Моров. Том 5 (СИ)
— Это не взятка, Иван Владимирович, — произнесла она, быстрым движением облизнув губы. — Конечно, я бы предпочла не лезть в эти дела, но слово главы рода — это слово главы рода.
Я кивнул, протягивая руку к папке.
— Вы уже поговорили с Куликовым, но он, судя по всему, не слишком доволен вашей беседой? — задала наводящий вопрос Большакова, заглядывая мне за спину. — Тогда, наверное, эти документы уже не имеют никакой ценности?
Я же быстро пролистал бумаги и хмыкнул.
— Почему же, Кристина Гордеевна? Компромат на ближайших врагов всегда стоит держать под рукой. Впрочем, сейчас не будем об этом.
Я щелкнул пальцами, и папка подпрыгнула в воздух, после чего устремилась на выход. Там она попадет прямо в руки моих людей. А что делать с информацией от Большаковых, я подумаю позже.
— Как насчет танца? — спросил я, с поклоном подавая руку.
Глава 17
Оказавшись в своем кабинете, я швырнул папку от Большаковых на рабочий стол и стянул с себя галстук. Пока ехал с открытия академии, успел изучить документы, и теперь предстояло решить, как поступить.
С одной стороны, Куликовы были готовы загладить вину, выплатив виру в качестве довольно прибыльной недвижимости на южных морях. С другой — имелась возможность потребовать суда через столичное дворянское общество. И с теми бумагами, что мне передала Кристина Гордеевна, победа в деле была мне гарантирована.
Вот только если я воспользуюсь этим подарком, Гордей Егорович сможет заявить, что я его роду что-то должен. А к чему мне такие обязательства на себя брать? С его дочерью, конечно, я рад пообщаться, и если бы не сословные ограничения, давно бы перевел их в куда более приятное положение… Но мы дворяне, а в качестве своей супруги я ее пока не рассматривал.
Да, Кристина Гордеевна хороша внешне, увлекается магией, ко мне, опять же, благосклонна. Но, положа руку на сердце, она еще совсем девчонка, и я не могу всерьез рассматривать наш брак. Слишком мы на самом деле далеки друг от друга.
Если с той же Ларионовой я общался относительно свободно, то в силу возраста Большакова для меня всего лишь красивая молодая девчонка, которой еще только предстоит набраться жизненного опыта, повзрослеть, научиться самой принимать решения и нести за них ответственность.
Собственно, я потому и отложил это предложение руки и сердца. Кристине Гордеевне еще предстоит множество всего, и ее влюбленность в меня вполне может пройти. К чему тогда неволить друг друга, если этого можно избежать?
Постучав пальцами по столешнице, я открыл один из ящиков и смахнул в него папку. Пользоваться такими подарками я себе пока что позволить не могу.
Раздевшись, я прошел в ванную комнату и, включив воду, взглянул на свое отражение. Конечно, ничего нового в нем я не увидел, но завтра мне предстоит провести первое занятие у студентов, нужно подумать о том, как им себя подать.
Быстро закончив с водными процедурами, я рухнул на постель и, жестом заставив дверь в спальню закрыться, опустил веки. Не такой уж и плохой день вышел. Хотя, конечно, речь государь мог приготовить и получше, а то выглядело, как совершеннейший экспромт.
— Прощай, свободная жизнь, — вздохнул я.
* * *Первый мой рабочий день начался с зарядки и обыкновенного завтрака. Дружина занималась своими делами, слуги наводили лоск в особняке. Я же спокойно собрался, прихватил заготовленные учебные материалы и, сев в автомобиль, стал смотреть в окно.
Для удобства обучения студенты были поделены по возрасту. Слишком много взрослых людей пришло пройти курсы повышения квалификации. Естественно, им преподавались только те предметы, которые были необходимы. А вот молодежь, которая поступила сразу после получения начального образования, посещала уже не только чародейские занятия.
Моя первая группа на сегодня как раз и состояла из взрослых студентов. Все они, так или иначе, принадлежали к силовым структурам. Уровень подготовки я примерно представлял, а потому проблем не ожидалось.
