Рунная соната (СИ)
— Слабоваты нынче будущие магистрессы. Всего три танца, и уже на свежий воздух?
Я обернулась. Маг-законник, мэтр-спаситель, который попортил мне немало крови этой осенью, улыбался, протягивая бокал шипучки. — Не бойтесь, леди Баррен, не отравлено. Вы мне нужны живая и здоровая. Я считаю, что за всю нервотрепку этой осени вы задолжали мне танец, — заявил мэтр Белорт. — Я — вам? — я едва не расплескала шипучку от возмущения. — Конечно! Вы каждое занятие ходили по грани. То собираете группу, которая может разнести класс вдребезги. То ставите сомнительные педагогические эксперименты, и пойди что-то не так, декану снова придется утирать слезы разочаровавшимся студентам — и это в лучшем случае, если я успею задействовать щит-полусферу. — Щит-полусферу? Зачем? — Затем, юная леди, что позволив вам развлекаться с вашими подопечными, я каждый раз держал наготове защиту, чтоб прикрыть последствия недосмотра или разгильдяйства. Элизабет, вы имели дело с людьми, которые только-только перешагнули порог детства и едва начали осознавать мощь магических потоков. До некоторых дойдет только на третьем году, до некоторых не дойдет никогда, и аттестат они не получат. Я не стал обрезать крылья вашему энтузиазму, но вы очень рисковали. Так как на счет танца? Впрочем, нет, сначала допейте. Вам стоит расслабиться.
Я последовала его совету — скорее, от удивления. Еще в первый год я привыкла контролировать магию и точно расчитывать результат. Мне не приходило в голову, что мои задания могут быть чем-то опасны. Едва я допила бокал, как мэтр Белорт подал мне руку и провел в зал.
Все-таки есть разница между тем, как ведет девушку в танце мальчишка одних с тобой лет и взрослый мужчина. То ли дело в шипучке, то ли танец привел меня в приподнятое настроение, но когда после котильона мэтр Белорт не спешил меня отпускать и закружил в вальсе, я ничуть не возражала.
Бал подходил к концу. По традиции сильнейшие мэтры академии в Зимнепраздник соревновались в магических огнях. Я сама не поняла, как так оказалось, что молодой профессор подал мне плащ, мы вышли в парк вместе и стоя с краю толпы задрав головы следили за танцем огней и дикованными цветами в вышине. Когда последняя роза рассыпалась сверкающими звездами, кто посмелее попробовали свои силы, и над толпой полетели мелкие шарики и разноцветные искры. — Сейчас снова начнутся эксперименты. Предлагаю отойти подальше, — кивнул в сторону парка мой спутник. — Думаю, сходить с расчищенной дорожки в бальных туфельках не лучшая идея.
Ни слова не говоря мэтр Белорт подхватил меня на руки и сделал несколько шагов в снег, оказавшись за кустом, больше напоминавшим сугроб. Шевельнув плечом он направил на землю сгусток пара и поставил меня на оттаявший пятачок. — Вы так опасаетесь студентов? — засмеялась я. — Если бы вы знали их получше, вы бы тоже опасались. Леди Баррен, вам стоило бы снизить балл за чрезмерное бесстрашие.
Я рассмеялась: — Вы больше не мой преподаватель, и ничего не можете сделать, — и быстро показала кончик языка. Нет, в том, что я так развеселилась, шипучка явно не виновата.
Мэтр придвинулся ко мне и оказался на опасно близком расстоянии: — Очень хорошо, Элизабет, что я больше не ваш преподаватель.
Не только в танцах есть разница между мальчишками и взрослым мужчиной. Никакие поцелуйчики во время бакалавриата не сравнятся с тем, что творил со мной мэтр Белорт.
Он оторвался от моих губ и заправил за ухо выбившийся локон, но из рук не выпускал. — Мэтр Белорт, разве мы можем? — Джас. Меня зовут Джас. Конечно, можем, — и вновь завладел моими губами.
* * *
Джас проводил меня к Дому Магистров и растворился в ночи. С горящими щеками я поднялась по лестнице и юркнула в свою комнату, к счастью, никого не встретив по дороге.
Крыло девушек было почти пустым, а завтра мы с Лирой останемся вдвоем. Рута проведет насвестит семью на юге графства. Марта, намекнула, что переезжает на время каникул в город к некоему молодому человеку. Училась она неплохо, и смекнув, что диплом магистрессы уже в кармане, решила брать от жизни всё, не откладывая на потом. Лире, как и мне, ехать некуда — для своей семьи она отрезанный ломоть, только если не пожелает взять на себя обязанности бесплатной прислуги.
