Я болен тобой (СИ)

– Все нормально, что в этом институте может быть такого. Я, кстати, в кофейне рядом с институтом по утрам теперь подрабатываю, делаю кофе и всякую мелкую работу по кафе.
Настя не доносит чашку чая до рта, она хочет что-то сказать, но закрывает рот и отворачивается, смотрит в окно кафе, где мы обедаем. Я знаю этот взгляд, так осуждающе обычно смотрит мама, когда она жутко недовольна чем-то, но как выразить свои чувства словами не знает. Обычно мы с папой в такие моменты её просто не трогаем, потом себе дороже, если мама начинает нам всё выговаривать. Но с Настей я не могу отпустить ситуацию, она может представить, чего лишнего, подумать что угодно, и в голове у неё я не смогу покопаться. А я её пока не изучила до конца, чтобы предполагать до какой степени плохие мысли могут влезть в её голову.
– Что? – не выдерживаю я. Пусть уже говорит. Буду разбираться по факту.
– Ты в курсе, что родители тебя сюда учиться отправили?
Нет, думала, что просто захотели от меня избавиться, ха-ха. Думаю, если бы на всё была воля родителей, они бы ни меня, ни Настю никуда не отпускали, они нас слишком сильно любят.
Ну, Настя! Она забыла, что у меня по логике была пятерка?
– Ага.
– Пока мы с тобой учимся, они нас содержат и создают все условия, чтобы мы не нуждались, лишь бы мы выучились.
Так. Поэтому ты до сих пор учишься? Нет, это слишком жестко. Нужно расставить другие акценты.
– Я учусь в финансовом ВУЗе, а не в медицинском, это разные вещи. Прямо, можно сказать, кардинально разные, Настя.
Я никогда не прогибаюсь под чье-то мнение, если оно противоречит моему, хоть Настя и моя сестра, но соглашаться с ней в этом вопросе я не намерена. Она может жить как ей нравится, а я считаю по-другому, всегда нужно думать своей головой, чтоб потом не перекладывать ни на кого ответственность за последствия. Настя, видимо, почувствовав мой настрой тоже уводить нить разговора в другую сторону:
– И тем не менее. У тебя ещё не было ни одной сессии. В конце концов, в свободное время нужно отрываться с друзьями, гулять, развлекаться, а не работать, ещё и в семнадцать лет.
– Так это будут дополнительные расходы для родителей, развлекаться бесплатно невозможно. Ты просто сама давно не развлекалась.
Да и есть пельмени надоело, хочется рыбку в духовке и суп с фрикадельками. Проблема только в том, что даже если нам дать больше денег, наших с Настей фантазий и времени хватит только на пельмени. А мама со своими обедами далеко.
– Тогда иди на курсы языковые, хотя бы польза будет.
Вот лиса!
И всё же этот разговор меня уже напрягает. Какая она непробиваемая.
– Не вопрос. Пойду, но работать всё равно буду. За совет спасибо. Если с сессией будут проблемы – обещаю сразу брошу работу и буду только учиться.
Уступаю, лишь бы отстала. Если она расскажет родителям в таком ключе про мою работу, то предстоит еще один тяжелый разговор. А мне это не надо, нужно подготовить их морально, думаю сделать это на зимних каникулах при встрече.
По дороге домой, в машине, переписываюсь с Женей, он присылает фотки улиц Лондона и его пригорода, описывает свое впечатление от жизни там и последняя его смс вообще заставляет меня с трепетом отложить телефон и впасть в легкий ступор:
«Мне тебя здесь очень сильно не хватает. Я бы хотел, чтобы ты была здесь.»
Зачем? Я за него в баскетбол там точно играть не смогу, да и он сам говорил, что учеба там достаточно простая. Неужели он имеет в виду…? Я ему важна как девушка? Но… ладно, не хочу даже об этом думать. Я никогда его не представляла как своего парня.
Пожалуй, оставляю это сообщение без ответа.
