Младший лейтенант милиции (СИ)

К тому же, что-то подсказывало, что в обычной драке, если, конечно, не имеется явного преимущества одного из соперников, дающее возможность покончить дело одним-двумя ударами, схватка почти всегда заканчивается в партере.
То есть, говоря попросту, противники попросту оказываются лежащими на той поверхности, на которой и началась буча. И, уже в этой, в общем и целом, неприглядной позиции, пытаются додавить друг друга.
Но, раз уж тренер сказал «бокс», да и, как понимаю, в моём личном деле написано то же самое, значит — придётся задавить такие естественные, и ведущие к победе инстинкты и действовать по написанным кем-то, очень надеюсь, более умным, чем я, правилам.
Загнав на задворки сознания желание врезать воображаемой вражине коленом под яйца и, проведя захват, взять на удушающий, я вяло нанёс ещё несколько ударов и был остановлен весьма звучными хлопками Олега Авдеевича.
— Стоп! — Громко, практически на весь зал, скомандовал он. — И, на несколько секунд забыв обо мне, с недовольным видом повернулся к так, активно разрекламировавшего вашего покорного слугу, Василию.
— Вася. — С иезуитскими интонациями вкрадчиво начал интересоваться он. — Ты зачем это, скотина такая, голову мне морочишь? — И, осуждающе мотнув убелённой сединами головой в мою сторону, констатировал очевиднейший и, как понимаю, видимый невооружённым глазом, факт. — Да у этого увальня ни школы, ни техники! — И, глядя сквозь меня, презрительно фыркнул. — Этот ваш… Перворазрядник, даже муху обидеть не сумеет!
— Авдеичь, да я!.. — Растерянно и, даже, как показалось, немного испуганно, залепетал Василий. — Да он же на моих глазах тако-о-ого бугая буквально двумя ударами успокоил!
— Исподтишка отправить в нокаут ничего не ожидающего человека и дворовая шпана сможет. — Пренебрежительно отмахнулся потерявший всякий интерес к моей приунывшей персоне, тренер. — В общем, благодарю за попытку но, в данном, конкретном случае, как говорится, наука бессильна.
Выслушав эту гневную отповедь я, индифферентно пожав плечами, развязал зубами узлы и, стащив перчатки, аккуратно положил их на стоящую возле стены невысокую скамейку.
«Всё, что ни делает Создатель — делается к лучшему». — Утешая самого себя, равнодушно подумал я.
Да, собственно, в общем и целом, ничего страшного не произошло. Ну, разве что, облажался немного. Но, стыдно или обидно нисколечко не было. Так как, нет-нет, да поглядывая на боксирующих юношей я, как-то незаметно для себя, пришёл к выводу, что валить этих, так называемых «бойцов» могу целыми пачками.
Правда, напрочь отвернув все правила и, просто-напросто дав волю инстинктам.
Тут в моей бестолковой голове опять легонько кольнуло и, понимая, что засунутая кем-то в меня садистская и безжалостная «интуиция» почему-то «против», я невольно остановился, прекратив движение в сторону выхода.
Да и наш бравый капитан, всё ещё не смирился с моим «позором», эмоционально пытаясь что-то доказать тренеру.
— Олег Авдеевич! — С таким отчаянием, словно это был вопрос жизни и смерти, обречённо зашептал он. — Да пацан же, только третий день, как из госпиталя! — Тут он мельком взглянул на меня, изобразив на лице трудно читаемую гримасу и, показав украдкой кулак, снова обратился к хозяину зала. — Может, просто не оклемался ещё, а? И, пытаясь оставить последнее слово за собой и заручиться согласием тренера, с наигранным энтузиазмом предложил. — А, давайте, мы к вам через недельку зайдём!
— Не вижу смысла. — Хмуро буркнул Олег Авдеевич. И, давая понять, что разговор на этом закончен, кивком указал в сторону выхода. — Иди уж, Василий. И, в следующий раз, если что-то покажется, сначала перекрестись три раза. А уж затем, поспарингуй с понравившимся тебе кандидатом и приводи ко мне!
Испытывая двойственные чувства, я поймал себя на ироничной мысли о сюрреалистичности происходящего. С одной стороны, мне, в общем-то было абсолютно пофиг. Ну вот, совершенно всё-равно, признают мои спортивные таланты, или нет. А, с другой, как вы помните, надо мной дамокловым мечём висело, совершенно независящее от меня и, совсем не считающееся с моим хотелками, мнение моего неумолимого и жестокого второго, внутреннего, так сказать, «Я».
