Тени школы Кейбл
Я горда тем, что умру ради женщины, которая изменит все. Единственное, о чем я сожалею, — это то, что я не увижу, как ты превратишься в женщину и будешь наслаждаться радостями материнства, теми радостями, которые предстоит испытать мне, воспитывая тебя, зная, что ты последняя в роду и рождена, чтобы пробудить девятерых.
Ее судьба сокрыта в камне,
Ведь трон ей прочат издавна.
Последняя в роду и символ славных,
Она последняя, кому та жизнь дана,
Любовь ее, учитель, ложь,
Ее судьба предрешена.
Когда невинные погибнут,
Появятся все девять дев.
Ты первая Героиня из пророчества Контанала, дитя. Ты — надежда нашего народа. Ты должна предотвратить войну, которую предвидели и Контанал, и многие другие.
Дитя, Леди Героиня, поспеши найти союзников и побыстрее отправляйся на поиски остальных Героинь. Время — твой главный враг.
При жизни и после смерти,
Проф. Р. Элсаммерз,
Герцогиня Английская
Нет.
Нет!
Она пала невинной жертвой. Она умерла из-за меня!
Вот что так долго скрывали от меня Атенеа. Вот почему она умерла…
Тяжесть вины толкнула меня вниз, и, повинуясь ей, я упала без чувств.
Где-то в глубине души я надеялась, что больше никогда не очнусь.
Глава 28
Отэмн
Леди Героиня Отэмн Роуз Элсаммерз, герцогиня английская.
Мне не была важна судьба королевства, но важен был он. А еще я его ненавидела. Я переживала потому, что стала причиной смерти бабушки, и ненавидела то, что она рассказала мне, кто я. Кроме них двоих, меня ничего не волновало, и этот факт пугал меня больше всего на свете, потому что, когда меня ничего не волновало… именно тогда мое сознание скатывалось в темноту…
— Отэмн, с тобой все в порядке? — прошептал мне кто-то на ухо. Это была Ти, которая взяла меня за руку и крепко сжала ее. — Ты выглядишь такой грустной. Хочешь, я схожу с тобой к нашему школьному психологу? Она классная и очень мне помогла, когда Валери надо мной издевалась.
Какая она все-таки сильная! Она посмотрела смерти в лицо, но это ее совсем не изменило.
— Со мной все в порядке, но все равно спасибо.
Это ты обо мне говоришь, бабушка?
Я повернулась, чтобы улыбнуться Ти, но что-то на дальнем конце поля привлекло мое внимание. Там поднялась суматоха, небольшая группа людей собралась вокруг чего-то синего, что лежало на земле. Инстинкт подсказал мне, что это тело, и я не ошиблась. На земле лежала Валери Дэнверс, а подруги бешено трясли ее за плечи. Стоявшие вокруг доставали телефоны: кто-то, чтобы заснять на видео; другие, более сознательные, прижимали аппараты к уху. Пока я смотрела, от группы отделилась фигура и бросилась к главному корпусу школы. Еще секунду я смотрела не отрываясь — секунду, пока Валери продолжала лежать без движения. А потом подскочила и быстро — быстрее любого человека! — побежала через поле.
Фэллон бежал следом, но первой добралась я. Оценив скорость, с которой мы двигались, все возрастающая толпа расступилась, я упала на колени возле Валери и обратилась к ее подруге:
— Что случилось?!
У той катились слезы из глаз, но она все-таки смогла взять себя в руки и унять рыдания.
— Мы просто разговаривали, и вдруг она упала. Я звала ее по имени, трясла, но, кажется, она не дышит!
Осторожно запрокинув Валери голову на случай, если она ею ударилась или ушибла шею, я проверила, не блокирует ли что-нибудь дыхательные пути. Ничего не было. Тогда я прислонилась щекой к ее приоткрытым губам и стала ждать, когда же почувствую ее дыхание. Я все ждала и ждала…
— Нет, она не дышит, — сказала я как можно спокойнее, молясь, чтобы Атаны оказались где-то рядом.
Фэллон опустился на колени с другой стороны от Валери. Я подняла на принца глаза и не увидела на его лице ничего, кроме решительности и беспокойства.
