Конвейер душ. Часть 2 (СИ)

Ещё через несколько секунд девушка стояла на палубе в чем мать родила. Присвистнув, Брейк оторвался от дыры в стене и уткнулся затылком в стену. Неужели этой магии мешает одежда? Видимо из-за этого Кристи и загнала всех в трюмы, а он-то подумал… Брейк хитро улыбнулся. Эх, жаль, что в такой темени ничего не разглядеть. А может все-таки удастся. Не теряя надежду, он снова припал к отверстию. Фигура Кристи все также стояла в центре. Её взгляд был направлен вверх. С ужасом Брейк понял, что они входят в акваторию гавани. Первый солдат уже должен быть прямо над ними на дозорной башне, а Кристи просто стоит. Она его что, очаровать своим видом собирается?!
В ту же секунду Брейка пробрал озноб, как будто задул ледяной ветер. Кристи наклонила голову, а затем её точёная фигурка начала искажаться, постепенно увеличиваясь в размерах. Заворожённо Брейк наблюдал, как руки Кристи удлиняются, спина выгибается вверх, ноги увеличиваются, а ступни превращаются в ещё одно сочленение. Пальцы, теперь видимые даже в такой темени, сверкнули полированным блеском длинных когтей. То, что постепенно вырисовывалось перед Брейком, уже не было человеком.
Трехметровое существо, у которого теперь на руках отрасли ещё и кожистые крылья, наконец распрямилось, а затем просто ушло вверх. Без шума, видимого толчка ногами, взмаха крыльями, как будто его подняли на тросах. Палуба была пуста.
Брейк упал на колени, его трясло, холодный пот лился со лба.
— Да что, мать вашу, да что за хрень тут творится?! — Шептал он, пытаясь хоть как-то осмыслить увиденное.
Кристи — шифтер, ликантроп? Невозможно, он никогда не слышал о такой геройской силе. Но Сетара, к примеру, освоила кровь. Возможно, что и такая сила доступна героям.
— Да, да, так и есть. Классная способность. Надо будет её расспросить. — Успокаивал себя Брейк.
Да и чего ему в конце концов боятся, он «A» ранг всё-таки. В какой бы форме Кристи не была, ему она не ровня. Он уничтожал и более жутких тварей.
В эту секунду Брейк уже собирался распрямиться и тупо идти ждать Кристи на палубе, когда за стеной раздался глухой звук удара, словно что-то упало на дощатый настил. Брейк тут же припал обратно на колени. Ощущение ледяного ветра и панического страха вернулось. Пересилив себя, герой снова посмотрел через отверстие и как раз вовремя. Женская фигурка уже застегивала последние пуговицы жакета.
Сохраняя спокойствие, Брейк тихо вышел из складского помещения и спустился к каютам.
— Кристи просто великолепна. Никогда бы не проверил, если бы своими глазами не увидел. — Начал Брейк с порога, выдавив из себя улыбку и глядя на обернувшихся к нему трех героев. — Бойцы антигеройского корпуса стали совершенно слепошарыми.
— Элита. — Промолвил Гефест, изучая свои ногти. — К нам в «Багровый рассвет» просто так не попадают.
Ага, одни монстры. Кто-то внутри, а кто-то уже и снаружи.
— Мы в гавани. Матросы уже готовятся к швартовке. — Раздался сзади голос Кристи.
Девушка была невероятно бледной. Пройдя в помещение, Кристи выхватила у Гефеста бутылку вина и начала поглощать содержимое.
— Теперь дело за вами.
Через минуту все герои за исключением оставшейся в кают-компании Кристи стояли на палубе, лицезрея пусть и тусклые, но всё же огни огромного города — южной столицы Дедлайта.
— Классная баба. — Пробормотал Айдол, вдыхая ночной воздух и уставившись на приближающийся причал. — Жаль, что Шредер насчёт неё уже всё решил.
— Ага. — Подтвердил Цимерс. — И тех двух шлюх за борт спровадила. Каюта выглядит, как будто и не было ничего.
— Недотрога вот только. — Резюмировал Гефест. — Но горяча. И какой дебил мог подумать, что она погибла в том городке Кормомест?
***
Обычно, когда доктор Палаван переступал порог клиники утром, солнце ещё лишь выглядывало из-за горизонта, и в помещение было ещё пусто. Компанию одинокому доктору составляли лишь немногочисленные рабочие, нанятые Палаваном в рамках протекции со стороны Фиория и Эграмона, да стоящая на посту стража. Каждое утро он успевал проверить все оборудование, степень готовности препаратов, немного убраться и, конечно же, выпить кружку другую своего любимого чая. И лишь затем стук колёс экипажа, ржание лошадей, да тяжёлая поступить ребят из Третьего знамения возвестят о приезде Сетары и Фиолы. Но не теперь.
 