 
Ну, по крайней мере, я очень надеялся, что за все, происходящие в моём многострадальном мозгу, странные выверты несёт ответственность именно подсознание. И я не страдаю шизофреническим раздвоением личности, подобно занимающим одно тело, Доктору Джекилу и Мистеру Хайду.
В общем, не понимая, как поступить в именно этой, конкретной и, прямо скажем, неоднозначной и не слишком красивой ситуации, я устало прикрыл глаза и тяжело вздохнул. И, тут же, каким-то странным и неуловимым образом, можно сказать, «поплыл».
Нет-нет, не подумайте ничего такого. Я ни на мгновение не потерял сознания. Не пошатнулся и, не дай Создатель, не начал проваливаться в лёгкий или, тьфу-тьфу-тьфу, глубокий обморок.
Но, контроль над моим телом, как будто перехватил кто-то другой. Причём сделал это довольно жёстко, без обиняков давая понять, что мне лучше не рыпаться. Обозначив границы дозволенного всё той же, на этот раз более сильной и ощутимой болью.
«Да, что ж тебе надо, сука ёбанная»? — Обречённо подумал я, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и направляясь обратно к боксёрской груше.
Но, неведомый, и запрятанный кем-то в меня «хайд», не обращая внимания на вялые попытки, заставил тело принять правильную стойку и, не желая выглядеть в глазах присутствующих конвульсивно дёргающимся эпилептиком, я подчинился.
А потом, мысленно произнеся сакраментальную фразу — «да, ебись оно всё в рот»! — поднял руки и замолотил по ни в чём не повинному снаряду.
И — кто знает⁈ — возможно именно это, магическое и, как оказалось, весьма действенное заклинание, с помощью которого люди выражают своё бессилие и покорность судьбе, а так же готовность следовать тем маршрутом, что уготован им Высшими Силами, подействовало.
Так как мои, забинтованные но, не облачённые в боксёрские перчатки руки мелькали с неимоверной скоростью. Я наносил молниеносные удары, время от времени изображая отскоки и уклоны. И, поработав в довольно-таки приличном темпе около минуты, завершил серию мощным прямым.
Заставившим всех присутствующих удивлённо охнуть. Так как, не выдержавшая моей последней «пушки» груша лопнула. И, показав набитые конским волосом внутренности, выпустила наружу тонкую струйки, начавшего сыпаться на пол песка.
 Глава 13 
— Однако! — Ошарашенно произнёс Олег Авдеевич. И, приблизившись и, обойдя меня по кругу, завороженно поинтересовался. — Ты по какому поводу в больнице лежал?
— Так, травма у него была. — Не дал вставить мне слова, как понимаю, окончательно взявший на себя роль моего добровольного импресарио, Василий. И, с укоризненными и, я бы даже сказал, немного обличающими интонациями, пояснил. — Это же он из горящего поезда девочку вытащил!
— Слышал, слышал. — Подтвердил слова нашего капитана, Олег Авдеевич. И, присмотревшись к моей бестолковке, заметил. — Что-то не видно шрамов… И, поясняя своё, в общем-то закономерное и понятное любопытство, добавил. — Ходят слухи, что тебе, чуть ли не голову всмятку размозжило?
— Да, ерунда всё это. — Пренебрежительно отмахнулся я. — И, дабы на корню пресечь все инсинуации в мою сторону, нагнул шарабан, давая рассмотреть заинтересовавшую тренера часть организма поподробнее. — Сами можете убедиться, что я в полном порядке. И, пытаясь оправдаться за ползавшие по городу слухи, сказал. — Меня лишь краем чуть-чуть задело. А люди у нас сами знаете… Их хлебом не корми, а дай раздуть из мухи слона и, нагнать жути на ровном месте.
— Что ж, хорошо, коли так. — С облегчением согласился Олег Авдеевич. И, внезапно посерьёзнев, прищурился и погрозил пальцем. — Но, медицинскую справку, всё-таки, принеси обязательно!
— Есть принести справку. — Вытянулся перед, как понимаю, теперь уже моим наставником, я. И, проявляя вполне закономерное любопытство, задал интересующий меня вопрос. — А, когда мне приходить на тренировки?