Диагноз Дракона (СИ)

— Я запомнил эти слова. В общем, мы всемером пошли дальше. Теперь у нас были лишние кони. Сэр Глен предложил провести ритуал упокоения, но мы все от этого отказались и просто пошли дальше. А следующая засада ждала нас уже на следующий день. И на сей раз это были не бандиты. Лесную тропу преграждал отряд мёртвых людей. Кто-то из них был совсем костяным, а кто-то совсем свежим. Они стояли, покачиваясь, кто с разбитым черепом, кто с выпущенными кишками. И они начали смыкать кольцо. Мы обернулись, чтобы убежать, но сзади к нам уже неслись те разбойники, которых мы убили вчера, тоже мёртвые и тоже ходячие. Сразу аукнулось, что мы не упокоили их. И сэр Глен опять вышел вперёд, и опять начал орать свою пафосную речь — мертвецам! И я опять собрался крикнуть ему что-нибудь как вчера, но вдруг мне в забрало влетел щит. Это был Сашка. Я офигел, заорал на него, но вдруг нелепые доспехи сэра Глена засияли. Мертвецы кинулись на него, не обращая внимания на нас, но половина их вовсе не добегала, почему-то рассыпаясь в прах, а остальные обрушивали на рыцаря свои удары, но ему как будто было плевать. Он вращал своим сияющим двуручником, от которого мертвецы как будто лопались. Некоторые особо живучие выдерживали несколько ударов, но всё равно рассыпались, когда меч достигал их голов.
— Так заслать его в мёртвый город — и всего делов? — заметил Вася.
— Мы тоже его потом об этом спросили. Он сказал, что отряд амбулякров так легко бы не положил. А после боя у него сочилась кровь из-под доспехов, так что удары мертвецов ему тоже дались не так легко. Мы отправились дальше. Сашка попросил прощения за удар щитом, но мне, на самом деле, было не за что его прощать. Теперь не только Даша винила себя за смерть Игоря. У меня в голове всё вертелось, какой же я самоуверенный засранец, и что из-за меня погибли наши солдаты и наш товарищ.
— Ну, перестань, ты ж не мог тогда знать, и Игорь в итоге жив — Згалика слезла со спинки дивана и принялась массировать плечи Бердияра. Тот действительно приуныл от собственного рассказа.
— А те воины, рыбонька? У некоторых из них были дети.
— Ты же ничего плохого не хотел. К тому же, и меня тогда бесил сэр рыцарь, и я понимаю, почему ты сорвался.
— В общем, мы пошли дальше. Следующие два дня прошли без приключений. Сэр Глен быстро пришёл в порядок, видимо залечил себя. Даша страдала, а Ваня пытался её успокоить, но как-то уж очень неумело. У него была плохая речь, и даже заклинание не помогало. Вообще, он вёл себя как-то эгоистично. Мне даже показалось, что он флиртовал с Иришкой, пока она была жива. Над нами он посмеивался, особенно надо мной. Называл нерусским. А вот пиво в лагере пил с удовольствием. Короче, на третий день лес стал редеть, и к вечеру мы окончательно из него выехали. Впереди были луга, а за ними высилась гора. Вот к этой горе мы и погнали коней. Теперь мы поняли, зачем они были нужны. Сэр Глен понимал, что на открытом лугу мы куда уязвимее, чем в лесу, и по этому лугу нам придётся ехать дальше. А сказать про луг он не мог, иначе бы стало ясно, куда мы направляемся, и эта информация могла просочиться. Отправлять человека с конями к опушке было так же рискованно, потому что были все шансы наткнуться на мёртвых коней и засаду. Впрочем, и на то, и на другое мы наткнулись на пятый день после выезда из леса. Нам навстречу скакала цепочка всадников. Паладин сказал нам построиться в свинью и прочитать заклинание, которое создало в наших руках прозрачные, лёгкие, но твёрдые и острые пики. А приблизившись, мы увидели, что и всадники, и кони мёртвые. Сашка спросил, не подействует ли паладинская сила, которой сэр Глен раскидал нежить в лесу, но тот ответил, что против нас мёртвые рыцари, и их так быстро не положить. Сквозь них надо было пробиваться. И вот, мы сошлись. Паладин крикнул короткую молитву, и мертвецы перед нами будто ослабли, так что мы без труда снесли им черепа. Пики после этого исчезли, но они нам больше были не нужны. Мы проскакали сквозь цепочку мертвецов, и, пока те разворачивались, сумели немного оторваться. Мёртвые рыцари погнались за нами. Мы неслись во весь опор, и сначала даже наращивали дистанцию, но наши кони начали уставать. И тогда молитвы закричала уже Даша. Она начала призывать Пана, чтобы тот ускорил наших коней, и Аида, чтобы остановил мертвецов. И это сработало. Мёртвые кони вдруг начали спотыкаться один за другим, порой падая и кроша кости своих всадников, а наши с диким ржанием припустили вперёд, отказываясь слушаться нас. Сэр Глен кричал, что так они скоро упадут, но они не упали. Очень скоро погоня мертвецов исчезла из виду, а кони несли и несли нас. Успокоились они только к вечеру следующего дня, при этом не только не устав, но даже как-то посвежев. Тогда мы стали лагерем, чтобы отдохнуть, потому что нам самим эта гонка далась очень нелегко. Паладин сказал, что удивлён путешествию в компании такой сильной жрицы греческого Пантеона. Даша возразила, что сама не ожидала такого результата, а сэр Глен ответил, что при достаточной искренности просьбы искусственные боги реагируют на молитвы очевиднее и прямолинейнее Истинного, но не всегда на пользу просящего. Он был католиком, и верил, что его Бог не часть Пантеона.
