Дрянной декан (СИ)

Вопрос Верстовского вернул меня к реальности. Я сообразила, что так и стою посреди ЕГО кабинета полуголая, сжимая в руках черную маску и не делая попыток прикрыться.
– Одеться?.. – я осторожно положила Моретту на стол и попыталась вспомнить, в чем пришла сегодня к Роме. – Но где?..
– В гостиной валяется нечто, отдаленно напоминающее рубашку, – подсказал Ромкин отец. – Повесьте маску на стену, пожалуйста.
Как во сне (дурном, если кто не догадался), я аккуратно вернула игрушку декана на место. Протиснулась мимо него в дверь, стараясь не дышать и сделаться как можно меньше и незаметнее (что за глупое желание – меня уже не только заметили, но и поразглядывали всеми спектрами взглядов от брезгливых до негодующих). Посреди шикарного убранства гостиной, недалеко от прозрачной лужи шампанского, которую спешно вытирал Рома (притом делал это прямо своей майкой), лежало что-то, отдаленно напоминающее… маленький, скукожившийся и потекший от страха сугробик. При должном уровне фантазии это можно было принять за рубашку.
Я приподняла ее, начала одеваться… И только сейчас по-настоящему ощутила стеснение. Повернулась к декану спиной, неловко засунула руки в рукава. Кожа покрылась мурашками – то ли от холода, то ли от внимания старшего Верстовского. Как же по-дурацкому все получилось! Снова…
– Отойдем на минутку? – декан дождался, пока я оденусь, и кивком показал в сторону выхода.
Интересно, а это точно безопасно?.. Я ужасно не хотела оставаться с Верстовским наедине, но Рома, как назло, с головой погрузился в уборку. Сейчас он что-то тщательно вытирал позади дивана. Мне показалось, что он за ним прятался.
Мы с деканом вышли в коридор, и тогда он наконец накинулся на меня. То есть, не накинулся… Просто подошел ближе и навис, смотря сверху вниз. Но ощущение было именно такое.
– Что вы здесь делаете? – прозвучало довольно неприветливо.
– Хочу задать тот же вопрос, – не удержалась я.
И чего ему на литературном кружке не сиделось?! Решил променять пенсионерскую вечеринку на тихий вечер в кругу семьи?
Тот не ожидал от меня такого нахальства и заметно оскорбился, задрав подбородок еще выше.
– Я здесь живу.
– А почему не предупредили перед тем, как приехать?!
– Чего? – Верстовскому явно показалось, что он ослышался. Да я и сама не верила в то, что отчитываю хозяина дома за визит без разрешения. – Послушайте, Маргарита… Рома сделал вам такую рекламу в ресторане, но, глядя на вас сейчас…
– Что? – поторопила его я, ибо препод завис, глядя, как я пытаюсь застегнуть пуговицы трясущимися руками.
– Считаю, его оценка была необоснованно завышена!
Декан взял меня за локоть и повел в сторону прихожей. Кажется, он был зол, хоть и старался этого не показывать.
– Меня просто пригласили в гости!
– Приличные девушки не ходят в гости к мужчине в… – Вениамин вгляделся в часы на руке. – ... десять вечера.
Логично. А если уж пришли, то не обливаются шампанским, не танцуют в одном бюстгальтере и не снимают со стен ценные реликвии. Споря сейчас, я рисковала выставить себя полной дурой.
– Дорога заняла много времени, – решила попробовать сохранить трещащий по швам образ "приличной девушки". Мы помолчали. – Я, наверное, поеду?..
– Само собой.
Хмуро глядя на свое отражение в настенном зеркале (ну и видок! Рубашка смята и криво застегнута, волосы всклокочены, пряди слиплись от шампанского, губы набухли от поцелуев – прошмандовка, как есть прошмандовка!), я надела ботинки и накинула на плечи куртку. Вот и сказочке конец. Чудесное приключение вышло: ехать два часа туда, потом два обратно – и все ради того, чтобы капельку поплясать и посмотреть на винтажный дом семьи Верстовских… Хоть денег за вход не взяли, и на том спасибо.
– Роман! – громко позвал декан. – Маргарита уезжает. Вызови ей такси.
В коридоре показался встрепанный Ромка.
– Такси? – он что-то спешно прикидывал в голове. – Оно будет ехать сюда целый час! И денег запросят, небось…
– Верно, – согласилась я. – Слишком дорого, лучше на электричке. Ходит четко по расписанию, и есть скидка для студентов.
 