Я распахнула окно, влезла на подоконник и подмигнула звездам. Мы никому не расскажем, что было сегодня в парке, правда? Посидев немного и стараясь не расплескать настроение, я услышала сдавленные рыдания. Выглянув наружу, я повертела головой — похоже, моей соседке тоже не спится.
Едва я постучалась, Лира распахнула дверь. Шпильки торчат из прически, опухший нос, красные глаза, ополовиненная коробка конфет — кажется, я знаю, что произошло. — Ли-и-из… — подруга кинулась мне на шею и втащила внутрь. — Он танцевал с этой ку-у-клой! — С кем? — С этой! Матильдой… нет, Маргаритой… нет… — Мирандой? — Да-а!
Внутри все упало. Лира убивается по Джасу? А ведь я сама их познакомила! Что у них было?! — Мало ли, с кем он танцевал… — забормотала я, надеясь, что Лира узнала не про всех партнерш мэтра. — Не-е-ет! Он ее провожать пошел! И потом долго не возвращался, я так и не дождала-а-ась!
Я с облегчением вздохнула: — Кто — он, Лир? — Лео! Он обещал, что на Зимнепразднике он со мной! — и Лира зарыдала вновь. — Успокоительная настойка есть? — Не хочу-у… — Надо.
Отыскав нужный флакон я развела полчашки и клубничным вареньем и влила в расстроенную девушку несмотря на все еще "не буду" и "не хочу". Мы просидели полночи, обсуждая, какими мерзкими бывают мужчины, и какими лживыми оказываются их обещания, и что нам, свободным магам, хорошо и без них.
Я поддакивала Лире, а сама думала, что мои чувства, когда я представила Лиру и Джаса вместе, были уж очень странными. Виконтесса Элизабет Баррен, он не твоего полета птица. Что может быть нужно столичному мэтру, сильному магу, который волей судеб на полгода приехал в провинцию, от недоучившейся магессы? То-то. Вот и закатай губу.
Но внутри все-таки расцветало что-то теплое и пушистое.
Глава 10. Светлячки в парке
На следующее утро я помогала Руте варить и разливать по склянкам зелья "от праздничных последствий". Столик, к которому допускаются только взрослые, не всем пошел на пользу. Изрядное количество парней сегодня маялось здоровьем, а зелье лучше всего пить свежим.
В отдельном котелке Рута сварила что-то дурно пахнущее, сделала пасс руками, и жижа заискрилась разноцветными всполохами. Процедив ее сквозь марлю, Рута разлила на три пузырька, два совсем крохотных и один побольше. Протянув мне последний, она попросила: — Если не трудно, занеси Марте, пожалуйста. Мне нельзя отлучаться от тигеля, а она сказала, что не уедет, пока не дождется. — А эти два кому? — Эти два я сама, их ждут в Корпусе и очень просили, чтоб никто не узнал.
Наверно, непонимание отразилось на моем лице, потому что Рута поспешила объяснить: — На таких балах всегда находятся дурочки, которые сначала позволяют парням лишнее, а наутро плачут и боятся, что не обойдется. — А Марта… — О, Марта знает, что делает.
Марта приняла из моих рук пузырек, чмокнула в щеку, заглянула к Руте, крикнув той в спину "спасибо", помахала нам с Лирой и прошествовала к выходу с саквояжем в руке.
Я не знала, хотела бы я быть на нее похожа или нет. С одной стороны, ее уверенности в себе, ее силе можно только позавидовать. Кажется, Марта вообще ничего не боялась. С другой, легко заводить интрижки с мужчинами прекрасно понимая, что для них это лишь временное развлечение… Не знаю, не знаю. Но в любом случае, не сейчас. Получу диплом, открою свою практику, а там посмотрим.
Мысли о поцелуе с мэтром я прогнала.
* * *
На третий день каникул, стоило мне проснуться, как я увидела прибившийся к окну с другой стороны сложенный листок. Такого рода записочки часто висели на стекле в нашей комнате Корпуса Бакалавров, и мы вчетвером кидались распахнуть створки, чтоб узнать, в чьих руках развернется послание. Здесь гадать не приходилось — записка для меня. Но от кого? Вряд ли Эд решился на еще один заход получив объяснение, что обжиматься в кустах я не стану. Он пообижался и остыл, даже на мазурку пригласил. Лео? С месяц назад я отказалась от свидания, боевик меня никак не привлекал. Но если это он, нарисую на этом наглом боевике руну ангины, и пусть только дернется. Крутить с тремя девушками одновременно — перебор даже для академии.