Моров. Том 5 (СИ)

На мне был классический костюм и красный галстук — подходящий наряд, чтобы присутствовать на церемонии открытия академии. Полагаю, его императорское величество тоже почтит мероприятие, в конце концов, заведение названо в честь его предшественника.
Поэтому задерживаться у Мешковых в гостях я не планировал.
— Тук-тук, — приложив палец к горлу, усиливая голос, произнес я. — Я жду минуту, чтобы передо мной предстал глава рода, после чего сношу ваш особняк к чертям собачьим.
Покрутив трость в ладони, я воткнул ее в асфальт, тут же пошедший трещинами. Диалог с провинившимися дворянами всегда проще начинать с проявления силы. К тому же не хотелось опаздывать на открытие академии. Какой бы я ни обладал мощью, опаздывать на мероприятие, которое посетит император — так себе затея.
Охрана особняка не пыталась оказывать сопротивление. Они прекрасно видели герб на автомобилях, припаркованных у выбитых ворот, знали о моей репутации. А потому сейчас были заняты весьма прозаичным делом — отступали вглубь территории, избегая особняка.
В самом здании шла суета. Даже без магического взора я видел мечущиеся в окнах фигуры. Перепуганные слуги метались по этажам, какая-то женщина выметнулась из бокового входа и скрылась на заднем дворе, бросая в меня полные ужаса взгляды.
Наконец, двери особняка распахнулись, и на крыльцо вышел сухой высокий мужчина лет сорока. Блеклое лицо с нервным прищуром, явно впопыхах надетый пиджак, судорожно сжатые пальцы на трости.
Рыжие волосы с проседью на висках, козлиная бородка, узкие плечи. У нас было меньше общего, чем можно было предположить. Хотя, строго говоря, родственниками являлись довольно отдаленными, но генофонд Моровых совсем не отражался в главе рода Мешковых.
— Иван Владимирович, — произнес он, сойдя с крыльца и приближаясь ко мне. — Чем обязан вашему столь экстравагантному визиту?
Голос его дрожал, и это явно не доставляло дворянину удовольствия. Все-таки я выгляжу пусть и необычно, но уж точно не так солидно, как хотелось бы. Так что в глазах главы рода Мешковых я был сопляком. Наглым, сильным, однако слишком молодым, чтобы вести себя так, как я себе позволяю.
Вместо ответа я достал телефон и, сняв с него блокировку, включил видеозапись с камер наблюдения. Достать ее было несложно — Демин, занимающийся подобными делами, легко взломал базу данных торгового центра и, зная дату и время, нарезал для меня нужный кусочек.
— Артем Витальевич, это ваш человек на записи? — спросил я, когда ролик закончился.
В глазах Мешкова на мгновение появилось удивление, но он все же взял себя в руки и кивнул.
— Да, это один из моих доверенных людей, Иван Владимирович, — произнес Артем Витальевич.— Прохор Георгиевич Завитин. И он на этом видео выполняет мое личное указание, Иван Владимирович.
Я кивнул, убирая телефон обратно в карман.
— И что же вас заставило угрожать подданной Российской Империи сразу же после того, как с ней общался я, Артем Витальевич? — спросил я, не сводя взгляда с собеседника.
Мешков чуть дернул щекой.
— Вы, к сожалению, не сами по себе, Иван Владимирович, — глядя на меня с отвращением, произнес он. — Я бы с радостью не обращал внимания на выходки юнца. Но вам ведь уже сделали столько предложений о заключении брака, а вы демонстративно посещаете простолюдинок. Нарушаете традиции, плевать хотели на общественное мнение. Вы не дворянин, вы отщепенец!
Я усмехнулся.
— А вы, значит, меня получить вздумали? — уточнил я, и мои зрачки сжались, превращаясь в демонические. — Старшими себя почувствовали? Думаете, мальчик сам не разберется, как ему своим родом распоряжаться?
Мой голос перешел на шипение, а от расколотого асфальта вверх потянулся фиолетовый дымок.
— А скажите, Артем Витальевич, где вы были, когда я род возглавил? — продолжил говорить я. — Может быть, хотя бы письмо отправили, чтобы соболезнования высказать, когда я прах деда в семейном склепе похоронил?
