Кодекс Альфы (СИ)

Стоп! Ладно, что нюни развесил? Есть еще бойцы, преданные ему в силу обращения. С деньгами сложнее, но спецы Краснова их найдут и попытаются вытащить обратно с оффшоров на счета. Да и заначка хорошая есть…
Заначка! Надо ее проверить.
— Выйди, — приказал он Астафьеву.
Тот лишь пожал плечами и вышел из комнаты.
Купец встал, отодвинул висевший на стене портрет Государя в сторону. Да, вот он сейф. Дрожащей рукой Ивашкин повернул диск замка четыре раза, дождался щелчка и с силой провернул ручку.
Фух, слава богу, все было на месте. Сейф, доставшийся по наследству от Константинова, хранил от него же и оставшиеся богатства — казна гнезда. Конечно, сейчас там меньше, чем было — некоторое количество было пущено в оборот. Но вот только все то можно списать, все хранилось в виде ноликов и единиц на компьютерах. А вот в сейфе все было материально. И карты на предъявителя, до счетов которых докопаться невозможно, все лица подставные. Зарплату хотите? Будет вам зарплата.
Ивашкин отложил несколько карт в карман и закрыл сейф.
  
Глава 25
 
Упырево, поместье графа Константинова
— Все, готово! — усталая, но довольная Лами оторвалась от экрана.
— Ушло?
— Ага. Ушло. Все ушло. На наш оффшорный счет на Кайманах. Вовремя ты тогда его сделал.
— Да, ох уж эти Кайманы, — я закатил глаза к потолку.
Хорошо мы в свое время порезвились в этом райском уголке для отмывки бабок. А Лами в своем символическом купальнике из трех маленьких треугольничков хорошо попиталась желающими провести с ней ночь.
— И сколько там осталось?
— Ну, если плюс-минус… Почти две сотни миллионов в имперских золотых рублях.
Я аж присвистнул. Не знал, что я настолько богат. Пусть частично это деньги гнезда и имперские займы, но…
— Как ни странно, Ивашкин приумножил твое состояние.
— Ага, используя мои связи в мире бизнеса и финансов, — хмыкнул я. — Хоть не просрал все походя.
— Теперь просрал, — хихикнула Лами. — Сидит сейчас на измене и думает, как жить дальше. А договоров с бриттами у Российской Империи нет. Так что денежки — тю-тю!
— Ничего, покойнику деньги не нужны. Даже заложному, каким, по сути, он и является.
— Теперь надо сделать его таковым. И чтобы не воскрес. Твой ход!
— Надо бы предупредить Астафьева…
— Не, не надо, — оскалилась Лами. — Ты же собирался сделать его своим консильери? Вот и посмотрим, как себя проявит. Заслужит или место, или осиновый кол. В конце концов, он предупрежден, что скоро его нынешний хозяин внезапно скопытится с концами. А ему надо лишь вовремя подсуетиться, и сделать так, чтобы все прошло по-тихому.
— Эх, если бы не было гарнизона в городе, да Краснов бы не проявил излишнее рвение…
— Были бы у бабушки сопла, она была бы ракета-носитель, — хмыкнула Лами. — Нечего думать. Ты хотел к своему бывшему дому на танке подъехать и выстрелить от избытка чувств в окно? Не получится. Силовики не потерпят такого извращенного непотребства.
— Значит, придется действовать по старинке.
— Ничего, «Волка» возьмем. Гатор хорошо за пулеметом работает. Да и я не промах, — подмигнула она мне.
— Тогда едем.
Устьевск, окраина
Въехали в город мы через ворота оборотней, и на «Волке», пока без пулемета на вертлюге. Чтобы мусора по дороге не прицепились.
Встречал нас сам Эрик, собственной персоной.
— Что, начинаете? — спросил он с затаенной надеждой.
— Да. Прямо сейчас.
— Пора. Хватит уже Муму вертеть, — осклабился он.
— Ты своих предупреди, чтобы под руку не влезли.
— А кто будет работать? — спросил он.
— Бригада Лопаря.
— Уй-ей! Они же полные отморозки! — потряс головой он.
— Самое то. Учитывая, сколько бойцов в дружине у Ивашкина…
— Они сейчас демотивированы. По слухам, он сегодня деньги им не даст. Да и расправа с охотником им не понравилась. Кто-то стрелки перевел на Ивашкина, что, дескать, этот чертила и нанял охотника. Сам понимаешь, у многих Других от этого зачесались кулаки. А также зубы и когти. Вампиры теперь, как это по-умному, нон грата.
 
