Короли серости (СИ)

— По-моему, сэр, у вас совсем другого калибра проблемы, чем у меня, — рассмеялась девушка. — Я-то всегда могу вернуться домой и помириться с ним, так? Когда война закончится, конечно. А вот вы явно до сих пор сожалеете о чём-то — оттого и ведёте такие речи.
Вик покачал головой.
— Я для себя уже всё решил.
— А если бы вам предложили второй шанс? Изменить то, что уже было сделано?
Вик нахмурился.
— Я надеюсь, что мне хватило бы храбрости оставить всё, как есть. И тебе я советую сделать то же самое. На то, что ты сделала, наверняка были причины.
— Ну да, он колотил меня так, будто я была боксёрской грушей, — Сара покачала головой. — Это не значит, что я его не люблю.
— Всё равно, подумай над тем, что я сказал, — протянул Вик.
Рулевая пожала плечами.
— Ладно, как скажете. Ваша остановочка, сэр. Надеюсь, вы хорошо проведёте время.
Вик взглянул на клубящийся к небу дым от горящих домов и вдохнул запах горелого мяса.
— Спасибо. И тебе того же, — ответил он, перемахнул через борт и двинулся к берегу.
Они договорились встретиться в Бухте Счастья. Утилизационные команды складывали трупы горкой, подготавливая к переработке. Огнемётчики выжигали опустевшие хижины, пока солдаты сортировали награбленное у крестьян добро. Кто-то хвастался новыми часами, кто-то обменивал бусы на сигареты.
Поодаль от всех сидела группа десантников во главе с белобрысым бугаем, поглаживавшим свой помятый ирокез. Копоть вырисовывала на его лице причудливые узоры. Прыжковый ранец за его спиной слегка дымился из пробитой пулей дырки.
— Где Анора? — спросил у него Вик. Верзила ответил пустым взглядом, уставившись на экзоскелет. «Дж. Клэй» прочитал на нагрудной бирке капитан. — Понятно.
Стоило Валентайну отойти, как верзила окликнул его.
— Ты знаешь, скольких мы здесь убили? — спросил Клэй. — Всё мирняк, мать их так.
— И знать не хочу, — бросил Вик. — С меня боен и в Городе хватило.
Бугай пожал плечами.
— Эй, ты Анору ищешь? — позвал худенький солдат, помахав Вику. — В той палатке штаб. Только осторожнее, она сейчас злее синегубых.
— Что случилось?
Солдат кивнул на горящие хижины.
— Вот это случилось.
В палатке пахло табаком и немытыми телами. Солдаты уже принесли стол с картой, поэтому принцесса отмечала булавками расположение огневых баз. Охранник у входа предупредил Вика, что она не спала несколько дней. Валентайн и сам это заметил. Анора больше напоминала шпыняемую всеми уличную кошку, а не дочь короля Лоуренса. Глаза горели безумным огнём, непричёсанные волосы сбились в колтуны, на мундире красовались пятна от кофе. На мокрой нижней губе повисла потухшая сигарета, но Анора будто позабыла о ней. В уголке на стуле в мундире королевского гвардейца скромно сидел помощник Аноры, Максимилиан Штрауд. Вику он не очень нравился. Вечно напомаженный, он, казалось, специально отрастил роскошные усы и бакенбарды, чтобы прятать кривящийся в поганой ухмылочке рот. Увидев Вика, Штрауд чинно склонил голову и приложился к фляжке. Даже у входа Валентайн почувствовал запах алкоголя.
— А, Вик, — бросила Анора. — С Новым Годом. Давно не виделись.
— Три года, — подсказал Штрауд. «Как всегда, затычка для каждой дырки».
— Заходи, отец предупреждал, что ты придёшь. Как твоё ничего?
— Я здесь за специалистами, — сказал Вик. — Где мои бойцы?
Анора устало покачала головой и рухнула на ближайший стул.
— Вот, посмотри, — произнесла она. — Мы вползаем на юг. Медленно, но верно. Как член в тщательно смазанную задницу. Ты ведь знаешь, почему мы стараемся не использовать авиацию?
— У врага везде ПВО, — ответил Вик, посматривая на хронометр. Разговор грозил затянуться.
— Именно! — вскричала Анора, вскочив со стула. — Везде! Там, куда даже мы не сможем втащить орудия! С нашими-то машинами! А эти люди установили их там вручную, понимаешь? И ладно бы только это. Мы идём вперёд. Так нужно ещё удержать завоёванное. Только за три последних дня мы потеряли связь с огневыми базами Эхо Моря, Синим Ветром и ещё десятком других!