Он сглотнул, но с места не сдвинулся. Безрассудно, конечно, однако что он, убежал бы от меня? Очевидно, Артем Витальевич стоял сейчас за свой род, стараясь сдержать данное кому-то слово. Видимо, достаточно влиятельному, раз обещание стоило того, чтобы положить голову на его исполнение.
 
— То дело нас не касалось, — заявил Мешков.
Моя рука оказалась на его шее в мгновение ока. Ноги мужчины оторвались от земли, он вцепился в мое запястье.
— И кто же тебя надоумил, что теперь мои дела тебя касаются? — спросил я, магическим взором наблюдая, как на помощь главе рода устремляется два чародея с двумя узлами.
— Я сам решаю! — упорствовал тот, выплевывая слова сдавленным горлом. — Я глава рода!..
Я оскалился и телекинезом вывернул ему колени внутрь. Артем Витальевич закричал от боли, выдыхая оставшийся воздух из легких. Я же отбросил его в сторону и, выдернув трость из асфальта, провернул ее в пальцах.
— Значит, сейчас у тебя никакого рода не останется, — предупредил я, направляя руку в сторону дверей особняка, из которых тут же вывалилась пара молодых людей.
Такие же высокие и худые, они совсем не были похожи на меня. При этом на своего отца — практически как полные копии.
Первый вскинул руку, формируя печать ледяного копья, но слишком медленно. Я развеял его чары небрежным жестом и щелчком пальцев приморозил ступни к крыльцу. Парень лет двадцати вскрикнул и уже не помышлял продолжать бой.
А вот второй оказался хитрее — в его руке появился тяжелый пистолет. Пуля, выпущенная из него, свистнула возле моего уха, отклоненная динамическим щитом. Я сменил положение ладони, и оружие покинуло руку хозяина, развернулось и двумя выстрелами прошибла ему лодыжки, превратив ноги наследника Мешковых в кровавое месиво с торчащими наружу обломками костей.
— Я все еще жду, Артем Витальевич, — напомнил я, оборачиваясь к стонущему рядом главе рода Мешковых. — Кто сказал тебе, что ты имеешь какое-то право вмешиваться в мои дела? Чьи интересы ты решил защищать?
Фиолетовое пламя под моими ногами стянулось в точку, образуя собой худую антропоморфную фигуру. Она набрала объем, обросла иллюзией мышц, на руках появились длинные когти, а в следующий миг фигура демона распахнула глаза, повторяющие мои собственные. И раскрыла рот, полный острых зубов.
— Время уходит, Артем Витальевич, — напомнил я, видя, как вытаращился на фиолетовую тварь глава рода Мешковых. — Или мне скормить твоих детей демону у тебя на глазах?
Разумеется, никакого демона на самом деле не существовало — всего лишь небольшая иллюзия. Однако мой дальний родственник знать этого не мог. Мои чары выходили за пределы доступного большинству, и знать наверняка, что я не способен призвать инфернальную тварь из ада, Мешкову просто неоткуда.
— Нет-нет-нет! — торопливо заголосил он, стараясь отползти подальше от моей иллюзии, раскрывшей пасть шире.
С зубов демона закапала слюна, заставляющая асфальт шипеть. И Артем Витальевич, едва успев убрать руку подальше от этого места, стремительно начал седеть.
— Я все скажу! Слышишь⁈ Я все скажу!..
Я улыбнулся и, прокрутив трость, развеял иллюзию, не забыв демонстративно щелкнуть пальцами. С раздосадованным воем «демон» втянулся обратно в трость, не оставив после себя ни единого следа.
— Итак, я слушаю, — произнес я. — Будь хорошим мальчиком, не испытывай мое терпение, и тогда, возможно, я даже вас троих вылечу. Ты ведь уже понял, что я способен на большее, чем ты думаешь.
В доказательство своих слов я наложил печать на левую ногу главы рода Мешковых, и его колено с хрустом вернулось на место.
— Я все скажу!..
Пришлось задержаться еще на полчаса, но оно того стоило. Так что когда я сел на заднее сидение «Коршуна», а Сергей отпустил тормоз, у меня на руках уже имелась вся необходимая информация.
Всему виной, как ни странно, Солнцевы. Венедикт Кириллович презрел давнюю вражду, сдружился со мной на фоне родства и теперь процветает. Это не говоря о том, что все в его фамилии, включая лояльных членов младших семей, уже получили и омоложение, и оздоровление.