— Дыхательные пути чистые, но она не дышит. Искусственное дыхание делать умеешь? Начинай! — велела я, прекрасно зная, что, как и любой другой Сейдж, он умеет оказывать первую помощь. Магия нередко выходила из-под контроля, а когда не знаешь причину проблем, целительные заклятия могут только навредить еще больше. — Кто-нибудь вызвал «скорую»? — спросила я и с облегчением услышала несколько утвердительных ответов.
Я подозвала подругу Валери. Она посмотрела на меня полными мольбы глазами, и на долю секунды мне показалось, что последних восемнадцати месяцев просто не было. Я тряхнула головой, чтобы не думать об этом.
— Она чем-нибудь болеет? Есть какие-нибудь проблемы с дыханием?
Подруга громко всхлипнула.
— Она иногда курит… А еще она говорила, что все выходные плохо себя чувствовала.
Я тут же принялась обыскивать Валери в поисках специальных медицинских бирок или брелоков15, даже подняла рукава, чтобы проверить, нет ли на ней браслета.
15
Пациенты с серьезными заболеваниями часто носят специальные опознавательные знаки, например браслеты или брелоки, которые предоставляют необходимую информацию для оказания медицинской помощи, даже если человек находится без сознания.
От увиденного у меня замерло сердце.
Фэллон опустил глаза на то, что я обнаружила, на несколько минут застыл. На тыльной стороне ее запястья, на нежной коже виднелись несколько длинных темных чернильных отметин. Они извивались вместе с венами, будто кто-то ударил Валери авторучкой и ввел ее содержимое в руку.
— Магия крови, — выдохнула я, обращаясь к принцу на сейджеанском, чтобы не напугать стоявших вокруг.
Толпа становилась все больше. Здесь уже были почти все ученики младшей школы и несколько ошарашенных учителей, которые пытались их успокоить, после того как некоторые увидели руку Валери.
Фэллон отскочил и перестал делать ей массаж сердца, потому что с каждым нажатием на грудную клетку яд — а именно так он выглядел — поднимался на несколько миллиметров выше.
— Делай только искусственное дыхание, — быстро сказала я, проверяя, нет ли признаков темной магии на другом запястье.
Дальше я действовала с похолодевшим от ужаса сердцем, потому что осознала, что забыла о самом важном правиле оказания первой помощи: удостовериться в безопасности местности. Магия крови не появлялась из ниоткуда, у нее всегда был источник.
— Отойдите! Я сказала: отойдите! Вы что, оглохли?!
Я вздохнула с облегчением, когда раздался зычный голос Эдмунда, и тут же стала через ментальную связь пересказывать ему все симптомы. Расталкивая присутствующих, он протиснулся вперед, и я подняла на него глаза, по-прежнему держа запястье Валери на виду у всех. Лучше бы я не смотрела!
Губы Эдмунда округлились в букву о, которую он и озвучил. Он медленно подошел к нам и опустился рядом со мной на колени. На его ладони появился длинный, невероятно тонкий и до ужаса острый металлический инструмент, а в другой руке возникла чашка Петри. Что он собирался делать, я не понимала, а потому просто смотрела, хмурясь и чувствуя, как кожа Валери все больше холодеет.
Он взял ее за запястье и, найдя самую крупную из темных вен, проколол кожу чем-то похожим на большую иглу. Когда он поднял ее, я поняла, что на самом деле это было нечто вроде пипетки, потому что на ее кончике остался шарик жидкости, которую Эдмунд опустил в чашку Петри. Он произнес над ней заклятие и замер в ожидании.
Я все больше нервничала из-за того, как медленно проводилась диагностика, ведь что бы с ней ни сделали, Валери Дэнверс не дышала, а она не вампир.
Содержимое чашки стало само собой вращаться и менять цвет. Тем временем Эдмунд осмотрел место прокола на руке. Рана была крошечная, и даже со своими скудными знаниями по медицине я понимала, что кровь из нее идти не должна. Ее и не было, пока Эдмунд не начал массажировать запястье и не выдавил каплю крови на поверхность.
Но на коже она не осталась. Как только Эдмунд перестал давить, кровь тут же всосалась назад в рану.