Грани (СИ)
Время вернулось к нормальной скорости. Паренёк стоял на коленях и трясся. Я поднял его за шкирку, как котенка. Несмотря на размеры — был он чуть меньше меня — это оказалось просто. Значит, кости лёгкие, тонкие, мышечная масса неплотная. Вырожденец.
— Ты соображаешь быстрее, поэтому шансы у тебя ещё есть. Шуруй отсюда.
Через десять минут я стоял на пороге таинственного дома мисс Уордер. С чёткими намерениями выяснить, во что она нас с Блэком втравила.
Дом стоял передо мною тёмной массой. В окнах ни огонька. Я толкнул дверь и вошёл в тёмную прихожую. Слабый свет фонаря на уличном столбе проникал через мутное стекло над козырьком и кое-как выделял верх лестницы. Мдааа… Совершенно не похоже на то, что видели мы с Блэком. Запахи? Их просто не было. Совсем. Ни специфического для старых конструкций привкуса цемента, ни особенных ноток коттеджей из дорогого кирпича.
— Ну, мисс Уордер, начнём с загадок? — громко спросил я темноту. — Я ведь всю хату обшарю сейчас, и если кто пулю схлопочет раньше, чем я спрошу "Кто там", не обижайтесь.
Темнота не ответила, и атмосфера дома не изменилась. Но всё же пустым он не был. Я пошёл наверх. На втором этаже на площадку из-под двери выбивался желтоватый свет. Скорее всего, несколько свечей. Дверь не заперта. Я постучал рукояткой "Стечкина", стоя за косяком.
— Входи, Харальд, — это был голос Элен.
— Есть ещё кто?
— Нет.
Ага… Доверьяй, но проверьяй, как говаривал один звёздно-полосатый президент.
Я распахнул дверь. Да, в коридорчик тёк тёплый свет от пяти свечек, торчащих на металлическом подсвечнике на столе в комнате прямо впереди. Действительно, кроме неё, здесь никого нет. Я закрыл дверь на массивную задвижку. Видно, что окна в комнате закрыты плотными одеялами.
— Мы что, ждём воздушного налёта? К чему эта светомаскировка? Всё равно эту хибару никто не видит, кроме тех, кому очень надо.
— Вот именно, Харальд. Кому надо. Кому очень надо, того не обманет, а вот мелочь всякую, но досадную, вполне.
— Что-то случилось?
— Случилось. Да не стой, проходи.
В просторной комнате, метров тридцати площадью, было мало мебели. Стол, к нему придвинут большой кожаный диван, какая-то этажерка в углу. На столе…
— Элен, ты что, окончательно вросла в русскую действительность? — я снял со стола початую бутылку дорогой водки. — Что за упаднические настроения?! Не далее как сутки тому ты была сама уверенность.
Она посмотрела на меня грустными влажными глазами.
— Дружок твой дел натворил. Не предполагала я, что к нему так скоро с той стороны… парламентёршу отправят.
— С этого места поподробнее, пожалуйста, — я посмотрел на бутылку немного другим взглядом, потом плеснул себе. Ледяная водка легко скользнула в горло. Правда, закуски не наблюдалось вовсе.
— Знаешь, у него когда-то была подруга. Она погибла в автокатастрофе.
— Нет. Он вообще на такие темы не любитель распространяться.
— Так вот, сегодня вечером, ещё засветло, Мор отправил её к нему. В качестве полномочного представителя, так сказать.
— Кто?!
— Мор. И не ори на меня, юноша. Это владыка смерти.
Я фыркнул. На вид помладше меня, а уже нос задирает. Мало ли что у неё там за приданое…
— Ладно. Давай дальше.
— Чернов, естественно, не согласился. А то как бы тебе понравился заголовок в городской хронике — "Крушение трамвая маршрута такого-то" и так далее. Она спустила на него собак. К счастью, не Гончих, а тех, которые были с ней в машине в момент аварии. Он уже успел где-то раздобыть хорошее оружие и расстрелял их.
— Это я видел. Вот что, Элен. Елена, или как там ты хочешь, чтоб тебя называли. Расскажи-ка мне, во что мы по твоей милости влипли.
Она расхохоталась. Это был смех женщины, которая поняла, что в некотором роде добилась своего, да ещё и кубиков двести водки наложились.
— Милости, ха… не по моей милости, и не влипли, пока что. По моей милости такие вещи творятся… Или происходят? Неважно. Но раз уж пришёл за ответами, их у меня хватает.
— Элен, ты не пьянее меня, так что хватит ломать комедию и давай-ка всё с толком, с чувством и по порядку.
