Тыквенная магия (СИ)

Здесь жил друг ее семьи. Что может быть не так? 
Дерек поднялся по ступеням и, указав себе под ноги, произнес: 
– А здесь таких зарослей нет. 
– Вытоптали? – предположила Алеида. Хотя как же вытоптали: неизвестный обитатель дома выходил на ступени, а потом куда-то проваливался? 
– Похоже на то, – Дерек пошарил по дощечке над дверью, куда традиционно клали запасные ключи, ничего не нашел и сунул руку в карман. – Вот, иногда приходится поработать взломщиком. 
Он извлек из кармана небольшой металлический стержень с загогулинкой на конце и принялся возиться с замком. Вскоре послышался легкий щелчок, и дверь открылась – нутро дома выдохнуло в лицо незваным гостям пылью, холодом и сыростью. 
Дерек шагнул вперед, Алеида потянулась за ним. 
Как только они вошли внутрь, где-то высоко-высоко раскатился гром, и дождь застучал по стенам и окнам так, словно был буйным летним ливнем, который налетает и весело сметает все на своем пути. Дерек похлопал в ладоши, и впереди медленно-медленно начал разгораться огонек лампы на артефакте. Дорогущая штука, такая во всей округе была только у Кирка. 
– Странно, – произнес Дерек, когда лампа вспыхнула ярче, давая возможность осмотреть гостиную. – Столько добра, и никто на него до сих пор не позарился. Боятся призрака? 
– Вы и про призрака уже слышали? 
Диваны, кресла и стол, накрытые белой тканью, казались спящими животными. Алеида задумчиво побрела по гостиной, вспоминая: вот здесь у камина отец и Кирк сидели, обсуждая поселковые дела, столичные новости и прочитанные книги. Как это было давно! Словно в другой жизни. 
– Слышал. Ваш Джим Килверет вчера его видел на улице. 
Дерек заглянул в столовую, вернулся и открыл дверь чуланчика под лестницей. Ничего. Никаких привидений или убийц – только печаль и осенние воспоминания. 
– Да, говорят, что призрак Кирка бродит по Аунтвену, – ответила Алеида. – Я в это не верю. 
– Правильно делаете, – одобрил Дерек. – Здесь нет ни намека на посмертный оттиск в общем магическом поле… но есть что-то еще. Дайте-ка руку. 
Алеида послушно протянула ему руку – Дерек сжал ее, и по пальцам пробежали колючие молнии. Это было не больно, но неприятно, и внутренний голос произнес, почему-то с интонациями Кирка: “Соединение нескольких участников в цепь. Соединение установлено”. 
Закружилась голова. Качнувшись, Алеида прикрыла глаза – и, открыв их, едва сдержала крик.
  
Глава 12
 
Когда дом преобразился, Дерек невольно подумал, что они влипли, как две мушки в паутину, и на их счастье рядом не было паука. 
Он смотрел по сторонам, рассыпая анализирующие заклинания. Весь скучный приличный облик дома, покинутого хозяевами и ждущего нового владельца, оказался маской, которую сдвинуло Увеличительное стекло. 
Алеида издала едва слышный стон. Ее пальцы сделались ледяными. 
Гостиная изменилась. Все вещи, которые наполняли ее прежде, передвинули в угол, оставив только диван. Теперь все занимал громадный механизм – переплетение трубок, нагромождение шестеренок, едва слышное сипение силовой установки. Вот послышался вздох, и в одной из колб забурлила изумрудная жидкость. На лестнице, ведущей на второй этаж, лежали толстенные повода – по ним пробегали мелкие молнии, и воздух наполняло грозовой свежестью. 
Все работало, кипело и двигалось. Все было пугающе живым. 
– Ч-что это? – пробормотала Алеида, испуганно озираясь по сторонам. 
– Это расслоение пространства, – негромко ответил Дерек. – Часть дома обычная, в которой можно принимать гостей. А другая часть – рабочая, там он трудится. Маскировочная сеть и морок. 
Наверно, как раз такая сеть прятала от Алеиды книги по магии и артефакторике: увидеть их мог только хозяин дома, а она просто замечала. И обстановка здесь все время была такая же: гостям открывался приличный дом с дорогой мебелью, цветами в вазах и картинами на стенах, и только Кирк видел свою мастерскую. 
– Тут кто-то есть? – прошептала Алеида. 
– Либо он ушел, либо я его не чую, – пробормотал Дерек. Нет, теперь, с Увеличительным стеклом, он улавливал следы и отпечатки чужой магии – и маг, который их оставил, был невероятно, запредельно силен. 
 
