Невеста ледяного дракона в академии (СИ)
— Извините, мой лорд… Не знаю, с кем имею честь…
— Позвольте представить Нико арк'Оддена, — вмешался ректор. — Это молодой дракон, сын моего хорошего друга, к сожалению, героически погибшего при защите Повелителя Иллирии.
— Очень приятно лорд арк'Одден, — немедленно рассыпался в любезностях казначей. Фамилия одного из восьми могущественных кланов драконов произвела должное впечатление. — Насколько я понимаю, вы тот самый преподаватель, которому мой сын обязан жизнью?
Я взглянула на Нико, на виске которого запеклась кровь — ему досталось острым сучком при падении дерева. Не будь он драконом, находился бы сейчас в лазарете, притом в гораздо худшем состоянии, чем мерзавец Шеллар. Крепкая драконья голова не подвела и на сей раз. Вообще-то, это я сейчас шучу, а когда Нико освободил меня, посиневшую и продрогшую, из плена ледяной сферы, едва не потеряла сознание от ужаса при виде лица, залитого кровью. На секунду показалось, что он смертельно ранен. Я разревелась, бросилась ему на шею (ох, стыдно и вспоминать, порой веду себя, как дурочка). Нико пришлось постараться, чтобы убедить меня, что он цел, и царапина уже затягивается.
— Тем не менее я требую, чтобы девушку отчислили из академии, без права поступления в другие учебные заведения Зангрии. Она находится в нашей стране под личное ручательство принца Истиана. По пути сюда я уведомил короля о целесообразности отзыва этого решения. Уверен, его величество не откажется удовлетворить мое ходатайство.
По лицам ректора и декана некромантов пробежала тень, и я поняла, что истекают мои последние минуты в академии. Сжала руки на коленях, чтоб не дрожали. Ну, чего-то подобного я и ждала. Признаюсь, вообще удивлена, что меня так долго терпели в Синей Звезде.
Потрескивание разрываемого пространства и голубые всполохи посреди кабинета застали всех врасплох. На лица в разной степени легла тень тревоги. Вскочили все, даже драконы. А из сияния портала вышел высокий, светловолосый эйс в простом темном камзоле и оглядел присутствующих с неподражаемым высокомерием.
В представлениях гость не нуждался: этот четкий профиль я узнала сразу. Совсем недавно, от нечего делать на одной из лекций рассматривала монетку с изображением короля Зангрии Даррена X.
Ой! Да что же это такое? Меня не могут просто выгнать? Нужно прибавить позору, и сделать это личным высочайшим повелением короля? Великая честь, но я с удовольствием обошлась бы без неё!
22.1
— Ваше Величество, прошу, — ректор указал монарху на кресло.
Видимо, он ожидал этого визита; сдержанные манеры дракона нисколько не изменились при обращении к коронованной особе. Ни в выражении лица ректора Синей Звезды, ни в его голосе не чувствовалось подобострастия. Арк'Брокк обращался к королю буднично, словно к одному из магистров. Это составляло разительный контраст с поведением герцога дей’Тара, который даже обмахнул предложенное кресло своим кружевным платком.
Я завидовала такой выдержке ректора. Едва король вышел из портала, мои собственные колени подгибались, словно ватные, а холодное предчувствие не отпускало душу. Я, как могла, пряталась за Нико, но пространства для маневра не хватило. Меня, разумеется, заметили.
У короля Даррена Х были пугающие глаза древнего некроманта — на ум пришло сравнение с непроглядной ночью без звёзд и лун. В едва различимых зрачках терялись отражения.
Я дрожала под непонятно откуда навалившимся ощущением безнадежности — это потом узнала, что поначалу аура короля действует так почти на всех.
— Какой милый наряд! — восхитился монарх, откровенно рассматривая мои ноги, тесно обтянутые брюками. — Подойди ко мне, дитя.
Нико предупреждающе зарычал. Я молча вцепилась в его руку, словно утопающий в последней надежде. Ректор с интересом наблюдал за происходящим, а положение спас декан факультета искусства смерти.
— Дар, ты пугаешь девушку. Она ведь эмпат, а не менталист, и не может отразить атаку твоей ауры.
