Неподходящий (СИ)
Сергей осторожно повернулся и снова посмотрел на нее, мирно спящую на соседней подушке, и затем лег рядом, признавая поражение: самостоятельно Киру ему не разгадать.
Проснулся он, несмотря на свои индивидуальные полуночные посиделки, первым. Сквозь неплотно зашторенные портьеры лился яркий солнечный свет и бил прямо в глаза, пробуждая. Зажмурившись, Сергей полежал в кровати еще несколько минут и затем тяжело вздохнул. Пришлось смиренно принять, что даже подремать не получится: слишком ясным оказалось субботнее утро.
Угловым зрением он видел, что Кира продолжает спать в бежевом коконе из одеяла и постельного белья. Все так же беззвучно и неподвижно. Нарушать ее покой не хотелось, а вот смотреть на нее такую, нежную, расслабленную и сияющую в лучах утреннего солнца аки херувим с открытки, хотелось очень.
На миг картинка перед глазами показалась Сергею едва ли не идиллически гармоничной. Удивительно, но сейчас его устраивало все: спящая в его постели женщина, тишина вокруг, погода за окном и приятная удовлетворенность в теле, ничуть не омраченная утренней эрекцией. Впрочем, не будь Кира без одной ночи девственницей, Сергей, разумеется, пересмотрел бы сценарий текущего часа. Пока же оставалось только аккуратно выпутаться из простыней и тихо ступить на нагретый солнцем паркет.
За его спиной Кира вздохнула и завозилась на постели, но не проснулась. Захватив телефон и ноутбук, Сергей вышел из спальни и прикрыл за собой дверь.
Кухня, окна которой не были обременены шторами, встретила его во всем великолепии сверкающего на солнце гарнитура. Оставленные с ночи полупустые бокалы, разбросанная на полу одежда и выдвинутые стулья казались частичками иной, не уместной в этой обители домашнего уюта, вселенной. Особенно странно было заметить характерные следы на гладкой, лакированной столешнице.
Отчетливые отпечатки ладоней и смазанные — тела заставили Сергея ненадолго замереть. Нахлынули воспоминания о прошедшей ночи: жаркие, будоражащие, яркие. К едва начавшему опадать члену вновь прилила кровь. Тело налилось тяжестью и мозги уже понемногу затуманивались.
Сергей потряс головой и заставил себя отвести от стола взгляд. Стоило отвлечься. И поскорее.
Добравшись до кофемашины, Сергей с большой радостью сосредоточился на рядах маленьких кнопочек и мысленно впервые искреннее поблагодарил Яра за подарок на прошлый день рождения. Будучи его лучшим другом и по совместительству кофейным гуру всея Москвы, Ярослав, естественно, не мог не купить самую крутую и, соответственно, не самую простую в управлении модель.
Правильные настройки Сергей с переменным успехом запоминал месяца полтора, часто предпочитая возне с температурой воды, помолом зерен и нагревом молока простую платежную операцию по банковской карте в ближайшей кофейне все того же Ярослава. Со временем, правда, кофемашина вошла в его ежедневную рутину: не любил он, когда вещи занимали место и не приносили пользы.
Под шум молотящихся зерен Сергей, наконец, убрал со стола бокалы и стер следы ночи, поднял с пола одежду и сложил ту стопкой на ближайший стул. Пока варился кофе, успел и проверить телефон, и включить ноутбук в надежде немного поработать, если Кира проспит достаточно долго, но расслабленное состояние и ума, и тела здорово сбивало с пути продуктивности и трудоголизма.
Сергея хватило на пару глотков кофе и три прочитанных электронных письма. Пальцы, летая над тачпадом и клавиатурой, сами зашли в браузер и открыли сайт одной из наиболее популярных социальных сетей. Они же вбили в поисковую строку два слова: «Кира Охрицкая».
Нужный Сергею профиль оказался вторым в представленном списке пользователей. Он торопливо нажал на миниатюру аватарки и с несколько чрезмерным для взрослого и рассудительного мужика интересом принялся изучать всю доступную информацию.
К счастью его разыгравшегося любопытства, профиль Киры не был полностью закрыт настройками приватности, тем не менее поживиться там оказалось особенно нечем. Всего несколько фото — и на тех Кира в довольно скромных образах, никаких постов, кроме парочки до сих пор злободневных, но давненько сделанных репостов, пустые графы с увлечениями и любимыми книгами—фильмами.