 
— Я читал рапорты.
— Он читал рапорты! — захохотала Анора, повернувшись к Штрауду. Тот лишь чинно кивнул. — Вик, я спать ложусь и вижу, как заключаю с этими поганцами мирный договор. Мы уже десять месяцев потратили на это дерьмо. Просто потому, что отец приказал начать Священную Войну. И потом от него же приходит просьба помочь тебе в погоне за призраком. Призраком, из-за которого мы и начали весь грёбаный замес.
«Если бы только знала, что твой отец смотрит моими глазами, — с горечью подумал Вик, — вела бы ты себя по-другому?» Как бы то ни было, этот кусок своей памяти он точно не доверит королю. Всем, что связано с Анорой, он отказывался делиться — не только из соображений конфиденциальности. Он просто не был уверен, как король отреагирует, когда узнает про их интрижку. Впрочем, Карл и сам отказывался смотреть отрывки памяти с дочерью. Он уважал её свободу. Возможно, даже больше, чем нужно.
— Если Эймс жив, мы должны его вытащить, — отчеканил Вик. — Во что бы то ни стало. Приказ короля.
Анора снова засмеялась. В её смехе сквозили нотки отчаяния.
— Вик, ему голову отрубили. У меня десятки очевидцев, переживших те долбаные переговоры. У меня фото и видео его трупа. Синегубые убили Эймса, заставили солдат заснять останки, а потом забили насмерть всех, кто им просто не понравился.
Вик крутанул шарнир у бока, и экзоскелет сложился, выставив из ранца опору и дав Валентайну сесть. За полгода он порядком привык к железке.
— Да. Но что стало с головой? Да и куда делось тело? Очевидцы ведь говорят, что сааксцы забрали его с собой?
Воительница застыла на месте. Её глаза расширились от ужаса.
— Но фото и видео… они же сняли его останки!
— Да. Но не момент отделения головы от тела. Ты и я знаем, что экзальты — уже не люди. Какими технологиями обладают сааксцы? Никому не известно. И отовсюду летят доклады о призраках, о бойцах, которые утром погибли, а вечером вернулись на базу, как ни в чём не бывало. Я не верю в чертовщину, но даже наша история доказывает, что обезглавливание — ещё не конец.
«Ты была на Нижних Уровнях, как и я. Но так и не увидела худшего. Не поверила, что ад существует».
— Но ведь… — прошептала Анора, повернувшись к карте. — Нет, это…
— Сааксцы бьют по нашим опорным пунктам, — сказал Вик. — Бьют так, будто знают, как и куда нужно бить. Тебе это не кажется странным?
— Так ты думаешь, — медленно начала Воительница, — что они нашли способ вернуть его к жизни?
Вик вздохнул и вытащил сигарету. Манипулятор из ранца поднёс зажигалку. «Удобная всё-таки штука». Закурив, Валентайн сказал:
— Я думаю, что его и не убивали. Твои «выжившие» — не больше, чем просто палачи. Эймс что-то задумал с синегубыми. Всех, кто согласился содействовать, отпустили, а остальных просто перебили. Теперь эти очевидцы распылились по всем армиям. Надо найти каждого и арестовать. Прежде, чем Эймс нанесёт удар.
— Извините, у меня такое чувство, что я выпал из разговора, — проскрипел Штрауд и поднялся. — О каком ударе идёт речь?
— Я тоже не совсем понимаю, — сказала Анора.
— Что же, — вздохнул Вик. — Только для ваших глаз.
Он включил коммуникатор, убавил звук и повернул экран к Штрауду.
На фоне обшарпанных, покрытых ржавчиной металлических стен возникла нелепая физиономия Эймса с острыми, как стрелки, усами. Козлиная бородка, плюгавые волосы вокруг плеши на макушке — его нельзя было не узнать. Пристально смотря в камеру, полковник выдал:
— Я, Ричард Эймс, командующий экспедиционными силами Первого Города, приказываю всем солдатам Синдиката сложить оружие и вернуться домой. Если через полгода война не прекратится, я обещаю: каждый из вас будет уничтожен. Я сотру Первый Город с лица этого мира. Да будет так.
Ещё несколько секунд полковник смотрел в камеру. Затем возникло белое полотно, на котором распростёр крылья Орёл Свободы, сидящий на распятии. Как всегда, мессия воздевал руки вверх, будто сдаваясь на милость миру. Алая надпись гласила: «Армия Освободителя».