.
— Кайли, ты как? — забеспокоился Гест.
— Все нормально, — женщина натянуто улыбнулась. — Раз я его смерть пережила, то новую жену и ребенка тем более переживу. Конечно, забавно, что он сходу набросился на меня с обвинениями, в то время, как сам… Это я думала, что они погибли, а он-то точно знал, что я жива! Ладно, не будем тратить время на то, что не в силах изменить.
— Правильно, не стоит переживать из-за всякого… Ты и так… — Капитан махнул рукой. — Давайте по местам, вон, по визору видно, что царек приближается к трапу.
Кайли поспешила в рубку, на ходу вспоминая, нет ли в ее собственной каюте чего-то, что может указать Байрату на личность владельца. И похолодела — голографический снимок и документы!
Развернувшись на полдороге, она вернулась на жилой ярус и прошмыгнула к себе, схватила сумку и замерла, услышав голоса.
Пока гости не подошли, она должна покинуть коридор!
Открыв дверь, Кайли выскочила из каюты и успела сделать три или четыре быстрых шага, прежде чем влетела в мужские руки.
— Дея, куда ты так несешься? — недовольным голосом произнес Ревье, окинув женщину и ее ношу взглядом.
Кайли немного отпустило — спасибо, что первым шел именно арсианин, а не Байрат! Она не уверена, что смогла бы поддерживать выдуманную капитаном легенду, оказавшись она в объятиях мужа…
— Я… Простите! — начала она, судорожно прижимая к груди сумку, и арсианин, разжав руки, отступил в сторону, загораживая ее своим корпусом от глаз гостей.
— Отправляйся в рубку и займи место согласно взлетному расписанию! — строгим голосом приказал он, продолжая загораживать рея от Кайли. — Прошу прощения за задержку, поммех еще не совсем оправилась после отравления кислородом.
Это уже местному царьку и его помощнику.
— Не страшно, — Сагар смотрел вслед беглянке жадно, с щемящей тоской. — Мы тоже в рубку?
— Нет, рей, зачем? У нас там тесно, а кресел только четыре. Думаю, вам лучше провести время взлета вот в этой каюте, — арсианин толкнул дверь и жестом пригласил гостей внутрь. — Через полчаса стартуем. Вы оба вполне крепкие мужчины, надеюсь, перенесете взлет без вспомогательных кресел? У нас тут их всего четыре, только для членов экипажа.
— Обойдемся, — ответил Сагар. — Расскажите, каков план?
— Взлетаем, потом выходим на связь с поставщиком. Вы обмениваетесь любезностями, по завершении которых отдаете нам положенную плату за доставку груза, затем переходите в свой челнок и возвращаетесь на Терру. А мы продолжаем путь, — перечислил Ревье. — Располагайтесь! Я зайду за вами, когда «Млечный» выйдет на орбиту.
Он оставил террян одних.
Сагар огляделся — крошечная каюта. Интересно, чья? Явных следов пребывания хозяина не видно, но заметно, что помещение не пустует.
Повинуясь жесту рея, помощник присел на койку и замер, приготовившись ждать. Сагару же на месте не сиделось.
Как бы еще раз увидеть Кайли?
Сейчас весь экипаж в рубке, может, если он выйдет, то сможет перехватить женщину, когда она будет возвращаться на жилой ярус? Конечно, капитану не понравится, что гости бродят по кораблю, хотя он просил их посидеть в каюте, но они же не пленники! Тем более что помощник останется там, где приказали, а по коридору грузовика погуляет только рей.
— Будь здесь, — бросил он террянину и вышел наружу.
Двигатель грузовика заурчал, потом басовито ухнул, корпус задрожал, и гул стал нарастать.
Вот-вот грузовик оторвется от поверхности!
Надо бы присесть хоть на пол: ускорение при взлете — коварная вещь!
Только Сагар опустился около двери крайней каюты, по внутрикорабельной связи громыхнуло:
— Помощник механика, немедленно в рубку! Дея, рест тебя подери, где тебя носит, я же ясно приказал — занять места согласно взлетному расписанию!
Одновременно со звуком капитанского голоса, еще звучавшего из динамика, позади Сагара открылась дверь, и он едва успел поймать споткнувшуюся об него женщину.
