Конвейер душ. Часть 2 (СИ)
— Ты сделал что?! Срезал? И сколько у тебя это заняло? Хотя не отвечай, я и так вижу.
Круги под глазами Ниария свидетельствовали о том, что тот не спал всю ночь.
— Придурок. — Палаван плюхнулся на стул. — Да тебе несказанно повезёт, если ты не заразишься. Ты не имел права так рисковать, да ты ещё бриться не начал, тебе жить да жить!
— Я постоянно обрабатывал руки вашей мазью. К тому же …
Палаван его уже не слушал, а следовал по коридорам в другое помещение. «Вашей мазью», «вашей мазью». Она его настолько же, насколько и Сетары. Узнав о свойствах эликсира Нелли, он самолично использовал открытие целительницы, чтобы усовершенствовать своё давнее творение. Скорее всего, именно компонент Сетары и оказал решающее воздействие.
Отодвинув тяжёлую гардину, доктор вошёл в чумное отделение. А, вот и она, да и не одна, конечно же. Нарядившись в средства защиты, представлявшие собой пропитанные раствором маски, в помещении столпилась огромная группа учеников, состоящая преимущественно из асардонцев. В воздухе ощущалось магическое потрескивание и некие золотые блики. Походу, ученики вовсю обучались «премудростям врачевания», тупо наблюдая за работой Сетары. Что за трата времени смотреть на то, чем ты сам никогда не сможешь пользоваться?!
Подойдя поближе, Палаван взглянул на объект исцеления. Ага, кажется вытаскивает очередную тяжело больную с того света.
— Но зачем вы это делаете, госпожа? — Внезапно раздался вопрос от одного из учеников. — Не лучше ли помочь остальным? Эта женщина уже своё отжила.
Какой умный асардонец. Откровенно говоря, Палаван считал также, но поди, объясни это Сетаре. Видать в мире, откуда являются герои, принято спасать всех подряд. Наверное, уровень развития медицины позволяет.
— Пока мы справляемся, и это даёт возможность помочь каждому. — Отметила Сетара, не отрывая глаз от больной.
— Благословенная Асардоном, но почему вы не продемонстрируете своё величие и не используете силу крови?
Ух, Сетару аж передёрнуло от этого обращения. Подняв пылающие золотом глаза, героиня уставилась на одну из учениц.
— Хочешь стать донором? Поделиться своей кровью?
Побледнев, ученица тут же попыталась встать за спины товарищей.
— Сила крови. — Продолжала Сетара. — Требует обязательной жертвы. Либо крови самого заклинателя, либо крови другого лица. Поверьте, чтобы вернуть утраченную кисть понадобится вся кровь одного человека. Оно нам надо?
Зная мировоззрение Сетары, возражений не последовало. Хотя сам Палаван, да и кажется некоторые из присутствующих, волне разделяли точку зрения, что можно пустить под нож пару-тройку ублюдков. Пусть хоть так послужат чему-нибудь хорошему.
И … к тому же, магия крови. Когда Палавану рассказали, что произошло на арене, то он просто не мог в это поверить. Искусство на грани запретного, козырная карта его извечных врагов асардонцев. Но Сетара и тут оказалась на голову сильнее соперников. Другое дело, что использовать эту силу она явно не любила.
Дождавшись окончания спектакля, Палаван попытался подойти к Сетаре, но толпа и множество учеников, желающих обсудить с ним «чрезвычайно важные» вопросы, привели к тому, что он упустил героиню. Нагнав её через пару минут, Палаван увидел её в компании асардонцев, явно болтающих с ней не на медицинские темы. С хмурым видом Сетара рассматривала какую-то карту, выслушивая пояснения активно машущего руками ученика. Затем другой передал ей какое-то письмо, прочитав которое Сетара взглянула на ученика печальными глазами.
Палаван скрипнул зубами. Кажется, он догадывался, о чём говорится в этой бумажке.
— Сетара, доброе утро. Представляете, Ниарий вылечил нашего прокажённого. Всю ночь срезал с него струпья и смазывал моей мазью. Надо как-то запретить подобные самовольные практики. В конце концов, он мог не только себя заразить, но и пациента убить.
Героиня оторвала взгляд от записки и, взглянув на Палавана, попыталась выдавить из себя улыбку. Однако в её глазах стояли слёзы.