Лишь войдя в помещение под бдительным взором двух тяжеловооруженных воинов, Палаван окунулся в атмосферу суеты и невероятной суматохи. Исследовательская лаборатория, изначально называемая с подачки Сетары «клиникой», в неё и превратилась. Да что там, в настоящую больницу. А в последнюю неделю в натуральный проходной двор.
— Доктор Палаван, наконец-то вы тут. У вчера поступившего больного ухудшение. Я опасаюсь, что это гангрена. Сетара занята, можете глянуть. — Пухлая, низенькая, розовощекая девушка, одна из первых их… хм… учениц переживала и смешно топала ножками.
— И тебе здравствуй, Никлия. Показывай, где он сейчас.
Вконец засмущавшаяся девушка заспешила вперёд, легко уворачивась от многочисленных препятствий.
Еле поспевая за ней, Палаван бросал хмурые взгляды из стороны в сторону. На самом деле сейчас он был невероятно вежлив с ученицей. Выступая радикально против набора учеников, он ещё пару недель назад не хотел даже разговаривать с ними, видя в каждом агента асардонцев. А теперь…
Чуть не сбив его с ног, из-за угла вылетели двое молодых людей с носилками и ещё одна девушка, что-то прощупывающая у пациента на ходу. Вся троица была одета в характерные наряды с преобладанием синих тонов. Доктор мрачно проводил их взглядом. На фоне этих он был готов расцеловать любого обычного служащего. Асардонцы! Молодая поросль, якобы поклоняющаяся Сетаре, а по факту любой из них может всадить нож в спину. Уж кто как ни он был не понаслышке знаком с этими индивидами.
После страшных событий полторы недели назад, когда посреди бела дня на клинику напали, и только подоспевшие лояльные силы уберегли их от гибели, началось вот это: массовый приход в основном молодых асардонцев, желающих обучиться премудростям медицины «благословенной Сетары». Палаван был в шоке и даже наорал на самого Фиория, который отрядил «компетентные» силы для проверки каждого. Затем досталось и Сетаре.
— А, вот он где.
Состояние поступившего мужчины было не ахти, но предварительный осмотр позволил понять, что это не гангрена, но ногу, возможно, все равно придётся ампутировать.
— Доктор Палаван! Ой, привет Никлия.
— Ох, Ниарий.
Казалось девушка ещё больше засмущалась из — за подошедшего молодого человека. Лицо Палавана стало непроницаемо как лёд. Уже давно доктор прозвал Ниария «первым асардонцем».
Почти три недели назад, когда они ещё работали с небольшой группой учеников, как-то под вечер этот кадр появился у ворот их клиники. Не скрывая, что он из асардонцев, тот начал рассказывать, что разочаровался в «догматической медицине», что видел, как работают лекарства Сетары, что учился на работах Палавана. В общем, тогда доктор выгнал его взашей. А теперь вот, он здесь.
— Доктор Палаван, я хотел сообщить, что ваша мазь, она работает! Она просто невероятна!
Да ты что? А он-то, наверное, полагал, что всякую ерунду смешивает и смотрит на результаты. В это время Палаван уже успел сделать себе первую кружку чая и лишь процедил:
— Хорошо.
— Да. Мне удалось вылечить Иакирия.
Охнув, Никлия закрывала ладошками рот. Палаван же по инерции подавился набранным в рот чаем, выплеснув половину обратно.
— Ты совсем рехнулся?! Ты к нему прикасался? У него проказа. Сетара только собиралась им основательно заняться, но и то не гарантировала результата.
 
— Но теперь он здоров.
Через несколько минут Палаван уже осматривал исцеленного, не веря своим глазам.
— Но струпья, это мёртвая плоть, они не могли сами собой исчезнуть!
— Я все срезал, а затем использовал мазь. Чтобы он не страдал во время процедуры, я использовал вашу настойку из корня туманника.