Путаница или Ребёнок от незнакомки (СИ)

-Катя, беги, иначе я сейчас сорвусь, - но как ей бежать, если я уже запустил руки под чертово платье и сжимаю ягодицы через тонкую ткань белья, а сам ставлю второй засос на тонкой сладко пахнувшей шее?
-Отпусти, - голос Котенка звучал совсем не испуганно, но был немного ниже чем обычно, и от этого пах напрягся еще сильнее.
Наверно, она правда хотела убежать и заслужила другого первого раза между нами, но это было сильнее меня, именно поэтому я её не отпустил.
Благодаря одинокому фонарю в конце улицы, силуэт Кати неплохо просматривался в темноте, и я жадно ловил каждую мелочь. Мурашки по ее молочной коже, потяжелевшие полушария идеальной груди, и прикрытые от удовольствия глаза под густыми ресницами. Она была податливой как пластилин и буквально таяла моих руках. Отстранилась только один раз, в тот миг, когда увидела мои габариты и испугалась.
-Я аккуратно, - прохрипел я, и преодолевая небольшое сопротивление посадил её сверху, бережно придерживая немного округлившийся живот.
Я не солгал. Таким осторожным я еще никогда не был. Хотелось до конца, с надрывными криками и так резко, чтобы искры из глаз, но, даже задыхаясь и дурея от желания и похоти, я держался.
Настолько нежного и максимально ванильного секса в моей жизни ещё не было. Каждый её стон был музыкой, и каждое движение заставляло остановиться, чтобы убедиться, что я не причиняю боли и дискомфорта. Все предыдущие бабы были в восторге от моего размера, но я впервые был ему не рад.
-Вот так хорошо? - легкий толчок, в сто раз более слабый, чем хотелось бы.
-Ммм, - не дал ответить и выпил её стон, чувствуя, что готов сдохнуть от наслаждения и приближающегося пика.
Когда все закончилось, я ещё долго не отпускал её под предогом того, Катя вспотела и может простыть. Как настоящий одержимый извращенец, сам вытирал Котенка салфетками, поправлял на ней чулки и ворчал, когда наконец рассмотрел тонкие кружевные трусики. Подумать только, ведь раньше меня заводило откровенное белье. Но, *лять, не на Кате! Она себе пятую точку решила застудить под весенним сквозняком?
Сначала она молчала, и только тяжелое дыхание говорило о том, что Катя приходит в себя после случившегося. Однако примерно через пол часа, после тысячного поцелуя в живот, Котенок взбунтовалась:
-Олег, я пойду, не ночевать же мне с тобой в машине!
-Тогда поедем ко мне в гостиницу, - пророкотал я, перемещаясь губами к её шее. Мне было мало, чертовски мало. Хотелось еще, как минимум три раза и в более удобном месте.
-Нет. Я поговорю с родителями, как мы и договаривались до, - на последнем слове она запнулась, видимо в красках вспоминая то самое событие, которое было после "до".
-Беги, пока я снова...
-Нееет! -пискнула она, завозившись с тонким плащом, а потом, прежде чем я успел выйти, сама выскочила из машины и побежала к воротам.
-Передай родителям, что наша свадьба пятнадцатого июня, - крикнул я вдогонку, опустив окно.
Котенок обернулась и застыла, раскрыв рот от удивления, но я был не настроен портить лучший вечер в своей жизни спорами, поэтому нажал на газ и резко тронулся с места, оставив её обдумывать новую информацию в одиночестве.
  
Глава 49
 
Глава 49
Могла ли быть в бочке меда ложка дёгтя?
Я верил и надеялся, что нет, но жизнь распорядилась иначе.
Что может случиться, когда ты наконец нашел любимую женщину, которая еще и беременна от тебя желанным ребенком?
Да, что угодно, *лять!
Я ждал подвоха буквально из ниоткуда, опасаясь, что счастье рассется как дым, а я снова очнусь в каком-нибудь баре с разбитыми кулаками.
Разве может все быть так идеально? Секс крышесносный, запах идеальный, взаимность, мать её, есть! Так в чем дело, Шамай? Почему ты всё время оглядываешься по сторонам, как будто упустил что-то важное?
Вечер и ночь прошли в каком-то странном напряжении. Хотелось курить и опрокинуть в себя хотя бы стакан виски, чтобы унять непонятный мандраж, но я держался, понимая, что до утра осталось всего ничего.
 
