На пыльных тропинках далеких планет (СИ)
Взлетали уже в темноте. И садились на Базе при свете фар.
Видимо, с маяка Иван Максимович связался по радио со штабом, поскольку даже не стал заходить в здание, а сразу направился «на космодром», где готовилась к возвращению очередная небольшая группа людей, включая травмировавшегося сегодня строителя.
— Перец, ты не в курсе, чего это «стройбатовец» на Землю рванул, как в жопу укушенный? — подозвал меня, топающего домой, вышедший покурить на свежем воздухе Дельвиг.
Сигареты у него всё те же, что он курил там, в Африке. Ну, да. Если там он не экономил на куреве, то и здесь, со всеми положенными надбавками к жалованию и в должности заместителя начальника Базы по военной части, не сильно обеднел, позволяя себе не менять привычки.
«Стройбатовец»… Невеликого же мнения он о Шарове. Впрочем, ничего особенного: пренебрежение к представителям военно-инженерной службы — довольно распространённое явление среди вояк «боевых» специальностей. А Деляев, насколько мне известно, до увольнения из армии служил в каком-то «крутом» спецназе. «Элита»!
Я пожал плечами.
— Вы же знаете, Виктор Антонович, что завтра к утру у маяка появится ещё один туземный корабль. Эти туземные цивилизации в последнее время попадаются нам на глаза чаще, чем тараканы на кухне у плохой хозяйки. Бурчал, что так скоро придётся создавать собственную службу переводчиков. Ну, и какие-то недочёты на маяке нашёл. Он же мне не докладывается…
— А как там твоя подружка себя чувствует после посещения её «мест боевой славы»?
— Кажется, начала успокаиваться. Поплакала, конечно, на могилке сына и почти весь обратный путь молчала, но, как мне кажется, начала оттаивать. Доберусь до квартиры — гляну, как она там. Но мне кажется, часть её психов теперь уйдёт.
— Может, ей лучше будет, если она ещё одного ребёнка родит? Ты подумай об этом, Пересечин. У вас с ней, как мне кажется, может получиться вполне нормальная семья.
— Подумаю. Вот вернёмся с того самого «озера Чад» и подумаем с ней вместе.
Семья, не семья, а Людке действительно лучше было бы не мотаться по этим пыльным саваннам и не жить в полевых условиях. По своему опыту знаю, что после этих приключений «на природе» отпуск очень необходим.
Фрагмент 21
* * *Кроха сидела на лавочке перед входом в «квартиру» и слушала музыку через наушники. То ли просто балдела, то ли таким образом «выбивала из ушей» ночное стрекотание в степи цикад, кузнечиков и прочих стрекозлов. Увидев меня, улыбнулась, выключила плейер и похлопала по лавочке: присаживайся, мол.
— Как слетали?
— Нормально. Какие-то новые гости. Утром выяснится, кто.
— Мимо не проскочат?
— Шеф велел каждые четверть часа пускать с маяка сигнальные ракеты, чтобы не жечь топливо на лампу. У неё же потребляемая мощность — как у небольшого трактора. К утру вернётся с Земли, и будем разбираться, кого к нам черти занесли.
Пристальный взгляд в упор, на который я просто молча кивнул. Нам обоим без слов понятно, что она хочет спросить.
— Кстати, Дельвиг интересовался, как ты перенесла посещение могилок. И предположил, что твои нервы успокоятся, если ты ребёнка родишь.
— Надо же, какой заботливый! — фыркнула Людка. — Ему-то что: не он же рожать будет. «Наше дело — не рожать: сунул, вынул и бежать». Ты также считаешь, Пересечин?
— Ты спрашиваешь про ребёнка или про то, какое наше мужицкое дело?
— И про то, и про другое. Тоже ведь, небось, десяток маленьких Перчиков где-то по Африке бегает?
— Вряд ли десяток. Может, пара-тройка и есть где-нибудь. Но не в Африке: там без презерватива трахаться опаснее, чем на льва с одним ножом охотиться. Что касается того, чтобы ты родила… У этой медали две стороны. Первая — может быть, тебе и действительно лучше после этого станет. Но как подумаю, что эта бодяга лет на двадцать, а тебя сразу же, как забеременеешь, нужно будет на Землю отправлять…
— Значит, жениться на мне ты не намерен?
