Сердце Сокола (СИ)

Вернувшись к Кощею, я обнаружила, что он собирается уходить. Причём, Ал канючил и уговаривал забрать его с собой. Судя по обречённости, застывшей в глазах свёкра, он почти сдался под натиском внука, поэтому моё появление воспринял с явным облегчением.
— Лада, у меня срочный вызов из дворца. Можешь приглядеть за Александром? Погуляйте с ним, сходите на ярмарку, — свёкор передал мне тонкий кошель с монетами. — Заодно купишь, что тебе для дома надо.
— Без проблем, — я улыбнулась мальчишке, но тот явно был недоволен неожиданным поворотом и расхныкался.
— Нет! Не хочу с ней! Я с тобой пойду, дедушка! — закапризничал он, вцепившись в штанину мага.
— Пожалуйста, — не стала спорить я и как бы в сторону произнесла. — Мне тогда больше сладостей достанется. И на карусели заодно покатаюсь.
Ребёнок перестал плакать, прислушиваясь к моим словам.
— Помнится, Василиса из столицы привозила расписные пряники. Интересно, где такие можно купить? — я в задумчивости взвесила кошелек в руке и почувствовала, как Ал дёрнул меня за подол.
— Я знаю, где.
— Правда? Как жаль, что ты идешь с дедушкой! Мог бы показать мне дорогу. Заодно купили бы пряников к чаю. А так придется обходиться черным хлебом, — я вздохнула и сделала вид, что собираюсь уходить.
На лице малыша отразилась борьба между желанием пойти с дедом и со мной, но любовь к сладкому победила.
— Дедушка, я в следующий раз с тобой схожу, — серьезно сказал Александр Кощею, а затем повернулся ко мне. — Пойдем, я тебе покажу, куда идти.
Я подмигнула свёкру и вслед за мальчиком вышла на улицу.
Ал сразу дал понять, что никаких походов за ручку он не потерпит, окинув меня знакомым насмешливым взглядом, явно скопированным у Финиста. Я аж умилилась такому сходству. Однако под шаг малыша подстроилась и заставила его не бежать, а идти рядом. Слишком оживленно было в городе — проехавший мимо всадник, чуть не сбивший бредущую с рынка женщину, напугал меня до заикания.
До лавки, где продавали пряники, оказалось не так и далеко. Домик и сам выглядел сделанным из сладостей, с красивой лепниной и ярко-красной крышей. Доброжелательная хозяйка предложила целый набор пряников на большом круглом подносе, и я разрешила Алу выбрать то, что ему понравится. Он жадничать не стал, взяв небольшую пряничную собаку. Судя по тому, с каким печальным видом Ал провожал каждую встреченную нами шавку, мальчик мечтал о собственном мохнатом друге, но ему не разрешали.
— Папа сказал, я слишком маленький, — с печальным видом подтвердил мою догадку Александр, когда я напрямую спросила его об этом.
Прикупив еще один большой круглый пряник домой — я вовсе не собиралась транжирить все данные свёкром деньги, но от покупки не удержалась, слишком аппетитным сладость выглядела, а сокол на прянике напомнил мне недавнего ночного гостя — мы с Алом отправились дальше. Следующим пунктом назначения стала ярмарка, где малыш сразу прикипел взглядом к мохнатому пони. Даже карусель не так его заинтересовала, и я спросила, не хочет ли он показаться на «маленькой лошадке». Оказалось, хотел, да ещё как! И после катания все уши прожужжал мне, какой он лихой наездник.
Мы немного прогулялись вдоль продуктовых рядов, выбрав к ужину овощей, мяса и хлеба, а затем посмотрели на выступление парочки шутов на импровизированной сцене. Те разыгрывали сценку казни оборотня, люди вокруг смеялись, а мне стало мерзко. Разве в убийстве есть что-то весёлое? Александру сценка тоже не понравилась, и он не стал капризничать, когда я предложила вернуться домой.
А на выходе с рынка я поняла, что меня обокрали. Кошелек срезали, и я даже не заметила, в какой момент это случилось. Денег там оставалось всего ничего, но это было слабым утешением. С простой задачей нормально не справилась, растяпа! Естественно, идти искать вора в одиночку, а тем более в компании ребенка, я не собиралась. Однако обидно стало до слёз.
Ал, удивительно внимательный ребенок, сразу заметил, что я помрачнела.
— Что-то случилось? — спросил он. — Где-то болит?
 