— Прибыли, ваше благородие.
Я кивнул и сам открыл дверь. Снаружи шел снег, но над академией стоял воздушный купол, сбивающий осадки прямиком в слив. Так что ни чистить дорожки от снега, ни бежать от дождей людям не придется.
Самое интересное, что подобный зонтик развернуть предложил Панфилов. Герман Мстиславович решил испытать свою новую систему артефактов, и технология в продажу на данный момент не пошла. Да и чего-то сильнее природных явлений она не выдержит.
Также на полигонах стояли защитные купола, произведенные на фабрике Панфилова. Их меньшие собратья ставились на военную технику Российской Империи, только были развернуты не внутрь, а наружу.
К сожалению Германа Мстиславовича, развернуть объемный щит не представлялось возможным: чем больше зона покрытия, тем массивнее приходилось делать артефакты. И если с маленьким куполом танк еще может ехать, то утащить один набор полигона — уже нет. Стационарные щиты, разумеется, разворачивают в стратегических точках, но и там они не превращаются в панацею.
Отсутствие мобильности защиты на полигоне позволяло увеличить ее прочность. Конечно, заклинания шестого узла пробьют все равно, но подобных деятелей на фронте по пальцам одной руки можно пересчитать — чародеи такого уровня себя ценят и мясом работать не желают. Для студентов же заклинания шестого узла останутся недоступны еще долго.
Шагая по мощеной брусчаткой дорожке, я видел студентов, что пока еще только прибывали на учебу. Вчера их распределили по группам, познакомили с кураторами и теперь собирали во дворе, прежде чем повести на занятия.
Двери во дворец были открыты, так что я просто вошел внутрь здания и, скинув с плеч плащ, протянул его сотруднику академии. Тот с поклоном принял у меня одежду, чтобы повесить ее в гардеробной, а я направился в свой кабинет.
По пути на второй этаж, где располагалась моя вотчина, я встретился взглядом с Легостаевым. Сергей Константинович с видом ожившего покойника цедил кофе из бумажного стаканчика и смог мне только кивнуть, направляясь по своим делам. Уверен, в перерывах между занятиями неспавший некромант будет воскрешать себя с помощью сна. Бодрящие заклинания не входили в учебник, который я передал его семье.
Вообще, строго говоря, чтобы преподавать переданный мной материал, внуку Леонида Викторович предстояло самому как следует поучиться. Но в Сергее Константиновиче я был уверен — он уже не был тем юнцом, каким встретился мне впервые, теперь это был мужчина. Ответственный и взрослый. Так что ради чести рода он вывернется наизнанку, но к концу первого семестра точно будет знать мой учебник от корки до корки.
Приложив палец к биометрическому считывателю, я открыл дверь в свой кабинет и вошел внутрь. Свет включился в тот момент, когда я пересек порог. До начала занятия оставалось еще десять минут, и я собирался провести их комфортно.
Включив компьютер, стоящий на преподавательском столе, вырезанном из цельного ствола, я дождался загрузки системы и воткнул принесенную с собой флешку в разъем.
— Обнаружено новое помещение, — сообщила Яна, закончив освоение кабинета. — Оборудование готово к работе.
Так будет намного проще. Конечно, используя доступ через мой рабочий компьютер, недоброжелатели могли бы взломать мой домашний… Но я ничего тайного там не храню, и единственное, что можно у меня украсть таким образом — методички будущих занятий, но я их и так студентам покажу.
Все самое ценное хранится на ноутбуке, не подключенном к сети. Настроить параноидальную защиту на нем не составило труда для меня. Если ты разбираешься в магии, то уж с программным обеспечением познакомиться не сложно. При необходимости я переносил нужные файлы на ноутбук по шнуру или через карты памяти. Так что пусть ломают, не страшно.
Взглянув на часы, я взял в руки мел и, быстро написав на доске свое имя и тему занятия, вышел в коридор, чтобы захватить и себе стаканчик кофе. И едва нос к носу не столкнулся с сотрудником академии.