Против воли и логики Сергей почувствовал разочарование, хотя надеяться, что в профиле юриста в самом деле будет кладезь интересной или полезной информации, мог только глупец. Почти закрыв страницу, он машинально взглянул на дату рождения и нахмурился. Пришлось посчитать.
Сергей неопределенно хмыкнул и усмехнулся. Если только Кира Охрицкая не страдала виртуальным кокетством, то по всему выходило, что до двадцати пяти ей требовалось прожить на этом свете еще три года.
— Доброе утро.
Сергей поднял голову от экрана и не смог сдержать улыбки.
На пороге кухни стояла Кира, завернутая в одеяло с головы до ног. Вне постели и положения лежа она походила на нахохлившегося воробья: волосы растрепаны, под глазами темные разводы косметики, лицо чуть опухло, в глазах — настороженность.
— Уже проснулась? — Сергей захлопнул ноутбук. — Доброе.
Кира сделала несмелый шаг вперед.
— Нальешь мне кофе?
Глава 14
— Тебе удобно? — поинтересовался Сергей насмешливо, когда Кира наконец справилась с объемным одеялом и устроилась за столом.
— Вполне. — Она пожала плечами.
Поставив перед ней чашку со свежесваренным кофе, Сергей вскинул бровь и с сомнением в голосе произнес:
— Точно? Могу дать тебе футболку.
Кира, потянувшаяся было за кофе, замерла и подняла на него глаза.
— А что же не рубашку? — Прозвучало очень язвительно. — С футболкой эстетика не та, знаешь ли. — Собственное смущение она поспешила спрятать в глубине чашки.
В ответ Сергей неопределенно хмыкнул и покачал головой. Еще пару секунд он оставался на месте, а после все-таки вернулся за стол.
Кира вздохнула с облегчением. В ней, как выяснилось, совершенно отсутствовало желание после проведенной с мужчиной ночи непременно вырядиться в его одежду. Что-то останавливало.
Нелепо, но для подобной интимности она и Сергей как будто были недостаточно близки. С каждой пробившей с пробуждения секундой Кира лишь сильнее чувствовала, что секс разрушил прежнюю легкость их общения.
Возможно, так думалось только ей одной: угадать мысли и чувства Сергея она пока не сумела. Спокойный, будто бы полностью довольный мужчина. Судя по присутствующему на столе ноутбуку, еще и успевший с самого утра поработать или на худой конец посидеть в сети.
Сонное спокойствие постепенно улетучивалось, и Кира уже улавливала в себе первые признаки тревожности. Осознание случившегося ночью накатывало на нее волнами, одна мощнее другой, и воспоминания короткими временными эпизодами всплывали на поверхность, но в собственную к ним причастность едва верилось.
Безграничные поцелуи, откровенные прикосновения, громкие стоны и низкие хрипы — все это словно прожил кто-то другой. В самой Кире не изменилось ничего.
Она не превратилась вдруг в ж-е-н-щ-и-н-у. Ей не явилось откровение. Даже уверенности в общении с Сергеем не прибавилось ни на грамм. Скорее, наоборот, прошлые расчеты траекторий теперь стали бесполезны, а новые еще предстояло произвести в будущем. В настоящем же оставалось плутать в неуютной неизвестности без страховки и уверенности в собственных силах.
С неохотой Кира была готова признать, что, кажется, нервничает. До начинающего мелкого дрожания пальцев и затмения разума. Последнее, если честно, пугало до ужаса.
Вперившись взглядом в черный кофе, почти до краев наполняющий выданную ей Сергеем белую чашку, Кира старательно и совершенно безуспешно искала варианты дальнейшего поведения и возможного разговора. Растерянность не желала откланяться, как и дезориентирующая — то ли результат прошлой ночи, то ли нынешних нервных переживаний — слабость в теле.
Собственно, только в это мгновение Кире наконец вспомнились логично вытекающие из прощания с девственностью физические последствия вроде тянущей боли и дискомфорта внизу живота и между ног. Прежде прислушиваться к собственному организму ей было не досуг: стоило открыть глаза, как мысли о неминуемой встрече с Сергеем в пределах его квартиры пришли быстрее всех прочих.