Похищенная жена владыки пустоши (СИ)

Пару раз мужчина сзади приказывал сменить направление. Мог бы и вперед пойти. Осознав свое положение я смирилась с тем, что мне придется идти с ним. В какой-то мере я даже начала испытывать к мужчине благодарность за то, что не дал мне умереть на холодных скалах.
Каменные валуны в сумеречном свете казались застывшими исполинами, которые вот-вот оживут. Пару раз мне даже почудилось движение. От этих видений мне становилось не по себе, а вот мужчина позади уже казался родным и безопасным по сравнению с окружающим миром. Я даже на тычки палкой не обижалась.
Уже в сумерках мы вышли из каменного лабиринта и уперлись в густой лес, который казался не более безопасным, чем то место, откуда мы выбрались.
Но мой конвоир снова ткнул меня палкой.
– Слева тропинка, или по ней, – приказал он.
Я повиновалась.
Идти в кромешной тьме было неудобно, ноги запнулись за коряги, а ветви деревьев цеплялись за волосы. Несколько раз я едва не упала. Но даже это не было причиной для остановки или хотя бы замедления.
Через некоторое время я различила свет от огня далеко впереди. Ноги сами собой ускорились. Мне хотелось скорее отогреть свои озябшие плечи и сведенные от холода руки.
Наконец, мы выбрались на открытую поляну, где горело несколько больших костров. В неровном свете огня я увидела убогие хижины, которые служили жилищами для местных. Их я тоже заметила.
Здесь были и люди всех возрастов, в такой же простой одежде, как и мой похититель, или уже спаситель — с этим еще предстояло разобраться.
Мужчина подвел меня к ближайшему костру и, как обычно, указал своей палкой, куда мне следует идти.
– Здесь сядь, – скомандовал он, – дайте ей отвар.
Последние слова были адресованы уже к кому-то из соплеменников.
Я опустилась на бревно недалеко от огня, блаженно вытянула усталые ноги и протянула озябшие от ночного холода руки к огню.
Глаза слезились от дыма, но я не хотела отодвигаться дальше. Мне нужно было больше тепла.
Мне в руку ткнули чашку, неумело выдолбленную из дерева. Я осторожно отхлебнула горячего отвара и прикрыла глаза от удовольствия. Тихий гул голосов успокаивал.
Я была такой уставшей, что даже если бы на меня сейчас накинулся разъяренный лев, то не двинулась бы с места.
Пряный отвар разлился по моему телу теплом и негой, я прикрыла глаза и была готова уснуть прямо так, сидя.
Но внезапно услышала высокий женский голос, который воскликнул:
– Ведьма, виновная во всех бедах, здесь! Так покараем же ее!
Голос показался мне смутно знакомым и совершенно неуместным. Я обернулась и увидела, что мой конвоир стоит на коленях перед рыжеволосой девицей, которой никак не должно было быть в этом мире.
Я даже глаза протерла, потому что разум мой верить им отказывался. На какой-то момент подумала, что сплю.
Но нет, передо мной Лара собственной персоной говорила что-то ласковое мужчине, что привел меня. В отличие от местных, девица выглядела точно так, как во время визита дядюшки — в чудесном рыжем платье, даже прическа не растрепалась, все такие же идеальные локоны, аж противно.
Она говорила что-то еще, но я не могла разобрать ее слов. Зато могла видеть реакцию, которую они вызвали у слушателей.
Сидевшие у костров люди поднимались и подходили ближе к невесте моего мужа, а та продолжала агитацию. Еще б на камень залезла, чтоб вещать как со сцены. Все взоры были обращены к Ларе, а ее слова тонули в одобрительном гуле толпы.
В какой-то момент я осознала, что осталась совсем одна. Меня никто не охранял.
Воровато оглянувшись, я убедилась, что никто за мной даже не смотрит. Не задумываясь о том, что холодной ночью вдалеке от огня меня ждет смерть, я бросилась к зарослям. Позади гомонила толпа. В том, что ничего хорошего для меня они не готовили, я уже не сомневалась.
И я рискнула.
Подобрав юбки, бросилась к зарослям.
Но до кустов я не добежала. Дорогу с утробным рычанием перекрыла та самая кошка, что порывалась сожрать меня ранее.
