Сердце Сокола (СИ)

— Ал — шептун? — пораженно спросила я, видя, как беззаботно ребенок поднялся после колдовства, и как пошатнулся Финист, у которого сын невольно позаимствовал силу.
— В точку, — слабо улыбнулся муж. — Так что ты идеальная мама для него! — и он с трудом добрался до кровати, потрепал Александра по голове и проверил состояние отца. Только убедившись, что Кощею ничего не угрожает, без сил повалился в кресло.
— Ой, я снова это сделал, — Ал испуганно посмотрел на Финиста, затем перевел взгляд на меня и нахмурился. — А ты не упала… Почему?
— Потому что наши силы похожи, — честно ответила и, сняв с плеч шаль, свернула и положила мужу под голову. Затем подошла к свекру — пульс у него был ровным, а дыхание спокойным. Чудеса!
— Пойдем, поможешь мне приготовить ужин для наших больных. Ты умеешь готовить? — спросила я у Ала, что бы хоть как-то отвлечь ребенка.
Он важно кивнул, и я улыбнулась.
— Значит, будешь помогать.
Финист проснулся ближе к вечеру. Добрёл до кухни, привлечённый запахом мяса, и уселся за стол, глядя голодными глазами на еду. Он так тяжело вздыхал, что я не выдержала и шлёпнула ему на тарелку кусок готовой обжаренной говядины, а в качестве гарнира положила целую гору гречки.
— Салат пока не готов, извини, — сказала я, как раз дочищая лук. Ох, и злая головка попалась! Слёзы так и катились из глаз, даже разглядеть что-то было трудно. — Как ты себя чувствуешь?
— Более-менее, — неопределенно ответил муж, с аппетитом уплетая мясо. На кашу он тоже подналег, и я порадовалась, что наготовила с запасом. — Где Ал?
— Читает в своей комнате. Он сначала мне помогал, крупу перебирал, а потом устал, и я отпустила его поиграть. Скажи, это нормально для его возраста — читать книги по военной истории?
— А какие еще? До экономики пока не дорос, — с недоумением посмотрел на меня Финист, и я вздохнула.
— Сказки, например. Он же маленький ещё.
— Любовь к науке надо прививать с раннего детства, — нравоучительно произнёс Финист. Увидел, что я поджала губы, и пошёл на уступки. — Если хочешь, читай ему сказки. Но не уверен, что он будет слушать.
Ещё как будет! Пока мы вдвоем возились на кухне, я от скуки поведала ему историю о трех поросятах, которую в детстве мне рассказывала тетка Фрося. Так мальчишка был в таком восторге, что попросил повторить.
— Эх, хорошо! — Финист доел, отодвинул тарелку и довольно потянулся. — Как же здорово быть женатым! Это ведь не первый случай, когда Ал колдует. После его магии валяешься целый день, как куль с мукой, ни рукой, ни ногой нет сил пошевелить. Страшно становится: вдруг Ал в это время убежит куда-нибудь, разобьется или отравится?
— Да он от тебя не отошел бы, если я не позвала! — покачала я головой. Мальчик был привязан к отцу и деду, и пока мы готовили, несколько раз бегал и проверял, как они. — Александр очень ответственный.
— Твоими словами да мед пить, — пробормотал Финист и застонал в голос, когда «ответственный» прыгнул ему на спину с разбегу.
— Папа! Ты очнулся!
— Естественно, — Финист пересадил ребенка на колени. — Ты вел себя хорошо? Не докучал Ладе?
— Нет. Я ей помогал! — Ал с гордостью показал забинтованный пальчик. Мальчишка попробовал порезать морковь, но умений не хватило, и вместо моркови нож проехал по пальцу. При этом, надо сказать, Ал не заплакал, а деловито полез в шкаф за бинтом. Правда, перевязывала палец я, заодно обработав царапину, что бы не воспалилась. И за всё это время Ал даже не пискнул.
— Хочешь, пойдем к дяде Матвею и залечим? — спросил Финист, кивая на пальчик.
— А ты не можешь? — с надеждой спросил Ал.
— Пока нет, — муж вздохнул, а сын понурился.
— Тогда не надо. Я лучше подожду, когда у тебя силы появятся. Мне почти не больно, честно! — он слез с колен отца. — Я к дедушке загляну.
— Только не буди его, — попросил Финист, и Ал убежал.
— Ты опять без магии? — я закончила с луком и бросила его в большую миску, уже наполненную огурцами, перцем и помидорами.
— Она с прошлого раза не до конца восстановилась. А тут снова, — Финист вздохнул, что-то прикидывая про себя. — Теперь неделя потребуется, не меньше.
 