— А ты не умничай, — посоветовал я ему. — Но да, охотника вызвали альфы, только по мою душу. Так что Ивашкин здесь замешан полностью.
— Зато эти слухи и тебе помогут, — ухмыльнулся он. — Посеять панику в рядах обороняющихся.
— Боюсь, нам будет не до разговоров.
— Это да. Но формально ты должен зачитать ему претензии согласно кодексу Клыка и Когтя…
— Время чтения вслух на ночь прошло, Эрик. Сейчас другой случай.
— Хорошо, я прикажу своим усилить охрану границ района, — кивнул он. — Чтобы желающие убежать не нашли приюта у нас.
— Я разрешаю тебе делать с ними, что захочешь, — сказал ему я. — Если бежит на чужую территорию — значит, он вне защиты гнезда и мой враг. А ты знаешь, что делать.
— Ага, — Эрик хлопнул ладонью по крыше машины, давая понять, что разговор окончен.
Я тронул машину с места и поехал к Лопарю.
— Хорошо-то как! Птички поют, людишки ходят… — Лами с наслаждением смотрела в окно и как старый акын комментировала, что видит.
Я с подозрением покосился на нее. Проголодалась, что ли?
— Потерпи, — сказал я ей — Тебе сегодня придется наесться до отвала.
— Вами, что ли? — сморщилась она. — Посмотрим. У новообращенных еще ладно, остатки человечности остались. А у старых таким тухляком отдает…
— Ну-ну. Интересно иногда посмотреть на себя со стороны глазами демона.
— Всегда пожалуйста. И это чисто кулинарные предпочтения
К Лопарю я на этот раз попал без проблем. Ждали меня там, на этот раз я явился по предварительному звонку.
— Ваше Сиятельство, — развел руки Лопарь. — Проходите, давно вас ждем.
— С чего это вдруг? — подозрительно спросил я, внимательно разглядывая оболок Лопаря.
Нет, вроде желто-желчных тонов предательства не видно.
— Сколько можно уже ждать и ничего не делать? Пора уже надрать задницу оборзевшему Ивашкину и вернуть старые порядки.
— Твои готовы? — спросил я.
— А как же, — оскалился Лопарь своими желтыми прокуренными клыками. — Только и ждут.
— Сколько их?
— Больше сотни будет. Ивашкину столько не выставить.
— Отбери самых лучших. Желательно, служивших в Императорской армии.
— Уже. Только вот маленькая проблема… — протянул Лопарь.
— Что такое? — напрягся я.
— Половина моих самых умелых бойцов — ночные…
Тьфу ты. Говорили же бетам — не плодить зря сущностей. Ночные вообще считались париями среди вампиров, без Дневных Колец днем появляться они не могли. Понятно, что в кварталах Лопаря хватало место всем и многие соглашались стать хотя бы ночниками, но все равно…
— Сколько у тебя ночников? — спросил я.
— Сотен пять-шесть… Все те, кто не дневные…
— Слушай, ты, часом, не ошибся? — выпучил глаза я. — У меня столько нет. Ты знаешь, почем ведьмы их клепают и продают…
— По пятикратной цене золота, я в курсе, — кивнул он. — И еще не допросишься. Но вы же можете это решить?
Это что, он мне намекает на мои отношения с Линдой? Черт, так еще и жениться придется! Все, блин, обо всем в курсе…
— Вымогатель чертов, — плюнул я и достал из кармана увесистый мешочек. — Вот пятьдесят колец. Сам понимаешь…
— Спасибо, Ваше Сиятельство, — кивнул Лопарь. — Только самым доверенным и нужным. Зато теперь эти пять десятков пойдут за вами до конца.
— Вот только уточним понятия конца. Без необходимости друг другу глотки не рвать, сам понимаешь. Но если почувствуют угрозу — действовать без всяких рефлексий.
— Понимаю, — кивнул Лопарь. — Мы тоже не заинтересованы в лишней крови, наша раса и так малочисленна. Если возможно, обойдемся без этого. Но предателей из числа особо рьяных приспешников мы накажем, извиняйте. Это уже наше условие.
Я хмыкнул. Мне тут начинают условия выставлять? Ладно, придется пока потерпеть, пока не займу свой трон. Вешать будем потом.