Золотой Стряпчий (СИ)

— Пронесло. Или повезло. Или шут?
На последнее мне никто не ответил, но учитывая «пригляжу» от этой сучности — совершенно не исключённый вариант. Как минимум, я — не та фигура, по крайней мере, на текущий момент, чтобы все Лидари обсуждали и принимали решение. После «аукциона» — да, могли. А вот то, что «до» — вполне на содействие Шута тянет.
Ну и чёрт с ним — в общем-то, варианты и без всяких Шутов были, от бить, до бежать или притворяться мёртвым. А я узнал немаловажные данные, очень в моей будущей професии не лишние.
— Водки! И мёда! — рявкнул я, высунув морду из кабинета.
— Сколько вам угодно, почтеннейший? — подал голос какой-то половой.
— Много! — честно ответил я.
Просто при всех прочих равных — и нервничал, и вообще перенапрягся. Отдохнуть-расслабиться просто надо. И тот, кто думает, что водка с мёдом — невкусно, придурки! Очень даже ничего выходит, даже Потап одобряет…
В итоге набрался я весьма основательно, не до потери сознания, но штормило даже в обороте, так что в эркер я вваливался на четырёх костях: не шатался, просто удобнее было. Потап время от времени присылал всякие глумёжные мыслеэмоции, но я на них махнул лапой и уснул. А проснулся… ну, в довольно комичной ситуации. Не похмельный, но далеко не трезвый. Дело в том, что у меня в спальне образовалась Лиса, возмущенно меня теребящая. То за плечо, то за определённую деталь, то тянула руки к ушам. Судя по нахмуренно-смеющемуся выражению лица, рыжая сама не понимала. что ей делать.
— Приве-е-ет! — помахал я лапой, дыхнув лютым перегаром, который и сам почувствовал.
— И с чего ты так набрался, Михайло⁈ — подбоченилась Лиса, но прыснула. — Ладно, сегодня проку от тебя… — махнула она рукой. — Но завтра чтоб…
— Отъярю так, что пощады запросишь, — пообещал я.
— Я запомню, — хмыкнула Лиса, выскальзывая из платья и забираясь ко мне под одеяло.
А я, слегка вертолётимый, засыпал и с трудом удерживался от смеха: моё не совсем трезвое тело использовали как… гибрид подушки и плюшевого мишки! Ну, в общем, даже приятно в чём-то, оценил я, заснув. А на утро пришлось выполнять обещание. Партнёрша попалась упорная, пощады не просила, но я своё почтенство не посрамил. И благословлял тело териантропа — после такого количества выпивки у меня-человека было бы такое похмелье, что не то что марафон секса, а даже нормального разговора, кроме как жалобных стонов, я бы из себя не извлёк.
Правда, пролюбить весь день нам не дали — в районе трёх пополудни в дверь спальни поскреблись, причём Млад.
— И какого лешего⁈ — вежливо поинтересовался я.
— Господин, к вам посланник из Денежной Управы, с грузом.
— Вот же… ладно, сейчас, — заворчал я, собираясь.
Лиса на меня посмотрела ОЧЕНЬ вопросительно, ну а я посулил «рассказать».
— Всё?
— Скорее всего.
— Михайло-о-о!
— Ли-и-иса! — ответно протянул я. — Почти всё, возможно, и всё, если там то, что я думаю, — отрезал я.
Оделся, вышел. И да, тот самый фельдъегерь, что уже был. С парой одарённых-носильщиков и здоровенным коробом.
— Почтенный видом, направлен главой управы выкупить у вас наградную грамоту, — после приветствия сообщил он, тыча в сундук.
— А скока тут? — резонно заинтересовался я.
— Две тысячи сто шесть авров, почтенный. Принимаете предложение управы?
— Да, — прикинув, кивнул я.
Но Диньку в сундук направил. Эта мелкая, в плане счёта, обладала какими-то мистическими способностями, хотя в сундуке задержалась, выпорхнула оттуда довольная, с лыбой на всю мордашку — вот точно купалась, как дядюшка Скрудж. Но сумма, и именно золотом, была озвученная, а я именно продал наградную грамоту, причём, с рядом, и всё, как положено. Денег, кстати, выходило… Ну не перебор по щедрости, конечно. Но вполне пристойно, с премией: среднее владение по ряду, по моим прикидкам, выходило от тысячи до полутора авров.
Прихватил сундук (тяжёлый, моя прррелесть!) и затащил в кабинет. А на пороге меня поджидали очень любопытные зелёные глазищи и Лиса в простыне, намотанной на манер тоги.
— Присаживайся и слушай, — плюхнулся я в кресло, предлагая колени в качестве сидения.
 