Вид её сменился на действительно трезвый. Она посерьёзнела, зачем-то подёргала воротник дорогого домашнего платья.
— Знаешь, я никогда не пила подобного, и вообще уже довольно давно не пробовала спиртного, так что меня пробрало-таки. Ну так слушай, только не говори потом, что испугался.
Элен уселась на кресле, подобрав ноги и плотно укуталась полами.
— Я ещё раз скажу — потом не говори, что страшно стало. Ты думаешь, объявление у тебя из кармана просто так исчезло, когда ты хотел его Чернову показать? Не-а. Оно было предназначено именно для тебя, своего рода личный пропуск. А у Блэка было совершенно другое, и тебе оно не просто не подошло бы, и на глаза даже не попалось. Помнишь, в начале сентября прошлого года, ты недалеко от его дома был, с ним вместе?
— Ну помню конечно. Мы тогда ещё…
— Стоп. Вот именно это "тогда ещё". Вы увидели Биврёст. По крайней мере ты точно увидел, я знаю.
— Откуда бы это?
— Профессиональная тайна. — Элен невесело усмехнулась. — Раз ты такой осведомлённый, то сразу должен понять, к чему я клоню.
— А фиг ли тут понимать. И так всё ясно. Только при чём тут мы? Кокретно я и Чернов. Кстати, ствол у меня в кладовке, который я туда не прятал — твоя работа?
— А то чья.
— Теперь хоть контрольки на дверь вешай.
— А я туда и не заходила. И никто другой от меня. Я просто сделала так, чтобы нужная вещь появилась в требуемом месте.
— Ну, ладно. Это всё частности. Как я предполагаю, ты хочешь, чтобы мы что-то сделали для тебя. Или твоей конторы, Interwish то есть.
— Ты уже и это вычислил! Ну смотри, любопытство кота губит.
— Хватит! Не строй тут из себя. Если охота, чтобы я для тебя что-то сделал, то будь добра, дай полную вводную на поставленную задачу. Я же не могу действовать по карте, где есть только линия боевого соприкосновения, да и та обслюнявленным карандашом намалёвана. Сама знаешь, к чему это приводит.
— Конечно знаю. Но раз уж ты такой умный, на несколько минут успокойся и подумай, что же такое Элен Уордер от тебя хочет.
Умеет она срезать, ничего не скажешь. Переть дальше подобно танку всё равно нет смысла — она просто опять сказанёт что-нибудь. Ей бы в министерстве иностранных дел работать — там требуются мастера болтологии и профессоры словоблудия.
Но я призадумался. Она выделила своё имя. Зачем? И я попробовал как бы всмотреться в эти слова. Интересно всё же, как это пишется в оригинале — Helen или Elen? От этого точно что-то зависит. Но вот что?
Элен смотрела на меня из-под полуприкрытых век. Как будто она очень и очень устала и давно не была в отпуске.
Elen Warder… Ward — хранение, забота, бережное владение. Warder…
Я попробовал мысленно попроизносить её имя на разные лады. И вдруг само собой всплыло лёгкое придыхание. Если написать, получится очень маленькая h перед Elen. Оно звучало очень и очень к месту.
Стало до неприличия весело. До неприличия — потому что, по идее, мне следовало сейчас склониться перед ней в почтительном поклоне и внимать каждому её слову. Видимо, старик Профессор в своё время тоже встретил её. Уж не знаю, в каком обличье, под каким именем, и в какой обстановке, это уже не важно. В историю-то он вошёл.
— Ну? — подняла взгляд Элен Уордер. Варда.
— Что — ну?
— Понял?
— А толку? Ты так и не сказала, что от меня требуется. Знаешь, явись сюда сейчас хоть сам Тор в Мьёлльниром в руке и на колеснице с двумя козлами в упряжке, я не удивлюсь. Скажу "Здорово" и налью ему стакан. А потом займёмся обсуждением кораблей, женщин и способов закалки стали. Ну, короче, найдём, о чём поговорить и что натворить во славу Одина. Пойми, мы не средневековые люди, и даже не начала прошлого века. Нас трудно удивить. Напугать проще. А вот сделать что-то такое, чтобы я не отходя от кассы сказал — "Ну нихрена себе!" — это сразу и не получится. Да, я конечно, польщён твоим вниманием. А дальше что? Я уже имею на руках ствол с двумя зарубками, уже побеседовал с особистами, но я не понял главного — для чего всё это. Цель! Не вижу я её, Элен. Не против, если так и останется, кстати?