 
— А что вы думаете по этому поводу? — поинтересовалась Лера.
— Не знаю. Я видел, как действуют те боги, которых даже собственные жрецы признают искусственными. Я знаю, что Пантеон есть. Но у меня нет свидетельств того, что есть Бог, не входящий в Пантеон. В общем, одного из коней закололи в жертву, для греческого Пантеона это было важным условием. Сэр Глен был не доволен этому, но сам же и предупредил, что так надо сделать.
— Не похоже на средневекового рыцаря. Они были те ещё фанатики и не терпели иноверцев.
— А там у них нифига и не средневековье. Да, есть рыцари и нет техники, зато магия всё компенсирует. Броня богатого рыцаря имеет функционала больше, чем скафандр космодесантника из вархамера. Крестьяне трудятся в поясах силы, рубахах свежести и с бесконечными флягами, а их инструменты и орудия работают чуть ли не вместо них. Эльфы не занимаются ни сельским хозяйством, ни охотой, создавая себе еду с помощью магии. У гномов развито мастерство големостроения. На малые расстояния ездят на лошадях, но на большие прыгают телепортом.
— А почему вы сами не использовали телепорт до нужного вам места?
— Потому что в логово монстра-покровителя нельзя телепортироваться, как и в дикую природу. Нужны принимающие врата, а Хильдиарезан слишком печётся о своих сокровищах, чтобы дать кому-то шанс добраться до них телепортом. Да, мы шли именно к дракону в логово. И сказать, что мы офигели, когда сэр Глен привёл нас в какую-то пещеру с огромной кучей золота и живой рептилией размером с зубра — ничего не сказать. Это, конечно, был не бешеный мумак из "Властелина колец", и не чудо корейского гейм-дизайна, но поверьте, когда эта штука поднялась и расправила крылья, показалось, что она весь мир пожрёт.
"Чую твой запах, друг-паладин, — сказало оно, — Ты пришёл без приглашения, и ты знаешь, как я этого не люблю".
"Я не стал бы тревожить великого Хильдиарезана без крайней нужды, — ответил сэр Глен, — Я пришёл просить у тебя убежища для моих друзей".
"А этого ты зачем привёл" — с раздражением спросил дракон, указывая рылом на Сашку.
"Он тоже мой друг. А чем он тебе не угоден?"
"Силой монстра-покровителя я чувствую угрозу, исходящую от него. Он не боится меня и мнит себя равным мне".
"Вовсе нет, о великий, — ответил Сашка, вставая на колено, — Я лишь скромный смертный, и смиренно прошу у тебя покровительства".
"Встань и не кувыркайся больше, маленький хищник, — ответил дракон, — Я вижу тебя насквозь, и пока ты так жалок, я потерплю твоё присутствие в моём жилище. Но если ты возьмёшь своё, то больше не посмеешь входить в него, так же, как я в твоё".
— После этого дракон и рыцарь долго о чём-то разговаривали в глубине пещеры, мы же расположились у её выхода. Теперь мы с опаской косились на Сашку. Он вообще был странным, на своей волне. Цитировал какие-то песни, "Матрицу", супергеройские фильмы, рубился по звериному, не пил пиво, и кажется, получал удовольствие от происходящего с нами, кроме смертей. А теперь его ещё и дракон назвал чуть ли не равным. Стали решать, что делать дальше. И тут Ваня предложил бежать. Мол, кто мы такие, чтобы спасать мир, когда тут водятся паладины-нагибаторы и крылатые хищные ящерицы. Мол, дороги назад не предвидится, нас водят за нос, да мы ещё и мрем как мухи. Даша его поддержала. Згалика хотела нас отговорить, но я сказал ей, что если мы продолжим, то все умрём, включая её. Я тоже был на нервах и злился на всех и вся за то, что меня украли, мной вертят, и я для них расходный материал, а из-за меня умерли люди. Но Сашка заявил, что если бы вопрос не касался демонов, то он бы может и соскочил, чтобы спокойно жить в этом мире, а вот против них будет бороться. Мы, было, решили разделиться, как вдруг тихая до этого Людмила выдала нам целую пламенную речь о том, что если мы не пойдём до конца, то обречём себя на жизнь в аду, которым станет этот мир, а если сумеем победить, то вернёмся в наш мир, и весь этот ужас закончится навсегда. Что если мы убежим, за нами начнут охоту вообще все, и мы точно умрём. И если кто-то из нас соскочит, оказавшись при этом тем самым слугой божьим или монстром страшным, то мы тоже все умрём, поэтому нам надо держаться вместе. И знаете? Она нас убедила.