 Глава 15 
Утром в понедельник иду на работу, но думаю о том, что ждёт меня в институте. Пятничная поездка с голубоглазым демоном до сих пор царапает душу. Бьёт холодком по венам. Топит меня на суше. Мой первый нелепый поцелуй, да ещё и с ним. Нужно обязательно выяснить с кем и на что он поспорил. Узнать его мотивы. Не верю в то, что он хочет со мной встречаться. Мне казалось, что предложение встречаться нужно делать как минимум знакомому человеку, и не запихивая в машину, а в какой-нибудь романтической обстановке. Вот гад! Опять мысли о нём заняли весь мой мозг. Нужно дождаться ответа от Паши и, уже исходя из того, что он наковыряет, решать что делать с дьяволом. Может, просто пригласить его на кофе и нормально поговорить, без этих запугиваний, узнать как он вообще додумался до того, что ему нужно со мной встречаться. Жаль, что это всё может сработать только если он нормальный, а если он реально двинутый псих, что мне тогда делать?
 
На работе Кости нет, но вышла новая сотрудница вместо Кости. Я рада, потому что прошлая неделя показала, что готовить кофе без остановки по утрам – это вообще не моё. Запах приятный, работа простая, но рутина добивает. Лучше я буду в роли поднеси-унеси-убери стаканчики.
Андрей приходит только к десяти, народу в кофейне у нас с утра полно, чем холоднее и мрачнее становится на улице, тем больше у нас клиентов.
– Есть новости про Костю?
– Он ещё в больнице, зайди ко мне, есть разговор, – что за разговор? Андрей никогда не вызывал меня на разговор, что-то не так в моей работе? Я вроде сносно готовила кофе в экстремальных условиях, никто не жаловался.
Захожу в подсобку, и мои глаза читаю непонятную мозгу картинку, Андрей протягивает конверт и бумажки формата А4.
– Спасибо, что выручила на прошлой неделе, но дальше нам не по пути. Вот твой расчёт.
Я в шоке открываю рот и поднимаю брови. Что произошло?
– Не поняла? Ты меня увольняешь?
– Можно сказать и так, но ты всегда можешь зайти за чашечкой кофе за счёт заведения. Ты меня очень выручила на прошлой неделе.
– Ясно, ладно, – беру расчёт, подписываю бумагу и вылетаю из подсобки.
Ничего не ясно, но оставаться тут не хочется. Выхожу из кофейни, до начала занятий ещё далеко, и я решаю поехать погулять в центр, пройтись по бульварам и остыть в этот холодный день, потому что изнутри я горю от злости.
Я прекрасно знаю, что ещё в жизни ничего толком не умею, у меня еще пока нет никакой профессии, только огромные амбиции. Но в то же время, я в себе не сомневаюсь, мне в жизни удалось справиться с трудностями и посложнее, потеря работы в кофейне меня не должна ломать. Это была всё равно временная мера, скоро мне исполнится восемнадцать, и я пойду искать себе работу на парт-тайм в аудите.
Гуляя по Александровскому саду, подмечаю, что в будние утром здесь людей нет совсем, а те, кто есть – явного вида туристы. Несмотря на мрачную погоду, прохожие попадаются с хорошим настроением. Только я выгляжу угрюмо и расстроено. Выхожу из парка и иду в сторону Арбата, там всегда такая атмосфера приятная, можно на книжных развалах покопаться в поисках чего-нибудь интересного, послушать городских музыкантов или просто посидеть в кафешках и попялиться на прохожих. С тем уровнем грусти, которая наполняет меня сейчас, Арбат – это лучшее решение уличной прогулки!
Через полчаса я уже топчусь возле баяниста на Арбате, ветерок пронзает насквозь, а я без шапки, настроения всё также нет, но баянист старается мне его поднять. А я в ответ думаю поднять настроение ему, достаю конверт с расчётом, открываю и шокировано смотрю внутрь, не веря своим глазам. Тут зарплата месяца за два, Андрей ошибся? Ничего не понимаю, но и писать ему, спрашивать, не хочется. Это так он откупиться от меня захотел? На случай если я расплачусь горькими слезами или устрою скандал… Ужасно.
Настроения ехать на учебу теперь нет совсем, один день пропущу, просто поеду домой и пострадаю из-за увольнения с бутербродом и чаем с лимоном, мне нужно отогреться.
Через пару часов приходит сообщение от Антона:
«Ты где?»
Что там могло случится, вроде бы им от меня сегодня домашки никакой не надо, зачем я ему? Но вступать в какие-то глубокие разговоры не хочется, поэтому я отвечаю в рифму:
«На бороде.»