Рыжая на миг замерла, но решительно зашла и плюхнулась на отведённое ей посадочное место.
  
6. Деловые переговоры
 
Лисе я всего, конечно, не рассказал. Но в общих чертах — просветил. Так, мол, и так, пришли люди от Лидари (без подробностей), выкупили Крепь за пристойную сумму, извинились, сославшись на чиновников-головотяпов. Собственно, моё описание подразумевало, что действие это скорее корифея — прямо не говорил, но подразумевал.
— И статью на этом… — задумалась рыжая, посмотрела на меня. — Делать, наверное, не стоит. Чиновники-недоумки. Только, Михайло, а как на самом деле было?
— На самом деле, по большому счёту, именно так, Лиса, — честно залупал я глазами. — А со статьями…
На этом я сообщил рыжей, чем собираюсь заниматься. Лидари уже были в курсе, так что скрывать от девицы с довольно высоким уровнем доверия — глупо. Как минимум приведёт к снижению этого самого уровня. Так что рассказал про планы на поверенного-стряпчего, пригрозив эксклюзивной информацией.
— Если ты, Лиса, в статьях не ущемишь моих интересов, как и интересов доверителей без моего дозволения.
— Говорили уже, Михайло. Мне даже интересно, что у тебя выйдет, — прищурилась рыжая.
Мне, в общем, тоже интересно было. На следующий день в Вестнике Корифея появилась нетипичная статья: не «обзор», а, скорее, отчёт. Так и так, чиновники накосячили, но корифей прознал и всё исправил. Видом Потапыч снабжён достойной наградой, а Лидари берут на себя труд провести празднество для владеющих Золотого, в этакую компенсацию за несбывшиеся ожидания.
И, от Лидари же, в разделе объявлений Правды, появилось сообщение что «мы вас с аукционом обломали, так что накрываем поляну». В общем — и они вывернулись, и ко мне претензий никаких. И дед Сортц выходит продуманный: на первый взгляд кажется, что «чище» либо дать мне какие-нибудь сносные владения для проведения аукциона, либо его выиграть. А на деле вариант с гулянкой за обломанный аукцион выходит довольно перспективен в качестве налаживания контактов. Во-первых: сами Лидари в этом Благородном Собрании гулянок не проводят, типа «невместно». Во-вторых, на их гулянки народ из оппозиции приходится чуть ли не силой затягивать, вариант с Казнью — отличный пример. А тут и они «не при делах», и самые оголтелые опозиционэры припрутся, в стиле «раз уж эти Лидари нас так обломали, то всё сожрём или хотя бы понадкусываем!» В общем, вполне себе перспективное налаживание диалога с потенциально недиалогоспособными может выйти, если не тупить.
Лисе для журналистской поживы скомпилировал этакую «сагу о процепсах» — с деталями, художественно переработанную, но абстрактную, без привязки к конкретным местам и людям. Часть почерпнул из книг и рассказов, но в основном — «всё как было». И на этом интервью (причём слово у меня самого стало вызывать ухмылку: Лиса упорно считала, что «интервью» — это потрахаться завернуть) мы решили опробовать новинку для Зиманды: литературный псевдоним. В преамбуле статьи значилось, что источником информации является «пожелавший остаться неизвестным, но заслуживающий всяческого доверия владетель, пожелавший назваться Поверенным». Ну и посмотрим, что из этого выйдет, хотя я на девяносто девять процентов уверен, что «проканает». Дело в том, что развлекательной литературы Зиманда фактически не знала: были всякие «эпичные сказания», жизне- и землеописания, но написанные либо совсему уж сухим, либо совсем уж пафосным языком. В лучшем случае — потоком сознания автора, причём без оглядки на читателей, когда чёрта с два поймёшь, что этот эпистолярный псих вообще имел в виду. Причём псих — не оскорбление, а ощущение от прочтения.
Ну а формата «приключенческое», с вовлечением читателя, а не эпично-мифологическое описание — не было. И у меня даже появились недооформленные планы (ну, в перспективе и очень неопределённые) Лису от Правды слегка «отколоть». Ну и слегка от Рейнаров, потому что девица получалось настолько «по мне», что я даже боролся со всякой нездоровой романтикой и бараньим взглядом. Потапычу пристало только с медвежьим!