– Тихо-тихо, – я отгородилась от зверюги единственным, что у меня оставалось в руках — туфлями.
 
Но это не сильно помогло. Огромный зверь теснил меня назад к людям.
Побег не удался.
– Куда-то собралась, курочка? – меня под локоть схватил полный неприятный мужчина.
Я попыталась вырваться, но меня подхватили под вторую руку и так и потащили к Ларе и галдящей толпе.
– Сжечь ее! Ведьму на костер! – скандировала толпа.
Я оглянулась в поисках той, кого собирались казнить, но никого не увидела. К тому же взгляды всех местных жителей были устремлены на меня.
Это они меня жечь собрались?
Я хотела закричать, что никакая я не ведьма, но от страха горло сжало спазмом, и я не смогла и слова вымолвить, а только лишь захрипела. Я вырывалась и отбивалась ногами, но все было тщетно.
Меня втащили в центр круга и бросили на землю, к ногам моей соперницы.
– Эта женщина повинна в том, что вас вырвали из своих домов и перенесли в этот пустынный безжизненный мир! – от крика Лары у меня в ушах зазвенело.
– Это надо же! Выдернула прямо из постели! – ко мне подскочила какая-то женщина и больно дернула за волосы.
– Даже времени собраться не дала! – кто-то больно ущипнул за руку.
– Бросили в этот мир почти без вещей и инструментов! У кого что рядом было, то и перенеслось!
Со всех сторон слышались упреки и сыпались тычки. И над всем этим с самодовольным видом возвышалась Лара. А я не понимала, за что мне это.
– Ведьма! Это все ведьма! – подбадривала разъяренную толпу рыжая.
Я понимала, что спорить с толпой бессмысленно. Одно слово — и они бросятся на меня, разорвут на части как дикие звери.
Мне даже показалось, что я услышала рык позади. А потом поняла, что не показалось.
Ну вот, сейчас меня скормят хищнику. А Рикар только порадуется тому, что так быстро освободился от навязанного брака.
Огромная кошка приближалась. Я видела ее боковым зрением. Возмущенные люди отошли назад, видимо, чтобы не мешать зверюге привести приговор в действие.
Что ж, смерть от зубов гигантской кошки не так уж хуже костра. Так какая разница?
Кошка ткнулась мокрым носом мне в руку, приподнимая ее. Я повернула голову.
– Барсик? – шепотом спросила я.
Котяра довольно заурчал.
– Пустынный кот не трогает ее, – услышала я шепот в толпе.
– И не жрет, – разочарованно добавил кто-то.
И я поняла, что это мой шанс.
Смело протянув руку к коту, потрепала его за ушами, почесала морду. Барсик с удовольствием принимал поглаживания, как обычный домашний кот.
– Это ничего не значит, ведь эта ведьма перенесла вас сюда! – возмущенно крикнула Лара.
Мне показалось, что я услышала истеричные нотки в ее голосе.
Собрав всю волю в кулак, я поднялась, распрямилась, расправила плечи и окинула взглядом толпу. Мужчины, женщины, дети – все они были одеты кто во что от делового костюма до домотканой рубахи. Они смотрели на меня с растерянностью, любопытством и, кажется, с надеждой.
– Я не ведьма, – начала я, прочистив горло, – но вы правы, вы оказались здесь по моей воле.
Толпа возмущенно зашумела, вновь послышались угрозы и обвинения.
Но я подняла руку с туфлей, призывая людей к тишине. И они повиновались.
– Я отдала приказ ведьме, уличив ее в плохой работе, населить этот мир людьми. Кажется, она решила выдернуть вас из ваших домов и перенести сюда.
– Верни нас домой! Прикажи ей! – понеслось со всех сторон.
– Если вы сожжете меня, то я не смогу ничем помочь, – сказала я.
По толпе пронесся ропот.
– Покажи нам ведьму, и мы сожжем ее! – выкрикнул неприятный худощавый тип.
Но его приструнила его собственная жена — полная женщина с красным лицом и толстощеким карапузом на руках.
– И как это нам поможет, остолоп? – отвесила она мужу подзатыльник привычным жестом, а потом обратилась ко мне. – И что вы предлагаете?