Когда на часах пробило семь, я уже предварительно простояв под ледяным душем не меньше десяти минут. Помогло слабо.
Чем ближе был дом Катиных родителей, тем сильнее во мне росло беспокойство.
Что-то не так.
Я что-то упустил.
Вьехав на нужную улицу, впился глазами в незнакомую машину у ворот и почти зарычал от злости. Это еще кто?
Спокойно, Шамай. Вероятно, соседи или какие-то коллеги ее отца. Ага, на черной бмв да еще и в восемь утра.
Заглушил мотор заторопился во двор, снова мазнув взглядом по машине. Дорогая тачка, на такойобычно ездят мажоры или такие богатые дяди, как я.
Будущие тесть с тёщей, видимо не ожидали увидеть мою физиономию в восемь утра, поэтому как по команде застыли у входа, словно каменные изваяния. Наверно нужно было поздороваться и постараться напустить на себя вид адекватного человека, но я был настолько заведен, что рявкнул в привычной манере:
-Где Катя?
После моего вопроса Михаил Николаевич опустил глаза, а лицо тёщи вытянулось и стало таким испуганно-растеряным, что до меня медленно, но верно стало доходить. Черная машина здесь не из-за них... Кто-то приехал к Котёнку.
-ГДЕ КАТЯ? - заорал я не своим голосом, после чего тесть немного ожил и пробасил:
-Максим приехал.
Твою мать!
По башке словно обухом уларили и мысли в ней лихорадочно закрутились, догоняя друг друга. Какого хрена этот хмырь явился к моей женщине? Тем более после всего, что ей пришлось пережить от его семейки?
-Где они?
-Он попросил пройти с ним вдоль улицы, чтобы поговорить наедине, - немного прокашлявшись прошептала тёща, испуганно тараща на меня свои глазищи.
Этот утырок, сынок мэра приперся сюда с утра пораньше, чтобы прогуляться с моим беременным Котенком вдоль улицы? Что за хрень ?
И какого лешего она согласилась и пошла с ним?
Ярость клокотала внутри, совершенно не давая мне мыслить здраво. Поэтому я сорвался вперед, оставив заохавшую женщину и посуровевшего мужчину сзади.
-Олег, он просто хочет поговорить, - закричала вслед тёща, видимо, за рекордно короткий срок успевшая изучить мой крутой нрав, но безумие было уже не остановить. Перед глазами пятнами расплывались красные круги, а кадык на шее ходил ходуном.
-Я его убью к *баной матери, - прорычал я сам себе, но родители Кати услышали, поэтому сразу бросились следом.
Далеко идти не пришлось, потому из-за забора послышались воркующие голоса: моей Кати и еще один, мужской.
За несколько мгновений до того, как меня заметили я успел хорошо рассмотреть молодого высокого темноволосого мужчину, который не отрывал от своей спутницы грустного влюбленного взгляда. А она? Она буквально купалась в его обожании и выглядела по-настоящему счастливой.
Просто, *лять, идеальная пара!
Мог ли я сдержаться? Однозначно нет.
Понимал ли последствия срыва? Да.
Выйдя ровным уверенным шагом из приоткрытых ворот, я улыбнулся одной из самых жутких своих улыбок. Это не было позерством или лицемерием. Я абсолютно искренне растянул губы, только не в дружелюбном жесте, а в полубезумном зверином оскале.
Катя, до этого полностью расслабленная и счастливая, замерла, и поймав мой взгляд, напряглась. Она была настроена на мою частоту, поэтому сразу почувствовала ярость и попыталась её остановить:
-Олег, это Максим.
Вижу, *лять, не слепой!
Когда до сынка мэра оставался один шаг и я уже мысленно примерял, как получше ударить его с головы, Котенок подалась вперед и практически встала между нами.
Скрип моих зубов, наверно, слышали даже на соседней улице. Защищать его вздумала? Увидела и решила переметнуться обратно? Хера с два! Сейчас я вырублю его, а её в любом случае увезу с собой, если понадобится, то в багажнике. Моего сына чужой мужик воспитывать не будет!
Не успевая за лихорадочным вихрем мыслей, разрывающих пульсирующую, как после перепоя голову, я поднял Катю и переставил вбок, а затем подался вперед и все таки упорол этого Максима с головы. Быстро и резко.