Прикосновение к его могуществу заставляло волосы шевелиться на голове. 
– Да, он ушел, – сказал Дерек и потянул Алеиду к лестнице. – Не заденьте провода. 
Провода были толстенными – Дерек видел такие только в лабораториях столичных артефакторов. На одном из змеящихся тел сверкнуло клеймо, “Борвинес и Компания” – да, все это добро привезли из столицы, и стоило оно очень прилично. 
– Зачем они? – спросила Алеида, и Дерек почувствовал, как под ее страхом прорастает интерес. Она была любопытна, как и все юные девушки, и это любопытство не даст ей пропасть сегодня. 
– Идут от силовой установки к основному объекту. Пойдемте посмотрим. 
Алеида еще крепче вцепилась в его руку и прошептала: 
– Дерек, прошу вас… Не надо. 
Он обернулся – посмотрел в бледное лицо девушки, скомканное ужасом. 
– Вы знаете, что там? 
– Не знаю, – ответила Алеида, глядя ему в глаза. Не солгала: Увеличительное стекло сейчас показало бы эту ложь, разросшуюся, словно опухоль. – Я боюсь. 
– Я же с вами, – сказал Дерек так, как говорят с ребенком, обещая, что с ним не случится ничего плохого. Алеида кивнула, и они медленно продолжили подниматься по лестнице. 
Второй этаж гудел, словно в одной из комнат был заперт рассерженный пчелиный рой. Змеиные тела проводов утекали к двери в самом конце коридора – она была приоткрыта, и на затоптанный, когда-то алый язык ковра падал тревожный тусклый свет. Дерек заглянул внутрь и увидел большой операционный стол, к которому стекались провода. 
Стол был окружен едва заметным золотистым свечением. На сверкающей поверхности никого не было. Дерек осторожно прошел к столу и ощутил едва уловимое прикосновение к лицу чего-то вроде тонкой пленки. 
Оно говорило: не приближайся. 
Дерек послушно отступил. Если бы он не задействовал Алеиду и Увеличительное стекло, то сейчас видел бы, например, гостевую спальню: большую кровать, шкаф для одежды, письменный стол с придвинутым стулом. 
Виски заныли, и Дерек сделал еще один шаг назад. Алеида всхлипнула, и воздух вдруг сделался горячим и сухим, словно в пустыне. Жар повеял в лицо, словно в комнату вдруг ворвался дракон. 
В дом шел его хозяин. 
“Да он все время был здесь”, – подумал Дерек, озираясь и прикидывая, куда отступить. Были бы здесь окна, можно было бы высадить раму и прыгнуть вниз. Второй этаж, если все сделать правильно, они даже ноги не подвернут. Но окон не было, и это меняло дело. 
Да, артефактор Кирк Гартунг не умирал. Он имитировал свою смерть для того, чтобы спокойно продолжать… что? Неизвестно. Иногда он все же выходил на улицы, и люди считали его призраком. Как вчера, когда он хотел посмотреть, как жители поселка расправятся с Алеидой. 
Чужая мощь накатывала на Дерека огненной волной. Он сделался букашкой на огромной ладони, и она готова была сжаться и размазать его в пыль. 
Надо было не ждать удара – а ударить самому.
  
Глава 13
 
Когда дом содрогнулся, то Алеида поняла: это удар, который нанес Дерек. По рукам пробежало невидимое пламя, прожигая до кости, но боль прошла, и Алеида обнаружила, что парит над полом. Если б Дерек не держал ее, она бы улетела, словно бумажный фонарик. 
Удар повторился, словно дом хотел что-то стряхнуть с себя. Желтое сияние над операционным столом усилилось. Дерек выбросил руку вперед и над его пальцами зазмеились молнии. 
Запахло горелым, и сияние угасло. Толстые провода задрожали и обмякли. Алеиду мягко опустило на пол, и сквозь операционную стали проступать знакомые черты комнаты, в которой она иногда оставалась ночевать, когда отец засиживался за разговорами и вином. 
Вот знакомая кровать, застеленная тонким гобеленовым покрывалом. Вот шкаф с перламутровой инкрустацией, в который Алеида вешала свою одежду. Вот письменный стол, на котором остались книги – когда-то она выбрала их, чтобы почитать перед сном, а Кирк так и не вернул их на место в библиотеке.