Любовь Зла, или На побегушках у демона

Девчонка изучала всё, что связано с магией и метафизическими проявлениями, ментальными в том числе. Наверное, станет инспектором, будет проверять магические министерства и академии. Скучнее занятия быть не может.
Дэмиан не очень умел фантазировать, но смог в красках представить жалкое существование человечки.
Он в принципе был безразличен к людям: что они есть, что их нет, своих дел хватало. Скорее он считал людей бесполезным набором костей и мяса в кожаной обертке, но если уж выбирать между магом и обычным человеком, то маг был интереснее. Но человечка, смотрящая со снимка своими невинными глазищами, магом не была…
– Ничего примечательного… – протянул Дэмиан, переключая внимание на краткую биографию бесполезного существа, которую раздобыли ищейки отца.
Девчонка увлекалась изучением магических животных, в частности птиц и даже одну смогла приручить. Говоруна-сизокрылого. Хоть что-то.
Говоруны не отличались дружелюбностью, приручить их в природе практически невозможно. Порой птицы вели себя агрессивно по отношению даже к своим сородичам. Обитали в глухих лесах Приграничья, поэтому наткнуться на них случайно – невозможно. Нужно искать.
Но зачем человечке говорун?
Кроме этого таинственного факта, во всём остальном девчонка по имени Рони Уинтер была самой обычной.
Отличница, примерная дочь своих родителей, тихая…
Дэмиан захлопнул папку, задумчиво побарабанил пальцами по столу.
«Человечка не протянет и двух недель…» – возникшая мысль успокоила.
Рони Уинтер сама сбежит из Хаоса, проклиная Оракула за глупые шутки, даже делать ничего не придётся, просто быть собой. Тем, кем Дэмиан является с рождения. Злом во плоти…
 
Глава первая
 
Рони заправила белые брюки в высокие до колен сапоги, поправила красную с кремовым воротником блузку, накинула сверху синий жакет и окинула себя придирчивым взглядом в отражении прямоугольного ростового зеркала.
– Тебе не кажется, что парадная форма выглядит слишком…
– Без-вкусно? – пророкотал с жердочки говорун. Нахохлился, коротко взмахнув сизыми крыльями.
– Эм-м… – Рони склонила голову набок. – Пожалуй, ты прав. Безвкусно. – Она подошла к столу, взяла в полукруглой оправе очки, нацепила их на вздёрнутый нос, испытав некоторое облегчение и чувство защищённости.
… за оптическими стёклами мир не казался таким враждебным, да и лучше без очков никуда не выходить. Мало ли, кто что заметит…
Сняла со стула сумку с учебниками, повесила её на плечо и вернулась к зеркалу.
Подумав, убрала светло-русые волосы с боков заколками.
– Глупый образ завершён, – улыбнулась Рони. – Идём?
Говорун слетел со своего наблюдательного поста и приземлился на уже родное и такое удобное плечо. За семь лет он ни разу не расставался со своей «маленькой хорошей девочкой» и не оставлял её надолго одну. Образовавшаяся между ними однажды связь с годами только крепла…
В академии не сразу привыкли. Всё же магическое существо, неизвестно как поведёт себя среди людей, да и не разрешали держать в корпусах домашних питомцев…
Грегори Уинтеру пришлось постараться, чтобы получить разрешение на содержание говоруна в академии. Даже пройти бюрократический ад. Два раза. Но на что только не пойдёшь ради любимой дочери. Любимой и единственной.
Рони вышла из комнаты, заперла дверь на ключ, бросила его в сумку и, несколько раз выдохнув, влилась в общий поток адептов. В коридорах корпуса царило непривычное оживление, которое случалось только раз в году. На День Мира. В остальные дни ученики академии вели себя лениво и даже прилежно.
– Ты раз-ве не вол-нуешься? – спросил говорун, поджимая сначала одну лапку, затем вторую, словно озяб или наоборот разминается.
– А чего волноваться? – поинтересовалась Рони, придвигаясь поближе к стене, чтобы ни с кем случайно не столкнуться.
… Рони не любила людей. А они её. Между ней и другими адептами царила взаимная устойчивая неприязнь. Рони сама задала планку и не обманывалась: у неё никогда не будет друзей. Не потому, что не хочет их… Хочет. Но позволить не может, слишком рискованно…
 