— А если так? — я решительно подошла и уселась на скамью рядом. Обхватила его лицо ладонями и поцеловала, представляя, как передаю всё свое тепло и заботу, словно часть своих сил. Финист попробовал отстраниться, но держала я его крепко. Понимала, что целоваться со мной удовольствие то ещё, но ничего, пусть терпит ради магии.
Час назад голубка принесла мне письмо от сестры, где Василиса пояснила, кто такие шептуны, и как они могут делиться силой. Намёками поинтересовалась, для чего я спрашиваю. Мне показалось, что сестра в курсе моих способностей.
Так что примерно я представляла, что надо сделать. Только вот практики не хватало.
Впрочем, что-то подсказывало — последнее не за горами. Финист как-то судорожно вздохнул, и безвольно лежащие руки мужа вдруг крепко прижали меня, а губы его ответили на поцелуй. Я сама не заметила, как очутилась на его коленях, подставила под торопливые поцелуи шею, и с губ сорвался тихий стон удовольствия.
— А что вы делаете? — раздался удивленный и напряжённый голос Ала, и чудо моментально закончилось. Финист уткнулся носом куда-то мне в грудь, пытаясь отдышаться, а потом осторожно отстранил меня. Я чуяла, что красная, как вареный рак, и боялась смотреть на мужа и ребенка.
— Пойдем, я тебе объясню, — встал со скамьи Финист, напоследок ободряюще сжав мою ладонь, и увёл за собой сына.
А я так и осталась сидеть. Надеюсь, Василиса сказала правду в своем письме, и шептуны действительно могли делиться энергией через прикосновения и поцелуи. Хоть не зря ребенка расстроили.
К полуночи, когда Финист уложил Александра, а сам отправился в кабинет поработать, проснулся Кощей. Я как раз зашла проверить, как он себя чувствует, и, видимо, своими тяжёлыми шагами потревожила его сон. Свёкор чувствовал себя неважно, сказал, что у него жутко болит голова, и я принесла ему заранее заваренный настой из трав. Мешочек с травами я захватила из дома и переложила в сумку, отдельно от основного багажа, а собирала травы Василиса, так что в полезности настоя я не сомневалась. Сама пила его в дни женских «праздников», очень уж мучилась от боли.
Выпив отвар, Кощей снова провалился в сон, спокойный и глубокий, а я пошла к мужу. Зашла — и застыла на пороге, опасаясь помешать. Кабинет превратился в лабораторию с какими-то колбами, жидкостями, и странной, выполненной из металла и стекла конструкцией, что расположилась на столе.
— Не бойся, проходи! — увидев меня, Финист оторвался от аппарата, в котором что-то подкручивал. — Помнишь ту семейную пару, что приходила с утра?
— Где жена обвинила мужа в измене?
— Именно. Вот, погляди!
Я подошла и наклонилась над столом, глядя в широкую линзу, которую показал Финист. Сначала мало что поняла — на стекле копошились какие-то красные червячки. Но среди них были и другие, круглые, похожие на экзотические цветы.
— Видишь круглые частицы? — спросил Финист, когда я, насмотревшись, отошла от аппарата.
— Да, они красивые.
— Красивые, но опасные. Это болезнь у него в крови. А также доказательство измены.
— Ничего себе! — я посмотрела на аппарат с гораздо большим уважением. Если он позволял по капельке крови определить болезнь, значит, действительно был хитроумным. Затем мне в голову пришла другая, менее приятная мысль. — Погоди, то есть эти червяки в крови — нормальное явление?
Мне вдруг стало дурно, когда я представила, что внутри меня живет «такое».
 
— Вот глупышка! — рассмеялся Финист. — Это не червяки, а кровяные частицы. А аппарат показывает всё увеличенным во много раз. Так что не переживай, нет у тебя в крови никаких червяков.
— И на том спасибо, — я опасливо посмотрела на стеклышки, про себя решив, что обязательно однажды посмотрю свою кровь через эту диковинную махину. Просто на всякий случай, вдруг там ещё какие-нибудь чудища плавают?