Я покачала головой, не зная, как объяснить ребенку, что у меня украли деньги.
— Голова побаливает немного, — соврала я. Спустя несколько минут, Ал попросил наклониться к нему, и стоило это сделать, как он несколько раз провёл ладонью мне по голове.
— У кошки заболи, у собачки заболи, а у Лады подживи, — пробормотал он и улыбнулся. — Вот, теперь всё пройдет. Папа говорит, что это заклинание от всех болезней!
— Спасибо! Ты прав, мне намного лучше, — улыбнулась я, обнимая его. К черту деньги! Главное сокровище всё равно было рядом со мной.
О том, что дома что-то случилось, я поняла ещё на подходе. Во дворе собралась галдящая толпа, большей частью из городской стражи. Ну и любопытные соседи были, куда без них. Александр даже испугался такого столпотворения и, подойдя ближе, сам взял меня за руку. Мы с трудом протиснулись мимо собравшихся тут людей, и тут же нос к носу столкнулись с выскочившим из дома и спешащим куда-то Финистом.
— Лада! Слава Богу, вы здесь! — муж так крепко обнял меня, что ребра затрещали. Секундой позже он подхватил на руки Ала, лихорадочно осматривая нас обоих.
— Что случилось? — как можно спокойнее спросила я. Однажды мне довелось видеть подобное беспокойство на лице мачехи, когда Алёнушка вместе с подружками отправились в лес, а охотники спустя час принесли весть о бродячей стае волков и загрызенном в лесу человеке. Когда Алёнушка к вечеру вернулась домой целой и невредимой, мачеха встретила её со слезами на глазах.
— На отца напали. Он живой, но без сознания. Я испугался, подумал, что вы были вместе с ним, и вас похитили… — лаконично ответил Финист.
— Мы были на ярмарке, — пояснила я, несколько удивленная ситуацией. С чего бы кому-то нас похищать? Конечно, Ал внебрачный отпрыск королевской семьи, но, во-первых, у них официально признанных детей более чем достаточно, а во-вторых, Финист — маг. Все знают, что связываться с магами себе дороже.
От группы городской стражи отделился высокий мужчина с военной выправкой и подошел к нам.
— Так понимаю, ваша жена и сын вернулись? — поинтересовался он у Финиста, и тот кивнул.
— Да, простите за беспокойство.
— Не волнуйтесь, это наша работа, — стражник коротко отсалютовал Финисту и дал знак остальным покинуть двор. Соседей тоже ненавязчиво выставили, хотя они продолжили шушукаться за оградой. Остался только один человек, лет тридцати на вид, смуглый и черноволосый, который прошел за нами в дом.
— Святослав Попович, старший следователь столицы, — представился он, буравя меня тёмным взглядом. — Можете сказать, в какое время Кощей Берендеевич вышел из дома?
— Часа два назад, — прикинула я. — Может, позже. Мы вышли раньше него.
— Он вам что-нибудь рассказывал? Ничего подозрительного не показалось?
— Мне сложно судить. Он торопился, потому что его срочно вызвали по дворец. В подробности не вдавался, — я неподдельно расстроилась. Пусть свёкра я знала всего ничего, но он показался мне человеком достойным. Кому потребовалось на него нападать?
— И часто он срывался на работу так резко? — обратился следователь к Финисту.
Тот посмотрел на него с мрачной миной.
— Вы же знаете Его Величество. Он может прислать за отцом в любое время дня и ночи. Никого это не удивит.
— Однако вызова в этот раз не было, — Святослав потер подбородок. — Ваш отец в последнее время ни с кем не ссорился?
— Последние пару лет он был несколько занят воспитанием внука, — ответил муж и с тревогой покосился на дверь в комнату. — Если позволите, давайте решим эти вопросы позже. Я хочу подлечить отца, пока ему не стало хуже.
 
— Конечно, конечно, — покивал следователь. — Только просьба: не уезжайте никуда из столицы ближайшие несколько дней.
— Да хоть месяц, — Финист пожал плечами и, дождавшись, пока гость уйдет, позвал меня за собой в комнату.
Александр сидел у кровати деда, что-то тихо нашептывая и водя над ним руками, и Финист приложил палец к губам. А я с удивлением смотрела, как гематома на голове Кощея, оставленная от удара тупым предметом, тает на глазах.