– Оракул на-зовёт имена… – прострекотал говорун.
Рони убрала со лба непослушную прядку.
– Этот день будет таким же, как и во все предыдущие годы. Мы услышим очередные имена «везунчиков» и отправимся на занятия. Отличие лишь в том, что в остальное время мы носим обычную серую форму, а сегодня вот… парадную.
Говорун недовольно встрепенулся.
– А я вот вол-нуюсь… Не нра-вится мне этот День Мира…
– Он и не должен «нравиться», – беззлобно усмехнулась Рони, поворачивая к лестнице. – Этот день нужно принимать, как необходимость по сохранению баланса между Верхним и Нижним мирами. В один год – человек служит демону, в другой – демон человеку. В этом и есть баланс мироздания. Важно не нарушать его.
– А если Оракул назо-вёт твоё имя? – не унимался говорун.
«Ну до чего болтливая птица…» – мысленно вздохнула Рони.
– Этого никогда не произойдёт. Оракулу приходит видение… он выбирает достойных, способных справиться с поставленной задачей. А это не я. Я трусиха и слабачка…
– Мне-то не расс-казывай… ска-зки… – с нотками недовольства прострекотал говорун. – Не-навижу, когда ты лжёшь сама себе и мне заодно…
– Закрыли тему, – отрезала Рони и шустро сбежала по лестнице на первый этаж.
***
В зале объявлений царил шум и неразбериха. Адепты пихали друг друга локтями, пытаясь пробраться поближе к всевидящему оку – так назывался двухметровый многогранный кристалл, установленный в центре. По нему происходило вещание: так Великий Оракул связывался с людьми, доносил до них важные видения.
В День Мира все жители, населяющие Верхний мир, должны были собраться у всевидящего ока, которые были установлены в работных домах, в зданиях управления, в храмах и школах, на площадях… Тех, кто пропускал вещание, сурово наказывали, но таких глупцов почти не находилось. Беги не беги, а если Оракул назвал твоё имя, служители Ордена Света из-под земли достанут со всеми потрохами, мёртвого приведут. Конечно, Оракул никогда не называл имена старых, больных, немощных, но это нюансы…
– Интересно, кого в жертву демонам принесут в этом году? – раздался сбоку флегматичный голос, заставивший Рони немного повернуть голову вбок.
Парень, прислонившийся к стене, равнодушно грыз яблоко.
– Тише ты… – шикнул на него рыжий, взъерошенный будто воробей, мальчишка. На вид он казался даже младше самой Рони, а ведь она выглядела совсем юной. – Услышат ещё… поборники добра и света…
– И что? – равнодушный парень пожал плечами и вновь вгрызся зубами в яблоко. – Я не боюсь отправиться в ад, а весь этот «мир», ради сохранения баланса мироздания, такая чушь. Люди хотят присоединиться к демонам, потому что те могущественнее их…
Рони вернула внимание кристаллу. Её не особо волновало о чём говорят другие, скоро все разойдутся, зал опустеет и начнётся совершенно обычный скучный день, как и все предыдущие.
– Адепты. Прошу тишины и вашего внимания, – раздался голос ректора академии. Он эхом отражался от стен и усиливался при помощи артефакта звука.
– М-не не-хорошо… – пророкотал говорун и, тихо пискнув, попытался заползти под волосы, рассыпавшиеся по спине и плечам Рони.
– Каждый год… ну серьёзно… – прошипела едва слышно она. – Прекращай, Стрекочун.
Птица недовольно нахохлилась и даже попыталась клюнуть в щёку.
– Я же просил, – совершенно нормально произнёс он, будто человеческим голосом. Говоруны на то и говоруны, ещё и магические создания, что умели имитировать голоса и звуки. – Не называй меня так. Что за «стрекочун»? Звучит, как ругательство…
Рони усмехнулась и погладила друга пальцем по грудке. Он тут же опустил перья, расслабился. Такой бесхитростный приём всегда действовал безотказно. Говорун был слаб на ласку…
– Сегодня… знаменательный день. День Мира… – лился из артефакта мелодичный голос ректора. Слушать его всегда было приятно, даже в такие моменты. – Много лет назад наш мир едва не погиб под натиском тяжелой кровопролитной войны между людьми и демонами. Именно тогда произошёл раскол… Мир разделился на Верхний и Нижний, а демон и человек заключили перемирие. Но и этого было недостаточно для сохранения баланса. Обеими сторонами было принято решение: три месяца в году одна сторона должна служить другой и только Великий Оракул, полагаясь на свои видения, определяет тех, кто исполнит долг перед Миром…