— Здравствуйте, доктор Палаван. Что ж, это вполне в его духе. Иногда обстоятельства требуют решительных действий. А по поводу проявленной инициативы, то вы же знаете, что всех работников я осматриваю в первую очередь. Пусть зайдёт ко мне, я осмотрю и исцелю его, если он подцепил проказу.
«В его духе»? Да она его без году неделю знает.
— А что за письмо, если это не секрет?
— Асардонцы убили жену и детей своего коллеги, который открыто ратовал за союз со мной. — Тихо произнесла Сетара.
Ага, он правильно подумал. Очередное донесение. Несколько дней назад Палаван попытался перекрыть этот поток. Сейчас же его потихоньку охватывал гнев. Глядя на Сетару ему хотелось схватить героиню за плечи, залепить ей пощёчину и заорать: «Дура! Сколько ещё ты будешь винить себя в том, в чём нисколько не виновата?! В большинстве своём это фанатичное отрепье, прущее за тем, в ком они чувствуют силу. Да если ты вдруг потеряешь свою мощь, или Асардон лично выскажет своё недовольство, то они первые же принесут тебя ему в жертву».
Хотя надо отдать должное, отношение к асардоцам у Палавана несколько изменилось. Те, кого набрал Фиорий, а затем ещё и одобрила Сетара, пока что показывали на редкость удивительное рвение и желание учиться. По отношению же к Никлию Палаван вёл себя столь агрессивно, так как по сути тот напоминал ему его самого в молодости. Палавану было стыдно перед парнем, но подозревающая всех и вся натура пока что брала верх.
С хрустом Сетара смяла записку в руке, а затем вновь, но уже как-то странно посмотрела на Палавана.
— Доктор Палаван, нам нужно поговорить.
Отлично, давно пора. Лишь только они останутся наедине, он ей вправит мозги.
— Хорошо. В подсобном помещении.
Спустившись в подвал и продравшись через кучу ящиков в затхлую, но достаточно освещённую бьющим из установленной наверху решётки светом, Палаван плотно прикрыл дверь. Сетара стояла спиной к нему и смотрела на решётку. Вокруг ощущалась магическая аура. Скорее всего проверяет не подслушивает ли кто.
— Ну что же. — Резюмировал Палаван. — Тут нас никто не услышит.
Сетара обернулась к доктору.
— Нет, друг мой, боюсь, что услышат. Простите меня.
— Что …
Больше Палаван ничего сказать не успел. Магическая волна сбила его с ног. От удара о стену из глаз посыпались искры. Окутанная магией правая рука героини упёрлась в грудь доктора, сияющий столб золотого света, обёрнутый вокруг руки, продолжил движение и вошёл в грудную клетку мужчины. Палаван закричал бы от сжигающей боли, если бы левой ладонью Сетара не заткнула ему рот.
— Потерпите, скоро всё закончится.
В туже секунду он ощутил шевеление тьмы. Подарочек кардинала Мисдес зашевелился. Словно чёрная рука, он сжимался вокруг сердца, грозя забрать жизнь носителя. Вокруг ударили белые молнии. Внезапно давление прекратилось, доктор ощутил, как ворвавшаяся следом светлая магия, схватила и начала с хрустом заламывать чёрную руку. Золотой же свет исцеления выстраивался непроницаемым барьером, затопляя его сердце.
В ушах раздался стон растворяющейся магии. Палаван наблюдал, как глазам Сетары постепенно возвращается естественный голубой цвет. Пот катился градом со лба героини.
— Ну и мерзость.
Сетара отпустила Палавана и тот, если бы героиня тут же не спохватилась и не поддержала его, так бы и рухнул на грязный пол.
— Это было близко. — Промолвил отдышавшийся Палаван.
— Я сегодня уже говорила, что иногда обстоятельства требуют решительных действий.
— И как вы узнали?
— Я видела, что после возвращения из «своего имения» вы изворачиваетесь словно уж на сковородке. Стали невероятно много если не врать, то не договаривать. В первую очередь по поводу поставщика всех наших богатств, затем о своём визите домой. Далее вы начали отказываться от моего исцеления даже когда серьёзно порезали руку, кроме того расспрашивали меня о странных выражениях, типа «зондирование». Моя же беседа с Мисдес окончательно расставила всё по своим местам.