От жесткого приземления у Кайли воздух выбило из легких, а когда она встретилась глазами с внезапно возникшим под дверью препятствием и, одновременно, спасителем, у нее остановилось сердце…
Худший кошмар последних дней — она в объятьях мужа! Уже чужого мужа, но его руки такие знакомые, такие родные, так необходимые ей!
И взгляд — заглянув в глаза Байрата, она поняла — все ухищрения, любая конспирация бессмысленны. Он узнал жену так же, как и она его.
И что теперь будет? Неужели ради сохранения своей тайны муж запретит им взлет, и они навечно останутся на Терре?
Но в качестве кого?
Допустим, Ревье, Гест и Торвис найдут и здесь свое место, они сильные и опытные космопутешественники, владеют профессиями. Но кем на Терре станет она? Любовницей рея?
Ни за что…
Няней при Ирнате?
Сомнительно, что Мицури разрешит первой жене находиться рядом с теперь уже ее мужчиной.
Помощником механика?
Три раза ха-ха! На почти аграрной планете ее профессия не так уж и востребована, к тому же здесь полно своих механиков. Вон их сколько занимались челноком!
Как ни страшно признавать, но на планете, где мужчин в четыре раза больше, чем женщин, вряд ли ей позволят долго оставаться в одиночестве. Может быть, сам рей и подсунет кому-то из приближенных. Чтобы глаза не мозолила и на Ирната права не предъявляла.
Космос, что это она выдумывает?! Разве Байрат сможет отдать жену другому мужчине? Скорее уж, он попытается сделать ее любовницей или… Или с ней произойдет несчастный случай.
Как оказалось, он неплохо умеет их организовывать…
В любом случае, раз он устроил ей такую встряску, раз решил «умереть» не только для родных, но и для нее, ей больше нет места в его сердце и в его жизни.
Жить же поблизости от сына и мужа, со стороны, с обочины наблюдая за их счастьем… Радоваться, как растет Ирнат и не иметь возможности обнять его, поцеловать, побранить, если шалит, похвалить, если преуспел в учении…
Нет, она это не перенесет.
Единственный выход из этой ситуации — как можно скорее покинуть планету. А для этого ей нужно задержать Байрата, не дать ему возможность остановить взлет.
Женщина почувствовала, что от волнения пересохло во рту и неприятно тянет губы. Она машинально облизала их, чуть прикусив зубами нижнюю.
Взгляд мужчины переместился на ее рот и потемнел, руки чуть сильнее напряглись, притягивая женщину к груди, дыхание сбилось…
— Кайли! — выдохнул Сагар-Байрат, и беглянка поняла, что счет идет на секунды.
— Ой, спасибо, что не дали упасть! — затараторила она, выкарабкиваясь из объятий. — Мне надо бежать, а то капитан накажет. Он у нас знаете, какой строгий!
— Кайли, — растерянно повторил рей. — Погоди, не беги… Я… нам надо поговорить, я уже ничего не понимаю!
«Поговорить? Да, наверное, надо, Как минимум — узнать, почему он так с ней поступил. Отчего набросился-с обвинениями. А еще — зачем решил „умереть“ для Даластеи?»
— Отпусти… те, — произнесла она, снова забарахтавшись в руках мужа. — Меня капитан убьет, если я немедленно не займу свое место, слышали же, что он приказал? Сейчас взлетаем, я должна быть в кресле!
Байрат слегка разжал руки и помог ей встать, но совсем не отпустил.
— После взлета, — хриплым голосом произнес он, пожирая Кайли взглядом, — когда капитан посудины разрешит оставить кресло, приходи в крайнюю к входу каюту. Я отправлю помощника настраивать связь с Сонором, а сам останусь здесь. Нам нужно поговорить! Ты — моя Кайли, что бы там ни говорили капитан и механик! Ты — мое все, я тебя никогда ни с кем не перепутаю!
Спорить, отрицать, отказываться не было времени. А обмануть — пообещать прийти и не явиться, Кайли и мысли не допускала.
— Хорошо, — коротко ответила она. — Но я…
— Обещаю, что ничего не сделаю ни тебе, ни членам экипажа судна. Просто поговорим, — перебил Байрат, неожиданно невесомо провел пальцами по ее щеке и слегка подтолкнул по направлению к рубке. Кайли по инерции сделала два шага, а потом, не оглядываясь, припустила вперед. Она не видела, каким взглядом проводил ее ир, и как он глухо застонал, закрыв лицо руками…