— Да ей и не нужно, таких прелестных девушек, я не атакую аурами, Грейр, — промурлыкал король.
Мужчины засмеялись, но мне было все равно: к страшному правителю не подойду и на километр, пускай хоть в Тёмную башню сажают за дерзкое неподчинение.
Подал голос лорд-казначей:
— Да будет мне позволено, Ваше Величество, сказать, что это девица, едва не покалечила моего сына.
— А я думал, что вашего наследника просто испугало падение дерева, дорогой дей'Тар, — произнес король с равнодушным видом.
Вельможа непонимающе вытаращил глаза.
— Разве нет? Подумайте хорошенько, готовы ли вы выдвинуть обвинение в нападении? Меня недаром называют Справедливым, — король довольно прищурился. — А все потому, что правосудие в нашем королевстве не знает чинов и родства. У Фроуда[1] завязаны глаза, когда он творит суд над всеми существами в мире. Мне ли напоминать вам об этом, эйс?
Казначей рассыпался в уверениях, что ни в коей мере не оспаривает правоты короля. На лице вельможи появилось встревоженное выражение, словно он начал опасаться за благополучный исход своего дела.
А король продолжал:
— Разумеется, будет проведено следствие. А тогда возникнет законный вопрос: откуда на месте падения дерева взялась некро-магия? Кто выпустил тьму? Мы обязательно найдем виновника.
Чиновник молча поклонился. Передергивать и лгать, что во всем виновата я, он благоразумно не стал, так как короля явно уже поставили в известность о том, как было дело. Ректор его переиграл, и сделать из Шеллара жертву моей неадекватности не удастся. Герцог принял поражение достойно и показал, что недаром провел полжизни в царедворцах. Торжественно поклонился всем и подтвердил, что, как ни жаль, но его сын действительно пострадал от случайного падения дерева.
Присутствующих, кажется, удовлетворил такой исход. Всех, кроме меня и, может быть, Нико. Потому что Шеллар действительно виноват и должен понести законное наказание за нападение и угрозы. Графенок ведь поставил ультиматум: либо он меня убьёт, либо я покидаю академию. Если бы не щит Нико, меня серьезно покалечило бы.
Фроуд, так где же твоя справедливость, когда речь идет о сынке королевского казначея?
Нико тихонько пожал мою руку, и этот жест поддержки значил гораздо больше, чем насквозь фальшивые слова придворного. Он успокоил меня.
Король вскоре отпустил герцога дей'Тара. Но сам уходить не спешил. К великому разочарованию, не позволили уйти и мне. Ведь его величество прибыл посмотреть на Зрящую.
Даррен X расспрашивал о том, какими я вижу символы в чужом сознании, какие именно символы обозначают проклятие или иные травмы. Страшно было беседовать со столь важной особой о предмете, в котором я сама — почти полный профан. Это было что-то вроде экзамена, к которому я плохо подготовилась, и на большинство вопросов пожимала плечами. Сама я осмелилась задать два вопроса высочайшей особе. Во-первых, меня интересовало, почему все Зрящие были перебиты? Во-вторых, сохраняется ли опасность для меня сейчас?
Монарх отвечал уклончиво (вообще, король Даррен, кажется, чемпион по обхождению острых углов), упомянул только, что Зрящие нажили себе много врагов. Возможно, и мое умение находить их, следствие этого дара.
Вот же, как замечательно получается! Не далее как сегодня, балованный рыжий идиот меня убить грозился! Может, у него и получится, и тогда еще одной Зрящей не станет. Надо нас под охрану взять, как редкий вид, что ли?
Ректор дополнял ответы короля, впрочем, и он был немногословен. Дар Зрящих мало изучен, похоже, это просто родовая способность. Ректор обещал подобрать литературу, доступную мне по уровню знаний.
В заключение король намекнул, что в будущем от меня потребуется услуга короне. В благодарность мне, возможно, обеспечат не только безбедную жизнь, но и имя рода. Я, разумеется, заинтересовалась, но расспрашивать не стала, так как король явно дал понять, что все следует держать втайне.