– На дворе ночь, какая электричка, – старший Верстовский закатил глаза. – У тебя опять нет денег, Роман? Тогда давай его вызову я.
Да пусть вызывает. Сил для споров не осталось. Хоть такси, хоть электричка, хоть пешком или на перекладных – скорей бы покинуть этот дом и оказаться у себя дома, в своей постели… Наверное, провидение услыхало мою немую молитву и послало мне водителя “убера”, как раз проезжавшего мимо элитного поселка из далекой области и решившего захватить на обратном пути пассажира. Всего десять минут ожидания, и я вышла во влажный вечерний сад, благоухающий спокойными ароматами палых листьев и намечающегося дождя. В глубине зарослей бузины и шиповника все еще клубились отголоски фиолетовых осенних сумерек, сочных, завораживающих, хранящих в глубине своей неизбывную печаль по лету, но уже напитанные тайным знанием угасания жизни.
– Напиши, как доберешься, хорошо? – Рома проводил меня до ворот и быстро чмокнул в щеку, кутаясь в толстовку. – Извини, что так получилось. Я правда не ожидал…
– Ладно, – я потрепала его по голове и села в машину. Оно и понятно, что не ожидал. Вид у университетского ловеласа был виноватый и немного жалкий.
  
7. На ковер!
 
Мне этого и враг ваш не сказал бы, 
И слух мой не насилуйте и вы,
Чтоб он поверил вашему извету
На самого себя.
(“Гамлет”, У. Шекспир)
Ничего страшного не случилось. Ну, кроме того, что я в очередной раз попала в дурацкое положение, и снова – в присутствии Ромкиного отца.
Пора бы уже привыкнуть, но как-то не получалось. Мало того, что первая ночь с Романом опять накрылась медным тазом, так еще и застали чуть ли не за самым непотребным делом…
Ужас, а если бы декан заявился чуть позже – когда мы бы уже вовсю предавались страсти на его столе, например?..
Я чувствовала себя неважно весь тот час, что ехала до дома. К стыду добавилась легкая паника – заметив мое нестабильное душевное состояние, водитель такси… нет, не приставал в открытую, но активно набивался в утешители. И Ромка так и не позвонил и не спросил, нормально ли я доехала, что совсем никуда не годилось. И на следующий день опять прогулял все занятия. Всю ночь стоял в углу за дурное поведение и потому проспал?..
- Разве может одному и тому же человеку так стабильно и капитально не везти? - пожаловалась я Юле после занятий. - Мистика какая-то... Может, я и правда не с тем Григорием связалась?
- Эгрегором, - подруга, не вполне оправившаяся от шока после моего рассказа о вчерашнем вечере, оживилась. - Думаю, дело именно в этом. Хочешь, я почитаю, что можно сделать в этом случае? Может, обряд какой провести?
- К черту обряды, Юль. Но Ромка... Как он мог? Он ведь пообещал мне больше не пропускать!
– Это то, что тебя больше всего волнует сейчас? Декан факультета и по совместительству отец бойфренда видел тебя практически голой, а ты переживаешь из-за того, что Ромка не пришел на занятия?
Я внутренне поморщилась.
– Я была не голой, а в лифчике, и лифчик был достаточно закрытым. И вообще, что в этом такого? С тем же успехом я бы могла предстать перед ним в купальнике… Визуально разницы никакой! – я придумала сей довод еще ночью. Сначала он показался притянутым за уши, но чем больше я размышляла о нем, тем более разумным он представлялся.
– Даже не знаю… – Юля вертела в руках листок бумаги, в пятый раз сворачивая-разворачивая многострадальный "самолетик". – Все равно это как-то…
– Декан даже глазом не повел, уж поверь! – разозлилась я, доставая из рюкзака бутерброд. – Ты представляешь, сколько Верстовскому лет? В его возрасте не до обнаженки! О вечности думать надо!
– Да вроде не так много ему… А правда, сколько? – девушка перестала издеваться над бумагой, скомкав ее и запустив в урну. Она задумчиво (и, как мне показалось, даже мечтательно) уставилась в потолок. – Тридцать восемь? Сорок?.. Сорок три?