— Это предложение?
Люда замолчала надолго.
— Не знаю. Как в той присказке: и хочется, и колется, и мама не велит. Точнее, обстоятельства пока не складываются. Так что, Саша, даже если ты надумаешь предложить мне руку и сердце, я прыгать от восторга и виснуть у тебя на шее от счастья не буду. Очень и очень подумаю, сто́ит ли овчинка выделки. Пожалуй, даже оставлю всё, как есть, — подумав, констатировала она. — Надеюсь, не обломала твоих надежд свить уютное семейное гнёздышко? Вот и ладненько. Пойдём, покормлю тебя…
В общем-то, можно было бы и ещё посидеть: тепло, лампы на территории Базы создают интимную обстановку. От комарья, первое время в неимоверных количествах летевшего по ночам с Лимана, избавились при помощи каких-то высокотехнологичных отпугивателей. Но в брюхе действительно урчит: жрал-то я в последний раз ещё на Большом острове, взятым с собой сухпаем подкреплялся.
Голубоватая вспышка на «космодроме» какая-то очень уж мощная. Такое наблюдается, когда сквозь «прокол» перебрасывают огромную массу. Например, когда забрасывали сразу несколько собранных жилых модулей. Надеюсь, не танковый батальон, при помощи которого решено завоевать весь континент или даже всю планету?
Всё-таки моя подружка решила, что я действительно предлагал ей создать семью. Ужин ужином, а в постели она, похоже, «заглаживала вину», показывая, на что способна, если захочет произвести впечатление на мужчину. Пришлось и мне «выкладываться». Так что вырубились оба, как только она угомонилась.
А утро началось как в стишке Чуковского:
У меня зазвонил телефон…
Ага! Чтобы не засорять эфир и вещать всё подряд во всеуслышание, поставили в штабе АТС и протянули телефонные линии в каждую «квартиру». И вообще — куда только можно.
В трубке, правда послышался голос не слона, звонящего от верблюда, а довольно красивый баритон секретаря коменданта Базы.
— Александр Михайлович, Иван Максимович только что вернулся с Земли и просил вас срочно прибыть в его кабинет. Через какое время вы придёте?
Долго ль голому собраться? Только подпоясаться. Про голого я не соврал, поэтому определил срок появления в приёмной через двадцать минут. Всё-таки хотя бы минуту под душем постоять надо, чтобы смыть с себя следы ночных развлечений, да зубья почистить.
Если я спозаранку имел весьма помятый вид, то Шаров, прихлёбывающий одуренно пахнущий кофе, красными глазами напоминал вампира. Поймав мой жадно-завидующий взгляд, он заказал помощнику порцию кофеина и для меня.
— Могу сказать вам, Пересечин, — снова перешёл шеф на «вы». — Что фурор я в Центре произвёл. А поскольку в руководстве Проекта работают далеко не глупые люди, открывающиеся перспективы они оценили мгновенно. Москва уже извещена, и вместо возможного сокращение нашего финансирования, скорее всего, финансирование увеличат. Но это — потом. Сейчас перед нами стоит другая задача. Корабль, что мы видели вчера в открытом море, удалось привлечь ночными пусками сигнальных ракет, и сейчас он направляется к маяку. А значит, к середине дня его сопроводят к нашей пристани. Я уже почти сутки на ногах, поэтому соображаю туговато, так что тезисы к переговорам с чужаками на вас, старший лейтенант. Набросайте, что нам интересно выведать у гостей, какую информацию нам следует получить.
Я только раскрыл рот, как майор махнул рукой.
— Переводчик с языка ласов к моменту, когда корабль будет здесь, уже прибудет на Базу.
Вот и ладненько. А то надоело уже «объяснять жестами, что меня зовут Хуан».
Парусник, несколько напоминающий португальский нау, агрессивности не проявлял. Судя по реакции на укрепление, построенное на косе при входе в Лиман, они действительно искали нас. И, не поняв ни слова их речи сержанта, вышедшего к причалившей к берегу шлюпке, вполне оперативно разобрались с рисунком на листочке, изображавшем Лиман, реку и местонахождение Базы. Правда, немедленно отправиться к нам им помешал заканчивающийся отлив, во время которого течение в протоке было довольно сильным. Так что погорячился майор Шаров, рассчитывая увидеть гостей к середине дня.